События на Кавказе в контексте "Большой игры"

Страна теряет внешнеполитическую субъектность, превращаясь в объект политики мировой державы - США - и ряда региональных государств Европы и Азии. На пороге нового века Россию подстерегают угрозы, обусловленные ее географическим положением и этноконфессиональным составом населения. ЦЕНТРЫ СИЛЫ Лондонский 'Экономист' ('За рубежом' №4, 1998) опубликовал прогноз расстановки сил на мировой политической сцене в начале XXI века. Среди прочего, в этом прогнозе представлены критерии, по которым та или иная страна может относиться к числу сверхдержав.

Первый критерий - наличие у страны экономики, способной содержать вооруженные силы, которые могут быть использованы в любой точке земного шара. Эти вооруженные силы должны иметь в своем составе ядерные силы с межконтинентальным радиусом действия, а также - экспедиционные войска (шесть мобильных пехотных и танковых дивизий с приданной артиллерией). Второй критерий сверхдержавы - наличие правительства, способного проводить решительную внешнюю политику.

Третий - согласие населения страны на проведение политики с позиции силы (для этого, по мнению 'Экономиста', у сверхдержавы должна быть соответствующая идеология - 'сверхидея'). Четвертый критерий - наличие мотивов, по которым сверхдержава осуществляет вмешательство во внутренние и внешние дела других стран.

Авторы статьи в 'Экономисте' полагают, что стать сверхдержавой в общем случае легче стране с авторитарным, а не демократическим режимом. Далее лондонские прогнозисты называют сверхдержавы 2030 года. В их числе в связке с США присутствуют, прежде всего, так называемые евро-американские демократии, объединенные НАТО. 'Отделите Америку от Европы, - пишет 'Экономист', - и благоприятная перспектива исчезнет.

Американцы в условиях изоляции будут обладать материальными возможностями к действию, равно как и обостренным чувством приверженности господствующей в стране идеологии.

Однако у них останется меньше важных позиций, которые следует защищать...' Попадает в перечень сверхдержав и Китай. По мнению английских исследователей, у России нет шансов вернуться в число сверхдержав по второму и третьему критериям. Иначе говоря, 'Экономист' считает, что даже в 2030 году у России не будет правительства, способного проводить решительную внешнюю политику, а российское население не согласится с тем, чтобы внешняя политика страны велась с позиции силы. Эти доводы демонстрируют типичную западную прямолинейность в суждениях о России. Если России удастся выкарабкаться из социально-экономического кризиса, то второй и третий критерии, существенные для англосаксов, никакого значения вообще иметь не будут.

Другое дело, что России может выйти к 2030 году из кризиса с губительными материальными и интеллектуальными потерями. И превратившись в среднеразвитую страну латиноамериканского образца, она не сможет удержать даже региональный статус.

Ядерный конфликт целесообразно пока что исключать из рассмотрения. Но где гарантия, что к 2030 году военно-техническая мысль, например, США не найдет 'абсолютного оружия' против атомного удара? Что будет делать в этом случае Россия с остатками (уже после ратификации обезоруживающего страну СНВ-2) своего морально устаревающего ядерного потенциала? Вызывает возражения и преуменьшение значимости исламских государств английскими прогнозистами. Они полагают, что не одно из исламских государств в 2030 году не сможет претендовать на роль сверхдержавы.

Возможно. Но авторы прогноза ничего не говорят о характере конфликтов XXI века. Если они считают, что и в будущем веке конфликтовать будут государства, то предсказание относительной слабости каждого из исламских государств в отдельности правомерно. Если же конфликты в XXI веке будут носить наднациональный, этноконфессиональный или, как сегодня говорят, цивилизационный характер, то преуменьшать значение исламского фактора, мягко говоря, недальновидно. Тем более, что к тому времени клуб ядерных государств существенно расширится, в том числе и за счет мусульманских стран.

Последним примером могут служить недавние испытания ядерного оружия Пакистаном. Кроме того, следует помнить, что мировое сообщество в нынешнем постялтинском периоде согласие на доминирование США не давало.

Поэтому правильнее говорить лишь о присвоении США статуса 'последней инстанции' с позиции силы.

Руководство этой страны в своих глобальных оценках, очевидно, учитывает, что на долю США сегодня приходится четверть мирового производства и почти 13 процентов мирового экспорта. США В ЕВРАЗИИ Осенью прошлого года в США вышла статья Збигнева Бжезинского 'Геостратегия для Евразии' (НГ от 24 октября 1997 года). Алексей Пушков (НГ от 14 ноября 1997 года) верно определяет Бжезинского как автора, концепции которого отражают не официальную точку зрения Вашингтона, а тенденции, курсирующие по американским кабинетам власти. Из упомянутой статьи Бжезинского неизбежно следует, что в тенденции США видят себя евразийской страной. В Европе присутствие США обеспечивает институт НАТО. После крушения колониальных империй Великобритании и Франции США успешно заместили эти бывшие метрополии на Ближнем и Среднем Востоке, постепенно образовав там цепочку зависимых государств от Египта до Саудовской Аравии. На Дальнем Востоке влияние США реализуется через систему военных договоров с Японией, Тайванем и Южной Кореей. В 90-е годы началась экспансия США на территории бывшего Советского Союза, прежде всего, в странах Прибалтики, на Украине, в Грузии, Азербайджане, Казахстане. На вооружении США в этой экспансии - особые отношения с НАТО и 'Партнерство ради мира'. Сегодня США - политический гарант территориальной целостности Украины, на очереди, по некоторым данным, Грузия.

Администрация США прямо заявляет о наличии своих стратегических интересов в Закавказье.

Поводом для таких заявления служат добыча и транспортировка каспийской нефти. Тем не менее, правильно было бы говорить лишь о сильном влиянии США в Евразии. До евразийской державы им еще далеко. ЗОНЫ ОТВЕТСТВЕННОСТИ США поделили планету на зоны ответственности своих пяти региональных военных командований - Атлантического, Тихоокеанского, Южного, Европейского и Центрального. В надзоре над территориями этим командованиям помогают четыре функциональных командования - космическое, транспортное, стратегическое и специальных операций (Коммерсантъ - Власть, №8 от 10 марта 1998 года). Контролю подлежит и пространство СНГ. Предварительно непосредственно у границ России была проведена серия учений международных вооруженных сил: 'Морской бриз-97' в Крыму, 'Балтбат-97' в Прибалтике, 'Центразбат-97' в Центральной Азии. Всюду осуществлялось десантирование для борьбы с вооруженными сепаратистами с последующим взятием под контроль важнейших коммуникаций. За СНГ будут присматривать две из девяти группировок вооруженных сил США ('Ъ' 28 февраля 1998 года). С 1 октября 1998 года Украина, Белоруссия, Молдавия и Закавказье входят в зону ответственности войск, размещенных в Западной Европе (штаб в Штуттгарте, ФРГ). С 1 октября 1999 года в ведение высокомобильной группировки Центрального командования (генерал Энтони Зинни) перейдет вся Центральная Азия.

Боевая инфраструктура командования находится в зоне Персидского залива, а дислокация личного состава - на территории США (Тамп, шт.

Флорида). Зона Прикаспия попадает под контроль Центрального командования, тогда как Европейское командование обязано обеспечивать порядок на коммуникациях, связывающих Кавказ с Западом.

Командующий войсками США в Европе Уэсли Кларк распространил влияние своей группировки на всю Белоруссию до границ Смоленской области.

Самостийная Украина организовала на границе с Россией проамериканское Черниговское командование.

Американцы планируют создать систему баз развертывания вооруженных сил по дуге от Львова до Тянь-Шаня.

Почему Россия не попала под контроль одного из командований вооруженных сил США? Россия пока еще слишком сильна, и заниматься ею будет объединенный комитет начальников штабов, то есть американский генеральный штаб.

Объясняется это, конечно, наличием у России ядерных сил.

Российские военные эксперты предполагают, что стратегическая нарезка России существует. Зона России, вероятно, распределена между тремя региональными командованиями США: Европейским (территория до Урала), Центральным (Западная Сибирь), Тихоокеанским (Восточная Сибирь и Дальний Восток). Однако, в настоящее время основное направление антироссийской политики США - отсечение России от ее ближнего окружения. КАСПИЙСКИЕ ПРОЕКТЫ 1 Проблема Каспия нуждается в отдельном освещении хотя бы потому, что ряд экспертов настаивает на главенствующей роли его нефтяных запасов в международной экспансии на южные границы России.

Думается, все-таки, что наличие нефти в Прикаспии не более чем предлог для использования в антироссийской политике, в том числе капиталов крупных транснациональных компаний.

Любопытна даже сама постановка вопроса о том же транзите каспийской нефти. Так, на прошедшей весной этого года в Москве встрече министров энергетики G -8 шли разговоры о том, что 'в основу выбора маршрута большого каспийского трубопровода будут положена экономическая, а не политическая целесообразность'. Но на практике, как обычно, побеждает целесообразность политическая (экономическая - 'приложится'). Поэтому можно уверенно прогнозировать, что основным маршрутом транспортировки азербайджанской нефти станет, в конечном итоге, Баку - Джейхан. Ниже приведены справочные материалы по нефтяным проектам в азербайджанском секторе Каспия (данные: Интерфакс-АНИ, Финансовые известия от 9 апреля 1998 года). Азери, Чираг, Гюнешли Стоимость 7,5 млрд долларов, запасы контактной зоны - 650 млн тонн углеводородного сырья.

Участники - Государственная нефтяная компания Азербайджана (ГНКАР) (10 процентов), американские 'Амоко' (17,13), 'Юнокал' (10,05), 'Пеннзойл' (4,82), 'Рамко' (2,08) и 'Экссон' (8), англо-норвежский альянс 'Бритиш петролеум' (17,13) - 'Статойл' (8,56), турецкая ТПАО (6,75), японская 'Иточу' (3,92), российская ЛУКойл (10) и саудовская 'Дельта' (1,68). Карабах Участники - 'Пеннзойл' (30 процентов), российская ЛУКойл (7,5), российско-итальянское СП 'ЛУКАджип'(50), ГНКАР (7,5) и итальянская Аджип (5). Прямые инвестиции при выявлении коммерческих запасов углеводородов - 2 млрд долларов.

Прогнозируемые объемы экономически эффективных запасов - 130 млн тонн. Шах-Дениз По оценкам, запасы газа - 400 млрд кубометров, газоконденсата - 200 млн тонн, нефти - 100 млн тонн. Доли участников: английская 'Бритиш петролеум' и норвежская 'Статойл' - по 25,5 процентов, турецкая ТПАО - 9, российская ЛУКойл - 10, французская 'Эльф Акитэн' - 10, ГНКАР - 10, Национальная иранская нефтяная компания - 10. Стоимость проекта - 4 млрд долларов. Дан-Улудзе и Ашрафи Суммарные запасы 150 млн тонн нефти и 30-50 млрд кубометров газа. В составе консорциума: американские 'Амоко' (30 процентов в проекте) и 'Юнокал' (25,5), саудовская 'Дельта' (4,5), японская 'Иточу' (20), ГНКАР (20). Стоимость проекта - 1,5 млрд долларов.

Ленкорань-Дениз и Талыш-Дениз Запасы структур оцениваются в 50-80 млн тонн нефти.

Потребность в инвестициях - 2 млрд долларов.

Участники консорциума: французские 'Эльф Акитэн' (40 процентов) и 'Тоталь' (10), ГНКАР (25), германская 'Деминекс' (10), итальянская 'Аджип' (5), иранская государственная нефтяная компания (10). Кяпаз Договор о принципах по разделу продукции этого месторождения на шельфе Каспия был подписан российскими компаниями ЛУКойл, 'Роснефть', а также ГНКАР. Первоначальное распределение долей соответственно 30, 20 и 50 процентов. Позже 'Роснефть' решила выйти из проекта.

Инвестиции в освоение месторождения - 1 млрд долларов.

Запасы нефти - 50 млн тонн.

Участники - ГНКАР (40) и ЛУКойл (60). Месторождение граничит с российским сектором Каспия.

Запасы нефти - 100 млн тонн.

Затраты на период разведки в сумму 70 млн тонн покрывает ЛУКойл.

Существуют и другие проекты: с 'Экссон' по структуре Д-3, с 'Шеврон' по структуре им.

Зейналабдина Тагиева и с 'Мобил' по структурам Огуз и Д-30. Другие проекты Разработка шельфа северной части Каспия.

Тендер выиграла компания ЛУКойл.

Запасы нефти 600 млн тонн на площади 8 тысяч квадратных километров. Итоги конкурса оспаривались НК 'ЮКОС'. Казахстан проводит ряд тендеров по лицензированию блоков каспийского шельфа. В первом туре будут выставлены 18 блоков, при этом 14 - уже распределены между участниками: 'итальянская 'Аджип', британские 'Бритиш гэс' и 'Шелл', американская 'Мобил', французская 'Тоталь', англо-норвежский альянс 'Бритиш Петролеум' - 'Статойл'. Общий объем капиталовложений в разработку - 28 млрд долларов. В казахском секторе Каспия предполагаемые запасы нефти 6-12 млрд тонн.

Нефтепроводы Ранняя нефть с Азери, Чираг и Гюнешли (32 млн тонн в течение 7 лет) в соответствии с решением АМОК от 9 октября 1995 года будет транспортироваться по двум нефтепроводам: Баку - Грозный-Новороссийск и Баку - Супса (по территории Грузии). Первый - уже действует, второй - строится.

Вопрос о транспортировке основной нефти решается сегодня в пользу маршрута Баку - Джейхан, через Турцию.

Каспийский трубопроводный консорциум - 1580 км - соединит Тенгизское месторождение в западном Казахстане с новым терминалом на российском побережье Черного моря в районе Новороссийска.

Максимальная пропускная способность трубопровода - 67 млн тонн нефти в год.

Завершение строительства намечалось на 2000 год. В составе консорциума: американские 'Шеврон' (15), 'Мобил' (7,5), 'Орикс' (1,75), российско-американское и российско-британское СП 'ЛУКАрко' (12,5), 'Роснефть-Шелл' (7,5), итальянская 'Аджип' (2), британская 'Бритиш гэс' (2) и казахская 'Казах ойл' (1,75). Доли участия правительств - основателей КТК распределялись следующим образом: Россия - 24 процента, Казахстан - 19 процентов, Оман - 7 процентов.

Стоимость проекта - 1,2 млрд долларов. 2 Как следует из приведенных данных, в последнее время у прибрежных государств и транснациональных компаний пробуждается повышенный интерес к месторождениям каспийского шельфа.

История каспийской нефти насчитывает минимум сотню лет. При этом история содержит множество ассоциаций с тем, что происходит в этом районе сегодня. В 1903 году Рокфеллер предложил царскому правительству России сдать в аренду американцам Бакинские нефтепромыслы.

Россия, по предложению Рокфеллера, пополняла за счет аренды казну. Затем американцы могли эти месторождения выкупить. Уже тогда договор предполагал строительство нефтепровода Баку - Батум с вывозом российской нефти танкерами через Дарданеллы в Европу.

Российские и азербайджанские нефтепромышленники предложили правительству другой проект: перерабатывать в Баку нефть и экспортировать через продуктопровод керосин в Европу. Это означало быстрое вытеснение Рокфеллера с европейского рынка.

Россия начала осуществление проекта, но глава 'Стандарт Ойл' с грядущей потерей рынков, разумеется, не смирился.

Рокфеллер, как сказали бы сегодня, стал разыгрывать на Кавказе национальную карту и нанял множество агитаторов всех политических направлений. Есть даже мнение, что знаменитая батумская стачка, организованная Джугашвили, прямо связана с подрывом конкурентности российско-азербайджанского капитала в борьбе с американским ('Российская газета', 19961207). Кстати, увяз в махинациях и разорился российский керосиновый синдикат, участники которого были чьей-то искусной рукой разведены. После 1917 года интересы Запада к Каспию не угасли. В конце ноября 1917 года маршал Фош адресовал Лондону и Вашингтону меморандум 'О мерах в отношении России'. По его мнению, район Прикаспия должен находиться под англо-американским контролем с преобладанием там английского влияния. В декабре того же года Великобритания и Франция подписали 'Условия конвенции', в которой территория России делилась на сферы влияния стран Антанты. В 1918 году был составлен 15-летний план разработки месторождений Каспия британскими фирмами. В дележе решила принять участие и Америка.

Чиновники государственного департамента США в комментариях к плану Вудро Вильсона в январе 1918 года считали, что Кавказ следует рассматривать как часть турецкой империи или сферу ее влияния. Что касается Закаспия и Средней Азии, то американцы предлагали 'предоставить одной из держав ограниченный мандат для управления на основе протектората...' Таким образом, уже в то время американцы при дележе российской территории пытались активно использовать исламский туранский фактор, входя в противоречие с Британией. В 1919 году Уинстон Черчилль написал фразу, которая приобрела повышенную актуальность в наше время: 'Северный Кавказ и регион Каспийского моря - это мягкое подбрюшье России.

Стратегический контроль союзников [AГ1] [AГ2] [1] над территориями бывшей Российской империи не может быть надежным, если Северный Кавказ и Прикаспийская область будут вне контроля западных держав'. В июле-августе 1918 года правительства 'Центрокаспия' в Баку и 'Закаспия' в Ашхабаде призвали под предлогом защиты от турок британские войска. Общая численность вооруженных сил Британии в регионе составляла 22 тысячи солдат и офицеров, а с учетом подразделений, размещенных на территории Ирана - свыше 30 тысяч. В Каспийском море англичане даже успели создать 'Королевскую Каспийскую военную флотилию', состоявшую из российских кораблей, а также британских судов, переправленных через Иран в Красноводск и Ленкорань.

Однако весной 1919 года англичанам пришлось уйти из Прикаспия из-за восстания в Иране и мощного наступления турок. В 1919-1920 годах Англия взяла под свой контроль черноморские порты Грузии, в первую очередь, Батуми и Поти, поскольку именно через них планировалось транспортировать азербайджанскую нефть. В английских политических документах того времени цель политики определялась как превращение Каспия во внутреннее море Британской империи, которая взяла бы под контроль судоходство по Волге.

Одновременно со стороны США и Британии шла активная поддержка неудавшейся тогда авантюры Энвера-паши. Этот паша выступил с пантуранских позиций, объявив, что правоверным следует опередить европейцев и захватить Кавказ вместе с каспийские месторождениями. За период 1918-1920 годов туркам, тем не менее, удалось вывести 4 тысячи цистерн с бакинской нефтью.

Англичане отправили к себе на остров за тот же период времени 30 млн пудов керосина, нефти и мазута. Можно утверждать, что сентенция Черчилля о 'мягком подбрюшье России' - это геополитическая инварианта. Мир меняется, геополитические устремления остаются. В 1940 году должен был реализоваться британо-французский план, который предусматривал вторжение в СССР через Иран и Турцию.

Тегеран и Анкара своим отказом сорвали этот план. 18 июня 1941 года был подписан Договор о дружбе и сотрудничестве между фашистской Германией и Турцией.

Будущее Каспийского региона СССР выглядело следующим образом ('Российская газета', 19961207): 'создание конфедерации Закавказья и 'горских народов' (на Северном Кавказе) под германо-турецким протекторатом; все черноморские, каспийские и азовские порты 'бывшего' СССР контролирует Берлин; юго-западная Грузия (Месхетия), Аджария и Нахичеванский район передаются Турции; допускается свободный турецкий транзит через порты Черного моря и Каспия.

Прикаспийские районы Средней Азии подлежат германскому протекторату, а Астраханская область и Калмыкия будут включены в марионеточную конфедерацию 'Идель-Урал'. Нефтепровод Баку - Батуми и каспийский нефтекомплекс планировалось объявить германской собственностью...' Гитлеровский план 'Фельми' (1941 год) предусматривал вторжение германский войск в Иран и Ирак после оккупации Кавказа и Прикаспия.

Вторжение намечалось в 1942-1943 годах при участии Турции. В меморандуме отмечалось: 'Экономическое овладение регионом Каспийского моря навсегда обезопасит азиатский тыл рейха, позволит контролировать Кавказ, Средний Восток, Туркестан и частично внешнеполитические аппетиты Турции.

Значение ресурсов этого региона, особенно нефтяных, для рейха трудно переоценить... Господство здесь необходимо и потому, что после ликвидации русской и большевистской опасности для нового мирового порядка в мире, главным соперником рейха станет 'поднимающийся Восток'. На его пути должен встать 'каспийский бастион', подкрепляемый особыми германо-турецкими отношениями...' ...Збигнев Бжезинский не оригинальный мыслитель.

Просто, в отличие от провинциальных российских политиков нашего времени, он хорошо начитан.

Правда, ему не мешало бы повнимательнее ознакомиться с написанным в 1941 году германским меморандумом 'Фельми', в котором среди прочего говорится об опасности 'поднимающегося Востока' для нового мирового порядка после ликвидации русской и большевистской опасности. Не все ли равно, для какого 'рейха' эта новая опасность уже возникла - германского или североамериканского... 3 О том, что нефть - не главная, хотя и важная причина атаки на Прикаспий и Кавказ, свидетельствуют разумные рассуждения американца Джеффри Кемпа, опубликованные в 'Интерфакс-АИФ' (№№1-2; 1-18 января 1998 года). Справка.

Джеффри Кемп, директор программ региональной безопасности Никсоновского центра 'За мир и свободу', бывший специальный помощник президента США. В России опубликован его доклад о стратегической политике в отношении Персидского залива и Каспийского региона.

Доклад озаглавлен ' Energy Superbowl ', что переводится, как 'Энергетический финал'. Важно, что Superbowl означает в США финал чемпионата по американскому футболу, в который играют, как известно, овальным мячом. В своем докладе Кемп заключил в один овал ('стратегический энергетический эллипс') Прикаспий и Персидский залив. В границах этого эллипса оказались: юг России, запад Казахстана, Узбекистана и Туркмении, практически весь Иран, ОАЭ, север Омана и Йемен, восток Саудовской Аравии, Ирака, Турции и Грузии, Кувейт, Армения и Азербайджан. На эти регионы суммарно приходится 70 процентов мировых достоверных запасов нефти и 40 процентов газа. Но, по мнению Кемпа, 'Персидский залив гораздо более важный источник энергетического сырья, чем Каспий. С точки зрения запасов Персидский залив - это до 600 млрд баррелей нефти и 1600 трлн кубических футов природного газа. И пересмотр этих цифр постоянно идет в сторону их увеличения'. Относительно ресурсов углеводородов Прикаспия у экспертов пока что единой точки зрения нет.

Оценки запасов колеблются от 30 до 200 млрд баррелей нефти.

Наиболее часто фигурирует число - 90 млрд баррелей, что соответствует объемам подтвержденных запасов нефти на территории Кувейта. Но поскольку площадь Прикаспия составляет 170 тысяч квадратных миль, продолжение разведки может нефтяные запасы здесь существенно увеличить.

Загадочной, с точки зрения запасов нефти, Кемп считает и Ирак, который, по мнению ряда экспертов, может стать второй Саудовской Аравией. Кемп полагает, что при любых запасах странам Каспия придется вложить значительные средства в сооружение трубопроводов.

Основным потребителем нефти в перспективе останется Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР), и прикаспийские государства неизбежно столкнутся с геополитическими трудностями, пытаясь доставить в этот регион свои углеводороды. В отличие от Прикаспия, Персидский залив - готовая экспортная площадка. Даже российскую сибирскую нефть с некоторой точки зрения транспортировать в АТР проще. Из рассуждений Кемпа следует, что нефть Прикаспия важный, но не главный фактор осуществляемой здесь экспансии Запада, который использует при этом исламские страны.

Кстати, американцы прогнозируют, что государства каспийского региона не устоят перед соблазном пустить 'нефтедоллары' на укрепление своей военной мощи. Как следует из публикации в 'Известиях' (28.05.98),институт имени Джеймса Бейкера подготовил доклад, в котором такой поворот событий рассматривается как наиболее вероятный.

Средства от продажи и транспортировки нефти, по мнению авторов доклада, могут быть употреблены для закупок новых вооружений молодыми, но амбициозными государствами. Это приведет к дестабилизации обстановке в регионе. При этом авторы ссылаются на нерешенность проблемы Нагорного Карабаха, грузино-абхазский конфликт, претензии Чечни на самостоятельность, ее попытки выйти к морю и играть более влиятельную роль на Кавказе, на угрозу мусульманского фундаментализма и, конечно, на иранский фактор. ИСЛАМ И СОВЕТСКОЕ НАСЛЕДСТВО Использование исламского фактора против России упрощается территориальным делением бывшего СССР и Российской Федерации.

Известно, что после провала экспорта революции в Западную Европу, большевистское правительство сделало ставку на 'пробуждающийся Восток'. Одним из инструментов 'нового курса' стало нарезание на территории бывшей Российской империи мусульманских областей, автономий и союзных республик, в том числе, как считает Солженицын, для того, чтобы 'угодить сердечному другу Советов - Турции'. В частности, совершенно искусственно, ради экспорта революции на Восток было создано национально-территориальное образование, называемое Азербайджанской ССР. Сразу после образования Азербайджанской ССР Россия потеряла принадлежащие ей Каре и Ардаган, Сурмалинский уезд и часть Восточной Армении, вошедшие в ее состав согласно Гюлистанского и Туркменчайского договоров. В 1920 году красная Россия передала кемалистской Турции 10 млн золотых рублей, однако Турция не стала 'на рельсы мировой революции'. В 1936 году Турция подписала в Монтре договор о проливах, который ущемлял интересы России. Во время Второй мировой войны Гитлер обещал помочь Турции создать государство тюрков вокруг Каспия и в Крыму.

Только разгром немецких армий под Сталинградом удержал Турцию от прямого участия на стороне Гитлера в военных действиях против СССР. В 1944 году Турция разорвала дипломатические отношения с Германией, а в феврале 1945 года даже объявила ей войну, не сделав, впрочем, ни единого выстрела. В 1952 году Турция вступает в НАТО, найдя покровителя в лице США, которым предоставила свою территорию для размещения ядерных сил. Как известно, большевики признали право наций на самоопределение, а также аннулировали все договоры царского и временного правительства.

Тотчас на окраинах бывшей империи стали образовываться независимые государства.

Правда, все они подверглись оккупации Германией, Турцией, Францией, Англией, США. К лету 1918 года Советской властью было утеряно 3/4 территории царской России.

Советское правительство через три месяца после Октябрьской революции признало независимость Великого Княжества Финляндского, присоединенного к России в 1809 году. Оно пользовалось в составе Российской Империи автономией.

Советы признали независимость Прибалтийских республик. Они вошли в состав России в 1721 году в результате Ништадского мирного договора.

Большевики признали несправедливым договор 1814-1815годов, заключенный Россией, Пруссией и Австрией о разделе Польши. В Закавказье образовались три республики - Азербайджан, Армения и Грузия. В 1918 году Румыния захватила Бессарабию, а Германия - часть Белоруссии. На Дальнем Востоке образовалась Дальневосточная демократическая республика. В 1921 году большевики подписали Рижский и Московский договоры. По Рижскому - к Польше отошла вся Западная Белоруссия, по Московскому - к Турции - в Западной Армении Карская область с округами и с крепостью Карс - плацдармом турецкой угрозы России на юге. Между тем, по 'англо-франко-русскому секретному соглашению 1915 года к России должны были отойти черноморские проливы Турции и Константинополь, а по соглашению 1916 года Россия получала Северо-восточную часть Османской Империи - армянские области - Эрзерум, Трапезунд, а также на Юго-востоке - Ван, Битлис и область Курдистана к югу от Вана и Битлиса' (Ю. Барсегов.

Геополитическая угроза России с Юга. М., 1996). В 1920-1921 годах устанавливается Советская власть в Закавказье. В 1922 году Азербайджан, Армения и Грузия образовали Закавказскую Федерацию. Затем Россия, Украина, Белоруссия и Закавказская Федерация учредили Советский Союз. В 1925 году в СССР вошли Узбекистан и Туркменистан, в 1929 -Таджикистан.

Киргизия и Казахстан в те годы входили в состав РСФСР в качестве автономий. В 1936 году в состав СССР уже входило 11 республик. В 1939 году произошло воссоединение Западной Украины с Украинской ССР, Западной Белоруссии с Белорусской ССР. В результате войны с Финляндией были отодвинуты границы от Ленинграда на северо-запад. На запад они были отодвинуты и благодаря присоединению в 1940 году к СССР Прибалтики. Была возвращена Румынией захваченная в 1918 году Бессарабия.

Вернулась населенная украинцами территория Северной Буковины. По документам Ялтинской и Потсдамской Конференции, к СССР отошли Восточная Пруссия (Калининградская область) и район Петсамо.

Япония вернула Южный Сахалин и Курильские острова. В состав СССР вошла Тува. В 1945 году к Украине было присоединено Закарпатье. СССР после Второй мировой войны не удалось вернуть российскую часть Западной Армении и контроль над проливами. 'В 1921 году, говорил Молотов, турки воспользовались слабостью Советского государства и отняли у него часть Советской Армении. ...Что касается вопроса о проливах, то Советское правительство давно говорит о том, что конвенция в Монтре его не устраивает' ('Советский Союз на международных конференциях периода Великой Отечественной войны, 1941-1945гг.' М. Политиздат, 1954г.). В поддержку Турции, по долгосрочным геостратегическим причинам, выступили США и Англия. Сэда Вермишева в работе 'Тектоника внешних и внутренних границ СССР' (Библиотека Центра русско-армянский инициатив, М., 1997) обращает особое внимание на нарочитый тюркско-мусульманский уклон в государственно-территориальном устройстве СССР. И с этой точкой зрения Вермишевой трудно не согласиться.

Решение о создании РСФСР было принято одновременно с провозглашением советской власти.

Реализация замысла началась в 1918 году.

Территориям с более или менее компактным проживанием коренных этносов придавался статус автономий разного правового уровня. При определении титульной для данной территории нации численность ее представителей в расчет не принималась - главным считался факт исторического проживания. В число созданных в СССР национально-государственных образований вошли Адыгея, Алтай, Башкортостан, Бурятия, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Калмыкия, Карачаево-Черкессия, Карелия, Коми, Марий Эл, Мордовия, Якутия, Северная Осетия, Татарстан, Тува, Удмуртия, Хакасия, Чечня, Чувашия, а также Еврейская автономная область. По национальному признаку был сформирован ряд национальных округов - Бурятский, Коми-Пермятский, Ненецкий, Долгано-Ненецкий, Усть-Ордынский, Ханты-Мансийский, Чукотский, Эвенкский, Ямало-Ненецкий. На начальном этапе в состав РСФСР входили на правах автономий Казахстан, Киргизия, Кара-Калпакия. Затем Казахстан и Киргизия получили статус союзных республик, а Кара-Калпакия - статус автономии в составе Узбекистана. С самого начала национальным образованиям присваивался более высокий ранг, чем российским областям.

Делалось это по Ленину: 'Интернационализм должен состоять не только в соблюдении формального равенства, но и в таком неравенстве, которое возмещало бы со стороны нации большой то первенство, которое складывалось в жизни фактически'. Наиболее сложным с точки зрения установления внутренних границ на территории РСФСР был и остается, по мнению Вермишевой, Северо-Кавказский регион.

Присоединение территории Северного Кавказа к Российской Империи началось в первом десятилетии XIX века, когда в 1810 году в состав России добровольно вошла Ингушетия. Но процесс добровольного присоединения к России народов Северного Кавказа был прерван чеченцами. Война охватила весь Северный Кавказ и длилась 50 лет. После крушения Российской Империи на Северном Кавказе образовалась Горская Республика с ориентацией на Турцию. Затем была образована Горская автономная республика в составе РСФСР, которая распалась на автономии - Дагестанскую, Чеченскую, Ингушскую, Адыгейскую, Балкарскую, Северо-Осетинскую и др. После депортации чеченцев, ингушей, карачаевцев и балкар в годы Второй мировой войны территории их проживания заселялась другими народами, а также передавались в состав других административных структур.

Трудно проходил процесс территориального размежевания в Средней Азии и нынешнем Казахстане: слишком размыты здесь были границы исторического проживания народов. В 1924 году на территории бывшего Туркестанского генерал-губернаторства, Хивинского и Бухарского ханств была создана Туркменская автономная республика в составе РСФСР со столицей в Ташкенте. Тогда же на территории Туркменской автономии было образовано две союзные республики - Туркменская и Узбекская. Они были выделены из территории РСФСР. Такие же изменения произошли и в отношении территорий, населенных другими народностями региона - казахами, киргизами, таджиками, каракалпаками, бадахшанцами.

Территория, населенная казахами, вошла в состав Российской Империи в 1731-1846 годах. В 1920 году под названием Кара - Киргизской автономной области (далее - автономной республики) - эта территория вошла в РСФСР. В 1924-1925годах к ней были присоединены земли части Сырь - Дарышской и Семиреченской областей, населенных преимущественно казахами. После этого территория получила название - Казахстан. Она оставалась автономией в составе РСФСР. Но в 1936 году Казахстан получил статус Союзной республики, в результате чего сократилась территория РСФСР и изменилась конфигурация ее границ.

Территория, населенная киргизами, в состав царской России вошла в 1840-1860 годах. После установления Советской власти статус этой территории неоднократно менялся - от автономной области в составе сначала Казахстана, а затем РСФСР, и далее - автономной республики в составе РСФСР. С 1936 года Киргизия - Союзная республика. В 1924 году таджики, древнейший народ Средней Азии, получили автономию в составе Узбекской ССР. В 1925 году из Кара-Киргизской и Таджикской частей Памира была образована особая Памирская область, переименованная в дальнейшем в Горно-Бадахшанскую автономную область. В 1929 году Таджикская автономная республика была преобразована в Союзную республику. Горно-Бадахшанская область получила статус автономии в составе Таджикской ССР. Становление государственности народов, населяющих Среднюю Азию и Казахстан, было целиком проведено в интересах тюрко-язычных народов этого региона - казахов, узбеков, киргизов, туркменов, каракалпаков. При этом в Средней Азии, в частности, в Казахстане, факт исторически компактного проживания русского этноса никого не интересовал.

Русских автономий какого-либо уровня в Центральной Азии не сформировали. В Закавказье на две из трех республик Закавказья - Грузию и Азербайджан пришлось пять автономий.

Первой в состав Российской Империи вошла Грузия (в 1801 году). В 1804-181З годах в результате Русско-персидской войны в состав России от Персии отошли Карабах (центр Шуши), а также - территории, ныне именуемые Азербайджаном (Бакинское, Гянджинское, Шекинское, Ширванское, Кубинское, Талышское ханства), южная часть Дагестана (Дербентское ханство). Вхождение их в состав Российской Империи было закреплено в 1913 году Гюлистанским договором.

Следующим, по хронологии, на территории Закавказья было добровольное вхождение в состав Российской Империи Абхазии (1810год). До 1864 года Абхазия имела статус автономии в составе России: Военный округ Российской Империи и Сухумский военный округ. Далее, от Персии к России отошла по Туркменчайскому договору (1828год) Восточная Армения - Ереванское и Нахичеванское ханства. Тогда же из них была сформирована Армянская область в составе России.

Присоединение к России областей Западной Армении Карса, Ардагана, Эрзерума, Баязета происходило в ходе русско-турецких войн.

Однако, Берлинский конгресс 1878 года свел на нет многие победы русского оружия, признав за Россией право лишь на Карс, Ардаган и Артвии с округами, а также на Батум с частью области. Но все-таки за период с 1801 по 1878 год место Турции и Персии в Закавказье заняла Россия. В основе остроты и трагизма межнациональных конфликтов в Закавказье лежит ряд причин. Одна из них, по мнению Вермишевой, состоит в том, что населяющие Закавказье народы (абхазы, армяне, грузины, осетины), в противоположность другим, более молодым народам Советского Союза, задолго до вхождения в Российскую Империю, имели свою собственную государственность и территориальные границы, зафиксированные как в исторических документах, так и в национальном сознании. Это привело к кровавым столкновениям в 1918 году. Тогда Закавказский Сейм по требованию немецкого и турецкого командований принял решение о роспуске Закавказской демократической республики и образованию на ее территории независимых государств: Грузии, Армении, Азербайджана. При этом Азербайджан, никогда не имевший своей государственности, замысливался как еще одна турецкая республика с выходом на Каспий и в Среднюю Азию с поглощением исконных армянских территорий. Этот же опыт сегодня повторен в Югославии, где в Боснии образована некая Мусульмано - Хорватская Федерация с выходом в Адриатику. К тому же типу исламской экспансии относится и турецкое государство на Кипре.

Национально-государственное размежевание территории Закавказья происходило под влиянием и при участии Англии и Германии, а также Турции. Эти страны в условиях ослабленной геноцидом Армении и отсутствия в регионе России проводили, помимо своих интересов, и интересы Азербайджана. Тогда основным противостоянием в регионе была борьба автохтонного армянского населения за территорию своего тысячелетнего исторического проживания.

Началось в то время и противостояние Абхазии и Южной Осетии Грузии. После распада Российской Империи, Абхазия строила свою государственность как коллективную с горскими народами Северного Кавказа. И на момент образования Грузинской Республики (26 мая1918года) Абхазия находилась в составе образовавшейся 11 мая 1918г.

Горской республики. (Абхазия - еще один регион пристального внимания Турции, поскольку через Черное море он соединяет ее с Закавказьем и с Северным Кавказом). В том же году Абхазия была захвачена грузинскими меньшевиками. В 1921 году, в Абхазии, как и в Грузии, была установлена Советская власть.

Однако и после этого обретение государственности проходило здесь специфично, в том числе под влиянием такого субъективного фактора, как давление со стороны Сталина и Орджоникидзе.

Абхазия считалась союзной республикой и обладала набором прав, отвечающим такому статусу. Но она же не входила как самостоятельный субъект в состав СССР. Под давлением Сталина и Орджоникидзе между Грузией и Абхазией были установлены 'договорные' (конфедеративные) отношения, и до 1931года Абхазия называлась 'договорной' республикой. В 1931году по указу Сталина ее статус был понижен: Абхазию включили в состав Грузии в качестве автономной республики.

Территория, населенная аджарцами, перешла России от Турции в 1878 году (Батумская область). Будучи пограничным с Турцией регионом, Аджария стала в годы Первой мировой войны ареной активных боевых действий России и Турции. После февральской революции в России турецкие войска захватывают Батум. Турки, немцы, англичане попеременно оккупируют этот порт. С уходом англичан власть в Батуме перешла к меньшевикам, которые вскоре вновь передали ее туркам. 18 марта 1921года на этой территории была установлена Советская власть.

Однако ее установлению предшествовало заключение 16 марта 1921года между РСФСР и Турцией Московского договора.

Согласно этому договору к Турции отошли территории российской части Западной Армении (Карсский, Ардаганский округа), армянское население которой было вырезано, и Нахичеван. Турки же оставили Батум. Летом 1921г. на территории Батумской области была образована Аджарская автономная республика. Тогда же она была включена в состав Грузинской ССР. Территория Осетии была расчленена. Часть Осетии, расположенная к северу от Большого Кавказского хребта, вошла в январе 1921года в Горскую автономную республику в составе РСФСР. Часть Осетии, расположенная по южную сторону Большого Кавказского хребта, была включена в состав Грузинской ССР в качестве Юго-Осетинской автономной области. В результате в западной части Закавказья в годы Советской власти возникла Грузинская ССР с тремя входящими в нее национально-государственными образованиями - Абхазией, Аджарией и Южной Осетией.

Армения и Карабах были оставлены с Турцией один на один.

Политический итог этого неравного противостояния свелся к положениям Московского договора между РСФСР и Турцией от 16 марта 1921года. По этому договору 24920 кв. верст территории бывшей Российской Империи (Карсский округ, Ардаганский округ, Кагызманский округ, Артвинский округ. Южная часть Батумского округа, Сурмалинский уезд Эриванской губернии) достались Турции.

Причем Сурмалинский уезд (3241 версты) никогда не входил в состав Османской империи. Река Ахурян стала пограничной. В Договор была внесена особая статья, по которой Нахичеванская область должна была образовать 'Автономную территорию под протекторатом Азербайджана при условии, что Азербайджан не уступит протектората третьему государству'. (Документы внешней политики СССР. Т.3, С.598-599). Это притом, что после заключения Туркманчайского договора между Россией и Персией в 1828 году территория Нахичеванского и Ереванского ханства составили Армянскую Область царской России. С 1923 года пребывание Нахичевана, армянской территории, в составе Азербайджана было оформлено в качестве автономной республики. То есть турецкий диктат по отношению к Советской России определил не только внешнюю границу СССР с Турцией, но и внутренние границы между Арменией и Азербайджанской ССР в пользу Азербайджана.

Аналогичная участь постигла и Карабах, также являющийся территорией исторического проживания армян. До установления в Закавказье Советской власти Карабах неоднократно становился объектом агрессии со стороны Азербайджана при активном военном участии Турции.

Однако Карабаху удавалось при поддержке Армении отбивать все посягательства. Затем решением партийного органа в составе 10 человек 5 июля 1921года было принято постановление о включении в состав Азербайджана Карабаха.

Население его на 95% состояло из армян и связывало развитие своей государственности с Советской Арменией. Эту точку зрения поддерживали, но в конечном счете, не сумели отстоять Киров и Орджоникидзе.

Нахождение большей части Нагорного Карабаха в составе Азербайджана как автономной области было оформлено в 1923году.

Остальная же его часть вместе с равнинным Карабахом была введена в состав Азербайджана в виде административных единиц. Так было смонтировано новое национально-государственное образование - Азербайджанская ССР, включающая большую часть территории Нагорного Карабаха (4,4 тыс. кв. км) и Нахичеванскую область (5,5 тыс. кв. км). Кроме того, в границы Азербайджана были включены и другие армянские территории, в частности равнинного Карабаха. В результате территория Азербайджана достигла 86,6 тыс. кв. км. В общей сложности количество аннексированной в пользу Турции и Азербайджана территории исторической государственности и проживания армянского населения составило порядка 34,9 тыс. кв. км.

Отошедшие к Турции и Азербайджану армянские территории, не будучи сами по себе значительными по площади, стратегически важны. Карс и Ардаган географически расположены таким образом, что их сдача означала открытие для Турции ворот в Закавказье и нависание угрозы России с Юга.

Юрисдикция Азербайджана над Карабахом и Нахичеваном дает Азербайджану возможность при соответствующих обстоятельствах захватить узкий, шириной всего в 46 км , Мегринский участок Армении, который обрывает (встревает клином) непрерывность тюркского этнического массива.

Именно этот участок так или иначе препятствует прямому единству Турции с Азербайджаном, а далее со Средней Азией.

Стратегическое значение Мегринского района состоит и в том, что там проходит сухопутная граница Армении (открытая и для ее стратегического союзника - России) с Ираном, то есть там проходит путь к Персидскому заливу и Индийскому океану.

Передача Азербайджану Нахичевана увеличила угрозу давления турко-азерских сил на северную границу Ирана, проходящую по иранским азеронаселенным провинциям.

Кстати, Турция прикупила заблаговременно небольшой ( 10 км ) участок территории у Ирана, создав себе общую границу с Нахичеванской автономией. В дальнейшем Армения и Карабах были искусственно разъединены созданием в Лачинском районе Курдской автономии. После ее ликвидации Армению от Карабаха отъединяла полоска земли в 12 км (так называемый Лачинский коридор). Два народа, определявшие христианский облик Кавказа и пророссийскую ориентацию - армяне и осетины, оказались разделенными. То есть в Закавказье последовательно реализовывалась турецкая геополитическая стратегия. В разъединенности Северной и Южной Осетии, Армении и Карабаха уже была заложена стратегия отсечения Закавказья от России.

Действительно, наиболее короткий и не зависящий ни от Азербайджана, ни от часто меняющей свою ориентацию Абхазии путь из глубинной России в Закавказье проходит через Северную и Южную Осетии. В стратегических раскладках пантюркизма важное место отводится Мегринскому участку Армении. Если этот участок удалось бы захватить, то закавказское геополитическое пространство было бы замкнуто Турцией и Азербайджаном по юго-восточному и юго-западному периметрам. В результате территориально-административных преобразований в СССР в анклавах исторического проживания русских на Украине, в Казахстане, Молдавии, Прибалтике русские автономные образования созданы не были. Но на территории СССР власти ухитрились создать условия наибольшего благоприятствования тюрко-язычным племенам и народностям. Были искусственно сформированы тюркские союзные республики - Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Узбекистан, Туркмения - и автономии в составе РСФСР - Башкирия, Татария, Якутия и проч. Общая площадь их территорий составляет, по самому грубому подсчету, 9,4 млн кв. км (в том числе ныне независимых государств 4,1 и в составе России 5,3), что в 12 раз больше территории современной Турции. При этом 'качество' переданных Турции и Азербайджану тех же армянских территорий обеспечивает при благоприятной ситуации объединение в единый массив тюрко-мусульманских народов бывшей Российской Империи и СССР. Ставка большевиков на революционность тюрков и мусульман Ближнего и Среднего Востока оказалась ошибочной. 'Революционность' мусульман носит обычно конфессиональный, а не политический характер. Этим большевистским наследством и пользуются сегодня США. Другими словами, большевики сами в значительной мере размягчили свое южное подбрюшье... С чем же в действительности сталкивается современная Россия на своих южных рубежах? ПЕРЕДЕЛ МИРА, ИСЛАМ И РОССИЙСКАЯ ПОЛИТИКА Роль ислама в мире стремительно возрастает. На земном шаре проживает около миллиарда людей, исповедующих эту веру. На территории прежнего Советского Союза общая численность мусульман составляет 80 млн человек. В 120 странах мира существуют крупные мусульманские общины, а в 42 из них мусульмане составляют большинство населения. По данным последней переписи населения, в Российской Федерации в 1989 году насчитывалось около 12 млн представителей российских этносов, исторически являвшихся носителями мусульманской культуры. По данным на январь 1996 года в России зарегистрировано 2494 мусульманских религиозных объединений. Особо следует отметить возрастающее значение исламского фактора в мировой политике . Это обусловлено не только значительными людскими ресурсами и обширностью территории мусульманского Востока, но и стратегическим положением региона, природным богатствами, торгово-экономическими возможностями, а также мощным духовно-историческим потенциалом ислама.

Хорошо известно суждение о том, что планетарное противостояние 'капиталистического Запада' и 'коммунистического Востока' переместилось в другую плоскость - противоборство 'христианской цивилизации богатого Севера' и 'афро-азиатского демографического большинства Юга'. Распад Советского Союза повлек за собой высвобождение дополнительного многомиллионного мусульманского резерва.

Начался самый значительный после второй мировой войны геополитический передел. Эти новые обстоятельства чреваты для современной России непредсказуемыми последствиями. Для нее ислам - в равной степени фактор и внутренней жизни и внешней политики.

Причем фактор тревожный.

Неслучайно понятие 'дуга нестабильности' характеризует ситуацию в регионах и странах, расположенных по южному контуру российских границ.

Мусульманские анклавы внутри самой России, активно взаимодействующие с внешним миром, дополняют и усложняют геополитический расклад сил на постсоветском пространстве.

Мусульманский мир не един. Он многолик и сложен.

Поэтому в геополитических проектах ему зачастую отводится роль не только самостоятельного игрока, но и инструмента иных сил, действующих на мировой сцене.

Существует большое количество субъектов политического действия, которые и конституируют исламский фактор.

Именно поэтому исламский фактор рассматривается в первую очередь как политический.

Мусульманские страны создали важные правительственные и неправительственные организации.

Крупнейшей из них является Организация Исламская конференция (ОИК). Существует ряд специализированных организаций - Исламский фонд развития, Исламский банк развития и другие. Кроме общеисламских организаций есть культурные центры и различные фонды, представляющие интересы отдельных направлений ислама.

Немало международных исламских организаций: Лига исламского мира, Всемирная исламская организация (со штаб-квартирой в Кувейте), Всемирная исламская организация вспомоществования (со штаб-квартирой в Саудовской Аравии), Исламское агентство по оказанию помощи, Международная организация исламского призыва, международная организация мусульманских женщин, Всемирная ассамблея исламской молодежи, Ассоциация сближения между исламскими направлениями (со штаб-квартирой в Тегеране), Народный исламский конгресс (со штаб-квартирой в Хартуме) и т.д.

Доктор философии Александр Игнатенко ('НГ - сценарии', № 8, 21.11.96) отмечает, что общественно-политические движения и партии исламского направления достаточно четко дифференцируются по методам их деятельности. С одной стороны, существуют организации благотворительные, просветительские, культурные и даже политические, которые действуют в рамках законов своей страны, занимают лояльную позицию по отношению к существующей власти, считают неприемлемыми для себя любые формы насилия. Но, с другой стороны, есть целый ряд объединений, которые находятся в оппозиции, часто непримиримой, к режимам в соответствующих странах. Это экстремистские - неправительственные религиозно-политические организации (НРПО). Они, как правило, ставят перед собой задачу либо свержения этих режимов, либо политико-государственного самоопределения мусульман в ходе опять-таки насильственных действий. Среди этих организаций - 'Братья-мусульмане' в разных арабских странах, ХАМАС на землях Палестинской автономии, 'Партия Аллаха' в Ливане, Исламский фронт освобождения Моро на Филиппинах, Исламская партия возрождения в Таджикистане и т. д. По некоторым данным, в начале 90-х годов в Чечено-Ингушетии (в чеченской ее части) начала действовать организация под названием 'Братья-мусульмане'. Еще при советской власти спецслужбы запустили в оборот название 'ваххабиты' - для обозначения экстремистских мусульманских групп фундаменталистского толка, реально действующих в Средней Азии, а затем на Кавказе с 80-х годов. НРПО, как правило, трансграничны, и боевики, входящие в них нередко действуют не только у себя на родине, но и в других странах. Ислам не знает государственных границ.

Специалисты обращают внимание на то, что некоторые исламские общественно-политические организации имеют двойную структуру - легальную и скрытую, подпольную.

Тайный характер деятельности экстремистских НРПО создает благоприятные условия для осуществления различных манипуляций с ними или от их имени, а то и от имени всего исламского движения протеста.

Доктор Игнатенко отмечает влияние неисламских группировок, организаций на формирование исламского фактора в международных делах. Это - исследовательские центры и фонды, СМИ, промышленные корпорации и финансовые группы, действующие в зоне распространения ислама, наконец, но не в последнюю очередь - спецслужбы. Здесь в авангарде идут государства НАТО, и особенно США, Можно было бы высказать соответствующее предположение и относительно Японии, Индии, Китая. Эта работа ведется методами тайной дипломатии, агентурной разведки, информационного воздействия и т. п. Цель этой работы - посредством определенного влияния на исламский фактор создать благоприятные экономические и геостратегические условия для соответствующих немусульманских стран в зоне распространения Ислама.

Многочисленность субъектов политического действия, формирующих исламский фактор, свидетельствует о его неоднородности. Можно указать несколько линий, подтверждающих внутреннюю противоречивость исламского фактора: 'официальный' ислам и 'оппозиционный' ислам; различные национальные интересы исламских субъектов политического действия (тюрки и таджики в Центральной Азии; пуштуны, узбеки и таджики в Афганистане; курды и турки в Турции и т.д.); межобщинные суннитско-шиитские разногласия (например, в пакистанском Пенджабе); геостратегическая конкуренция, обостренная шиитско-суннитскими разногласиями (пример Ирана и Саудовской Аравии); несовпадение экономических интересов разных исламских государств; социально-классовыми противоречиями, обостренные национальными и общинными различиями (рабочие-иммигранты из Пакистана и других мусульманских стран в арабских государствах Залива). Либерализация общественно-политических и экономических отношений в государствах бывшего СССР вызвала к жизни аналогичные противоречия исламского фактора на постсоветском пространстве, в том числе и в России. Но помимо конфронтационной тенденции в мире ислама существуют и мощные импульсы интеграции в рамках некоего союза-объединения. Но и на этом направлении нет единства взглядов и подходов к реализации объединительных макропроектов.

Предпринимаются шаги по возрождению некоторых прежде традиционных союзов, а также образованию новых.

Предполагается включение в них и государств Средней Азии, Кавказа, мусульманских регионов России.

Существуют две ведущие объединительные тенденции - панисламистская и пантюркистская . Вряд ли они могут реализоваться, поскольку традиционно конкурируют между собой. Тем не менее, даже попытки их осуществления способны создавать, и создают принципиально новые силовые величины в обширном регионе и оказывают влияние на мировую политику.

Авторы публикации в 'Независимой газете' (Евгений Никитенко, Николай Пиков, Сергей Шиловский. 'Дуга нестабильности', - НГ, 04.12.96) отмечают, что панисламизм апеллирует к наднациональному уровню, а 'мусульманский национализм', который лежит в основе пантюркизма, собственно к национальному.

Сторонники теории исламской солидарности из организации 'Братья мусульмане' в Иране, Саудовской Аравии призывают всех мусульман объединиться вне национальных рамок, тогда как идеологи 'мусульманского национализма' в лице Турции, Ирака, отчасти Ливии выступают за обособление мусульман региона на этнорелигиозной основе и выделение данной общины в самостоятельное государственно-политическое образование. В основе теории пантюркизма лежит религиозно-шовинистическая доктрина о создании Великого Турана. Ее тремя основополагающими постулатами являются объединение народов по их этнической принадлежности к тюркам, приверженность исламу, а также общность языка, исторической культуры и восточного менталитета.

Претензии Турции на лидерство в тюркском мире закономерны. Она остается притягательным символом для стомиллионной диаспоры, подавляющее большинство которой проживает на территории бывшего СССР. Идее создания Великого Турана противостоят планы сторонников исламской солидарности в Иране и других странах по возрождению панисламистского государства времен арабского халифата с современным идеологическим наполнением. При этом 'мусульманский резерв', имеющийся в южных районах бывшего СССР, представляется для них наилучшим ускорителем объединительных процессов на мусульманском Востоке. Не прочь возглавить движение за притяжение об объединение вокруг себя мусульманских республик бывшего Советского Союза и такие государства как Пакистан, Саудовская Аравия. В стремлении создать ядро будущего всеисламского союза, независимо от его основы, пантюркистской или панисламистской, Пакистан, Саудовская Аравия и Турция не исключают возможности военного вмешательства в дела государств Кавказа и Средней Азии. Такое вмешательство открыто проявилось и продолжает проявляться в Средней Азии, в российских северокавказских регионах, особенно в Чечне и Дагестане. Как уже отмечалось выше, исламский фактор включает в себя не только силы мусульманского мира. На мировой сцене сопрягаются и сталкиваются различные интересы, создавая довольно причудливые политические конфигурации. На протяжении нескольких веков Россия и Запад вели открытую и тайную борьбу за влияние на Кавказе, в Центральной Азии, на Среднем и Ближнем Востоке.

Доктор исторических наук Владимир Дегоев ('Независимая газета', 16.10.97) считает, что 'силовой треугольник' - Московское государство (ставшее затем Россией), Иран, Турция (с ее сателлитом Крымским ханством) - возник еще в XVI веке. До 70-х годов XVIII доминирующим процессом в рамках этой комбинации было ирано-турецкое соперничество, сопровождавшееся войнами и периодическими переделами сфер влияния.

Долгое время игра на этих противоречиях оставалась главным оружием России, пока она оставалась слабой в военном и экономическом отношении. Таким путем она поддерживала равновесие сил на Кавказе и готовила почву для собственного вмешательства в дела региона. Пока у России не появилась возможность широко использовать военные методы, она стремилась укреплять свое влияние на Кавказе через местные влиятельные силы - те, что теперь принято называть 'элитами'. В конце 60-х годов XVIII Россия рискнула вступить в открытое столкновение с Турцией. В результате побед в русско-турецких войнах (1768 - 1774гг., 1787 - 1791 гг.) Россия получила ряд территорий на Северном Кавказе и упрочила позиции в Закавказье. Это повлекло резкое обострение отношений с Ираном.

Военное столкновение становилось неизбежным.

Детонатором послужило освобождение Грузии от вассальной зависимости от шаха и переход под власть русского царя. В первой трети XIX века Россия выиграла две войны у Ирана (1804 -1813 гг., 1826 -1829 гг.) и две у Турции (1806 -1812 гг., 1828 -1829 гг.) Эти победы закрепили за Россией практически всю территорию Кавказа. В Закавказье, где существовали довольно развитые государственные образования, она применяла оружие в основном тогда, когда имела дело с вражескими (Иранской и турецкой) армиями. По отношению к местным правителям обычно использовалась дипломатия соблазнов и подкупов. В целом население Закавказья восприняло приход России без враждебности.

Политика России на Северном Кавказе была менее гибкой и успешной.

Причина в том, что, в отличие от Закавказья, здесь она столкнулась с огромным количеством никому не подчинявшихся, разрозненных и враждовавших между собой патриархально-родовых обществ.

Принадлежали они к разным языковым и этническим группам, исповедовавшим разные религии, находившимся на разных уровнях социальной организации. В силу этих причин они плохо поддавались управлению. Из-за отсутствия государственных институтов на Северном Кавказе стратегия утверждения власти с помощью местных элит оказалась не столь эффективной, как в Закавказье. А военные навыки и привычка горцев к набегам делали их неудобными соседями для России.

Русское правительство попыталось военными методами разрубить гордиевы узлы горской политики и закрепиться на всем Кавказе. В результате получило многолетнюю Кавказскую войну (1817 - 1864 гг.). С конца XVIII века структура международных отношений по поводу Кавказа усложняется новым компонентом - вмешательством Англии и Франции, которые выступили со своими притязаниями на Кавказ. Но поскольку в начале XIX века значительная часть Кавказа уже стала сферой интересов и влияния России, интенсивность политики Лондона и Парижа в кавказском вопросе целиком зависела от состояния русско-английских и русско-французских отношений. А они, как известно, характеризовались резкими перепадами. К началу 30-х годов XIX века общая геополитическая ситуация на Кавказе кардинально изменилась. Между Российской империей, с одной стороны, и Турцией и Ираном - с другой, не осталось ни буферной зоны в виде Закавказья, ни естественных преград в виде Кавказского хребта.

Получив новую линию южной границы (с небольшими изменениями она сохранялась до 1991 года), Россия приобрела ключевой геостратегический плацдарм для создания непосредственной угрозы Анатолии и Западному Ирану, то есть подступам к Персидскому заливу и Индии.

Владение Кавказом отдало в ее распоряжение восточную акваторию Черного моря и практически весь Каспий, обеспечив прекрасные условия для продвижения в Среднюю Азию. Чем русское правительство вскоре и воспользуется.

Признав права России, выбыл из борьбы Иран.

Турция, не оставив мысли о реванше, в то время, вплоть до Крымской войны, не имела ни сил, ни союзников для ее материализации.

Сложившаяся ситуация крайне тревожила Англию, опасавшуюся развития русской экспансии на юг и юго-восток, в направлении Индии.

Англия переходит к политике сдерживания России на Кавказе.

Благоприятные условия для вмешательства Англии создала Кавказская война, сковывавшая силы России. В ходе Крымской войны (1853 -1856 гг.) Англия, опираясь на мощную коалицию (Англия, Франция, Турция, и фактически Австрия) попыталась восстановить Кавказ в качестве буфера между Россией и мусульманскими державами.

Россия войну проиграла. Но и разногласия между участниками антироссийской коалиции не позволили им достичь поставленной цели.

Парижский конгресс 1856 года зафиксировал принадлежность Кавказа России как международно-правовую реальность.

Парижский трактат создал внешнеполитические, а завершение Кавказской войны ( 1864 г .) - внутриполитические предпосылки для превращения Кавказа в неотъемлемую часть Российской империи и установления там относительной стабильности. В последующие годы расширение русских границ на юг, приближение их к стратегическим коммуникациям между Англией и ее индийскими колониями, наряду с активизацией политики России в Средней Азии, усилило озабоченность Лондона. Чтобы укрепить систему обороны Индии, Англия создает обширный буферный пояс, включавший в себя Турцию, Иран, Афганистан и среднеазиатские ханства.

Неудача очередной попытки (1877 -1878 гг.) силового решения (при помощи Турции) кавказского вопроса побудили Англию искать соглашения с Россией на Востоке на основе договоренностей о разделе сфер влияния.

Петербург ответил на это взаимностью. В конце XIX - начале ХХ века геополитическое значение Кавказа возрастает в связи с вовлечением его в мировое хозяйство.

Богатые природные ресурсы региона, прежде всего нефтяные, превращают его в арену острой экономической конкуренции европейских держав, включая Россию. На рубеже XIX -XX веков Российская империя была крупнейшим нефтедобытчиком в мире, а ее бакинские и грозненские нефтепромыслы занимали главное место в российской нефтяной промышленности. В Баку был представлен английский, шведский, немецкий капитал, а также американский в лице рокфеллеровской “Стандарт ойл”. В 1900 году в топливно-энергетическом балансе самой России доминировала нефть - 41,7 процента. (Правда, первое десятилетие ХХ века в России, как и во всем мире, было отмечено “углезацией” топливно-энергетического баланса - в 1908 году доля нефти составила 12,1 процента). Экономические интересы мировых нефтяных компаний в немалой степени обусловили вовлечение в борьбу за Кавказ после распада Российской империи в 1917 году европейских, ближневосточных государств, а также режимов, пришедших тогда к власти в Закавказье и стремившихся выйти из-под руки большевистской Москвы.

Вспомним, что 26 бакинских комиссаров (поддерживающих большевистское московское правительство) были расстреляны солдатами английского экспедиционного корпуса на Кавказе.

Немецкие войска, на которые пыталось опираться меньшевистское правительство Грузии, стремились закрепить позиции Германии в этом регионе. На свою долю рассчитывала соседняя Турция. В свою очередь большевики во главе с Лениным не собирались уступать контроля над Закавказьем. Они были беспощадны в достижении своих целей. Когда обозначилась угроза захвата Баку британскими и турецкими войсками в 1918 году, Ленин 3 июня пишет записку председателю ЧК Бакинского Совнаркома Тер-Габриеляну: “...передать Теру, чтобы он все подготовил для сожжения Баку в случае нашествия и чтобы печатно объявил это в Баку”. Во время военных операций XI-й Красной Армии на Кавказе, Ленин не упускал из поля своего зрения вопросы овладения нефтепромыслами Северного Кавказа и Баку. 28 февраля 1920 года он телеграфировал Реввоенсовету Кавказского фронта: “Смилге и Орджоникидзе. Нам до зарезу нужна нефть.

Обдумайте манифест населению, что мы перережем всех, если сожгут и испортят нефть и нефтяные промыслы, и наоборот - даруем жизнь всем, если Майкоп и особенно Грозный передадут в целости”. Красная Армия была еще только на подступах к Баку, а Ленин уже назначил блестящего специалиста Александра Серебровского управляющим Бакинскими нефтепромыслами. Да и Кирова, командовавшего тогда XI армией, вспоминают сегодня недобрым словом как “завоевателя Кавказа”, а ведь с его именем связано чрезвычайно быстрое восстановление нефтяной промышленности Азербайджана после окончания гражданской войны.

Последовавшее в 1922 году образование Советского Союза сковало обручем внешних границ территорию закавказского региона, закрепив на том историческом этапе геополитический спор между Западом, Турцией и Москвой в пользу последней. Запад не собирался мириться с этой ситуацией.

Недавно опубликованы архивные материалы, содержащие, в частности, донесение советского агента - запись беседы с военным атташе Великобритании в Тегеране.

Документ датируется 1923 годом.

Полковник Сандерс, выражая надежду на смену большевистского режима (нэп подогревал такие надежды), называл в ряду важных задач расчленение России, “чтобы легче управлять ею... В отношении Туркестана мы кое-чего добились в этом смысле.

Теперь очередь за Закавказьем. Надо создать самостоятельную Закавказскую Республику из Грузии, Армении, Азербайджана и Дагестана. Это окончательно поставит Центральную Россию в зависимость от нас, особенно в отношении жидкого топлива, да и на Черном море мы окажемся хозяевами.

Грузины и татары не только в массе, но и в среде многих ответственных работников, вполне сочувствуют этой идее.

Тайные комитеты уже работают, особенно в Грузии, Батуме, Тифлисе, Кутаисе, Хони, Гори, Сухуме, Азербайджане, Карабахе. С Арменией же дело обстоит хуже.

Сторонников русских там больше.

Армяне предпочитают большевизм еще и потому, что боятся одни в соседстве с турками без русской поддержки... В помощь, нашу или другой европейской державы, кроме русских, армяне, видимо, не верят.

Армяне же дашнаки мечтают о Великой Армении в таких границах, что с ними работать трудно... Очень важно между Турцией и Персией создать свою “Польшу” в виде самостоятельного Курдистана. Цель панисламизма разобьется об эту дикую страну.

Курдистан послужит реальным пугалом при той или иной политической обстановке здесь, на Востоке, то против Турции, то против Персии, да и против Закавказья.

Курдистан создался на наши деньги, нашими руками и, значит, будет зависеть всецело от нас”. (Мы можем лишь засвидетельствовать, что Курдистан и сегодня играет роль инструмента политики западных держав на Ближнем и Среднем Востоке. Да и на Каспий с целью разработки нефтяных месторождений сразу же после распада СССР пришли британские и американские нефтяные компании). В те годы советская разведка в противовес западным разрабатывала свои планы закрепления России на Кавказе. 30 апреля 1921 года военный атташе России в Тбилиси Павел Сытин в секретном докладе, направленном в центр, указывал на то, что “Россия должна озаботиться восстановлением в новых формах своего влияния в Закавказье”. Он предлагал “размежевать” Грузию на ряд автономных единиц, “подчиненных влиянию РСФСР”, оставляя при этом под русским влиянием Тифлис, Баку, Батуми, что, на его взгляд, “как нельзя лучше разрешает закавказскую проблему с точки зрения русских интересов”. Он, в частности, указывал на опасность присоединения Абхазии (которая тогда, как и сегодня, пыталась выйти из Грузии) к Горской республике, а это, по его мнению, означало, что, “в случае осложнения, РСФСР будет иметь перед собой преграду от моря до моря”. К проекту Горской республики в нынешней редакции мы еще вернемся, а пока лишь отметим, что при создании СССР в начале 20-х годов и при последующих национально-территориальных размежеваниях центральные власти пытались создать систему сдержек как национальному сепаратизму, так и влиянию внешних сил. Но спустя 70 лет бумеранг вернулся: линии разлома огромного государства прошли именно по тем границам, которые некогда чертились на картах всего лишь как административные.

Сепаратизм “титульных наций” и территориальные споры породили многочисленные “горячие” и “тлеющие” точки конфликтов на постсоветском пространстве. Но тогда, в начале 20-х годов, включение Кавказа с определенными потерями в СССР превратило его в геополитический рычаг влияния Советского Союза на Ближнем и Среднем Востоке. После 1945 года это влияние становится важным фактором равновесия между двумя сверхдержавами - СССР И США. Такой баланс держался до конца 1980-х годов, обеспечивая региональную и глобальную безопасность. С развалом СССР уровень безопасности резко понизился, во всяком случае, Россия столкнулась с новыми историческими вызовами.

Соперничество ведущих мировых держав за передел сфер влияния коснулось тех территорий, которые находятся в непосредственной близости от нынешних российских границ и даже непосредственно входящих в ее состав. Речь снова идет о мусульманских регионах бывшего СССР, прежде всего Кавказе и Центральной Азии. В этом контексте чеченская проблема (на сегодняшний день самая болезненная для России) представляет собой лишь часть конфликта на Большом Кавказе.

Отсчет его начинается с перестройки: Баку, Тбилиси, Карабах. Не найдя возможности сдержать центробежные силы, руководство СССР попыталось использовать механизмы, заложенные в 20-е годы - опереться на автономии с целью давления на союзные республики.

Вспомним, что автономные республики при разработке концепции “обновленного СССР” не выступали за выход из Союза, а требовали лишь повышения своего статуса до ранга союзных республик. Но именно в этот период на Кавказе формируется национальное течение, ставящее гораздо более радикальные конечные цели. Речь идет об Ассамблее горских народов Кавказа (АГНК), которая состоялась в августе 1990 года в Сухуми.

Возглавил ее кабардинец Муса Шанибов. В работе АГНК участвовал генерал авиации в отставке Джохар Дудаев, ныне всем известный Зелимхан Яндарбиев.

Абхазия, противостоящая официальному Тбилиси, принимала у себя деятелей “национальных движений за перестройку и возрождение”. Официально выступая за равноправное участие в Союзном договоре, АГНК пропагандировала на низовом уровне идею восстановления исторической справедливости, реванша за кавказскую войну XIX века и политической компенсации за репрессии сталинских времен по отношению к народам Кавказа.

Объективно это способствовало нарастанию антироссийских и антирусских настроений. В прессе имеет хождение версия, согласно которой, АГНК - детище союзного КГБ. Даже если это и так, то дитя вышло из-под контроля своего создателя - из средства манипуляции национальными движениями многоплеменного Кавказа АГНК довольно быстро превратилась в центр консолидации сепаратистских антироссийских сил. В качестве стратегической цели идеологи АГНК ставили создание конфедерации кавказских автономий с последующим их признанием в качестве независимого государства - Горской республики - от Черного до Каспийского моря. (Именно об этом в 1921 году предупреждал русский военный атташе Павел Сытин). На этой волне в октябре 1990 года Народный фронт Чечни трансформировался в радикальный Объединенный конгресс чеченского народа (ОКЧН). Он повел довольно агрессивное наступление на Верховный Совет Чечено-Ингушетии, который возглавлял тогда Доку Завгаев, контактировавший с союзным центром.

Приобретавший все большую популярность генерал Дудаев и его сторонники из ОКЧН практически начали создавать параллельные структуры власти. Это было время перманентного митингования в Грозном.

Августовский путч в Москве имел для Чечни свои последствия. Шла волна роспуска Советов как оплота прежнего коммунистического режима.

Считают, что прибывший в Грозный вскоре после августовского путча Руслан Хасбулатов способствовал отставке Доку Завгаева.

Ставка была сделана на Джохара Дудаева. ОКЧН, объявив о взятии на себя всей полноты власти, назначил на 27 октября выборы президента и парламента Чеченской республики. 1 ноября 1991 года Дудаев, избранный на пост президента, обнародовал указ 'Об объявлении суверенитета Чеченской республики'. Адекватной реакции из Москвы не последовало.

Фактически было провозглашено отделение Чечни от России.

Началось политическое противостояние Грозного и Москвы, переросшее позже в открытую войну.

Москва была занята “разводом” с союзным центром - в декабре 1991 года были подписаны Беловежские соглашения, СССР распался, начался дележ его наследства.

Воспользовавшись “межвременьем”, когда союзные властные и силовые структуры уже распадались, а российские еще не оформились, сторонники Дудаева в конце 1991 - начале 1992 года захватили контроль над военными объектами и складами оружия в Чечне, шло активное формирование вооруженных формирований.

Начались гонения на русских и русскоязычных коренных жителей: за три года дудаевского правления Чечню покинуло около 300 тысяч так называемых нетитульных жителей.

Москва не отреагировала на вызов. Более того, российское правительство в течение целого года после дудаевского мятежа продолжало переводить деньги на социальные нужды Чечни, российская нефть бесперебойно поступала на грозненские нефтеперерабатывающие предприятия, продукция которых по российским же нефтепроводам шла на экспорт, принося деньги дудаевскому режиму.

Успехи Дудаева укрепили его авторитет не только в Чечне, на которую стали делать ставку общекавказские сепаратистские силы, но и поддерживающие их движения за рубежом, прежде всего в исламском мире. На съезде в Сухуми в ноябре 1991 года Ассамблея горских народов Кавказа была преобразована в Конфедерацию горских народов Кавказа. Она открыто заявила свою конечную цель: отделение от России северокавказских территорий, отделение Абхазской республики от Грузии, и вхождение этих территорий в новое конфедеративное объединение. Планы КГНК вполне соотносятся с широкомасштабными проектами паисламистского и пантюркистского толка, в частности, с идеей геополитического прорыва Турции на восток и установления ее гегемонии в Закавказье и Центральной Азии. Вряд ли стоит относиться к заявлениям турецких исламистов о необходимости воссоздания империи в границах от Марокко до Казахстана как к пустой риторике. Даже если нельзя реализовать этот проект в полном объеме, он, несомненно, мобилизует радикал-националистические силы пантюркистского спектра исламского мира.

Провозглашена новая политика реального экспансионизма, затрагивающая огромную зону жизненных интересов России - речь идет о Северном Кавказе, Татарстане, Башкортостане. В Грозном в 1992году был открыт филиал Международного исламского братства, в котором шла подготовка чеченцев, готовых воевать за идеи ислама в любой стране мира. Здесь работали инструкторы из Афганистана, Пакистана, Ливии, Алжира.

Участие военных формирований горцев, прежде всего чеченских подразделений под командованием Шамиля Басаева, в вооруженной борьбе Абхазии за выход из Грузии было частью панисламистского плана “прорыва на запад”. Падение Сухуми осенью 1993 года было большой победой кавказских сепаратистов. Их силы прочно контролировали два важных плацдарма на западе и востоке Кавказского региона, нацеленные против Грузии и России.

Москва между тем большую часть 1993 года была занята выяснением отношений “между ветвями власти”. Закончилось оно событиями 3-4 октября.

Только в марте вновь избранная Госдума РФ обратилась к кавказским делам, приняв постановление “О политическом урегулировании отношений федеральных органов государственной власти России и органами власти Чеченской республики”. Москва поддержала антидудаевские силы в Чечне в лице их лидера Умара Автурханова. 4 июня 1994 года состоялся съезд представителей чеченского народа, который признал созданный Автурхановым Временный совет высшим органом власти в Чечне. 27 июля Временный совет призвал президента РФ признать его единственной законной властью на территории Чечни. В августе Верховный Совет образовал правительство Чеченской республики.

Раскол в Чечне имел объективную почву: не все были довольны генералом Дудаевым, сколотившим боевые отряды, но не наладившим нормальную жизнь в республике.

Автурханов, имея за собой поддержку Москвы (при разумной ее политике) имел в перспективе шанс одержать победу над Дудаевым, у которого по состоянию на октябрь-ноябрь 1994 года было не более 2-3 тысяч бойцов.

Требовалось время, чтобы ситуация изменилась в пользу антидудаевской оппозиции. Но внешние обстоятельства развивались так, что Москва, упустив не дни, а три года, вдруг в конце 1994 года решила резко изменить ситуацию в свою пользу силовым путем. В числе этих внешних обстоятельств была большая нефть Каспия.

Нефтяная подоплека в событиях на Кавказе играет, конечно, важную роль.

Начиная с распада СССР, стал раскручиваться маховик гигантских сделок по добыче и транспортировке каспийской нефти.

Азербайджан 20 сентября 1994 года подписал 'контракт века' с рядом зарубежных нефтяных компаний.

Активные геологоразведочные работы с привлечением западных компаний на азербайджанском шельфе Каспийского моря начались с 1992 года.

Наибольшую активность здесь проявили компании английская 'Бритиш петролеум', американские 'Амоко', 'Унокал', 'Пеннзойл', турецкая государственная компания 'ТПАО', норвежская 'Статойл'. Россия, которую представляет компания 'ЛУКойл', включилась в этот процесс достаточно поздно, в конце 1993 года, что не позволило ей, в конечном итоге, занять лидирующее положение. В результате двухлетних изыскательских работ были открыты 3 огромных месторождения на шельфе в районе Баку: Чирак, Азери и Гюнешли.

Соглашения об их разработке и стали называться 'контрактом века'. Транснациональные корпорации и стоящие за ними правительства не преминули использовать события в Чечне в жесткой конкурентной борьбе за создание выгодных им условий транспортировки каспийской нефти, в геополитической игре за влияние в Закавказье и Черноморском бассейне.

Косвенно об этом свидетельствует хроника событий. В ноябре 1994 г . в Лиссабоне ведущие западные страны, мировое энергетическое агентство подписали “Энергетическую хартию для Европы”, в которой, частности, вопрос об инвестициях в нефтегазовый комплекс России увязывался с обеспечением ею беспрепятственного транзита на запад нефти из стран СНГ. 10 декабря 1994 г . Россия предприняла первую попытку “восстановления конституционного порядка” в Чечне, являющейся стратегическим звеном в системе трубопроводов для экспорта нефти из России, Азербайджана, Казахстана.

Добытчиками каспийской нефти являются: в азербайджанском секторе Каспия - созданный в 1994 г . Международный операционный консорциум (МОК); в казахстанском секторе - американская нефтекорпорация “Шеврон”, работающая там с 1993 года. МОК, “Шеврон”, правительства Азербайджана и Казахстана в 1993 - 1994 гг. гарантировали перекачку нефти через российские трубопроводы к Новороссийску. По логике, России нужно было восстановить контроль над Чечней.

Затянувшаяся война на Кавказе, игра закавказских государств и Турции на дистанцирование от России привели к договоренностям Азербайджана, Грузии и Турции с “Шевроном” и МОКом о транзите каспийской нефти к портам Грузии и Турции. 9 октября 1995 г . МОК заявил, что азербайджанская нефть пойдет, помимо Новороссийска, и через Грузию и Турцию, причем последний маршрут - более предпочтителен стратегически. В 1993 - 1994 гг.

Россия обсуждала с заинтересованными компаниями вопрос о содействии в сооружении ветки, обходящей Чечню (Кизляр - Буденновск - Тихорецк - Махачкала - Бабаюрт - Кизляр). Рейды дудаевцев в Буденновск и Кизляр демонстрировали их способность дестабилизировать ситуацию в стратегических точках нефтяных маршрутов. В июне 1995 г . Москва, Баку и МОК подписали соглашение о нефтетранзите через Северный Кавказ. Через сутки после подписания указанного соглашения боевики провели теракт в Буденновске. В ноябре 1995 г . в Мадриде страны НАТО и Восточной Европы подписали совместную декларацию, в соответствии с которой страны-нефтеимпортеры могут использовать любые коллективные меры, в том числе военные, для обеспечения стабильности поставок нефти из государств и регионов - экспортеров.

Политолог Массачусетского университета Дэниэл Файн заявил, что “США следовало бы предоставить прикаспийским странам такие же гарантии, что и странам Персидского залива.

Возможная нестабильность может стать основанием для операции “Шторм над Каспием”. Удар дудаевцев в январе 1996 г . по Гудермесу и Кизляру по времени совпадает с заявление министерства топлива и энергетики РФ о предстоящем подписании “окончательного” соглашения с МОК. Контролируемые боевиками равнинные участки границы с Дагестаном были важны для них и потому, что сюда вели маршруты снабжения их оружием из Турции и других стран через Азербайджан. (Давший информацию в “Общую газету” о таких маршрутах бывший сотрудник МВД Азербайджана и находящийся в оппозиции к Алиеву, был убит в Москве вскоре после публикации предоставленных им газете сведений). С лета 1994 г . Турция ввела ограничения в проливах Босфор и Дарданеллы на танкерное судоходство.

Убытки России от этих мер на начало 1996 г . составили около 700 млн. долларов. В середине ноября 1995 г . Турция потребовала от НАТО применить “коллективные санкции” против России за резкое увеличение российского военного контингента на Северном Кавказе под предлогом соблюдения “фланговых” ограничений на численность войск и обычных вооружений, установленных Договором об ограничении вооруженных сил в Европе.

Примечательно, что в Кизляре дудаевцы в качестве одного из условий освобождения заложников выдвигали аналогичные требования: вывод федеральных войск не только из Чечни, но и со всего Северного Кавказа. 18 февраля 1996 года Правительство России приняло постановление о вступлении в силу российско-азербайджанского договора о транзите азербайджанской нефти через Новороссийск, в соответствии с которым прокачка нефти начнется в конце года. На следующий день после подписания договора между Азербайджаном и Россией, на пресс-конференции в Баку член дудаевского парламента Ахмед Мальцаров заявил: “Без согласия Чечни нефтепровод действовать не будет”. В 1997 году уже после окончания боевых действий и вывода федеральных войск из Чечни Москва и Грозный подписали соответствующие документы о порядке транспортировки ранней каспийской нефти из Баку в Новороссийск по территории Чечни. Но именно потому, что маршрут Баку - Новороссийск проходит через нестабильную зону Чеченской республики, вопрос о транспортировке большой каспийской нефти остается открытым.

Азербайджан и АМОК все чаще выступают за строительство нефтепровода из Баку через Грузию и Турцию. Война в Чечне явилась кульминационным моментом общекавказского конфликта.

Прекращение военных действий и вывод федеральных войск из этой республики никто не склонен считать его окончанием. Под вопросом целостность российского государства.

Россия ищет меры экономического и политического характера, чтобы достичь компромисса с сепаратистски настроенными чеченскими лидерами. Но победившим в войне трудно отказаться от мысли о полной независимости.

Найдутся ли у Москвы аргументы, силы и средства, чтобы противостоять сепаратистским устремлениям чеченцев? Вопрос не риторический. В случае стратегического проигрыша России возможны геополитические изменения не только в Кавказском регионе, но и в мире в целом. Между тем, события последних лет свидетельствуют о том, что на международной арене действуют силы, пытающиеся осуществить сценарии если не полного распада, то ослабления России путем ее конфедерализации. И в этом отношении Северный Кавказ, особенно после кровавой чеченской войны, служит весьма уязвимым звеном. ДУГА НЕСТАБИЛЬНОСТИ Возвращаясь к 'дуге нестабильности' на постсоветском пространстве, опоясывающей Россию с юга, следует обратить внимание на Таджикистан, который исследователи называют геостратегическим нервом Востока. Через год после провозглашения независимости республики там начались вооруженные столкновения между непримиримой исламской оппозицией и правительственными войсками, которые опираются на поддержку российских погранвойск и армии. За несколько недель до межтаджикских вооруженных столкновений в Афганистане под натиском талибов пало правительство Наджибуллы.

Возникла угроза втягивания в орбиту конфликта Узбекистана, Туркмении, Киргизии. Резко усилилась национально-этническая и клановая напряженность. Как и на Кавказе, события в Центральной Азии быстро обрели геополитический характер.

Распад Советского Союза спровоцировал новый виток борьбы мировых и региональных держав за сферы влияния в этом регионе.

Авторы уже цитируемой статьи 'Дуга нестабильности' в 'Независимой газете' (04.12.96) подчеркивают, что Таджикистан - не просто горячая точка в цепи конфликтов по мусульманской дуге нестабильности. Памир и его окрестности - это метафизический нерв планеты, затронув который сегодня, можно вызвать непредсказуемые геополитические последствия для судеб мира. И это не мистификация, так как хорошо известна формула лежащая в основе большинства религиозных представлений: 'Изменение законов природы - вне людских возможностей, но знание законов природы позволяет избегать многих бед'. Поэтому вполне естественно, что современные концепции строятся на принципах, которые имеют характер как природной, ландшафтной и географической заданности, так и сакрально-мифологических категорий, вошедших в материальный мир земной среды. В этом контексте, - считают авторы публикации в 'НГ', - великие таджикские города Бухара и Самарканд служили не только органичным рубежом между миром уникальной цивилизации и кочевым варварством, но и своеобразными воротами для взаимного проникновения двух мышлений, двух принципов мироощущения. По Великому шелковому пути, который проходил через Бухару, проникали не только различные товары, но и идеи, знания, устремлялись буддисты манихеи, несториане, иудеи, мусульмане и христиане.

Хорошо известно, что единый индоиранский этнокультурный массив, заложив основы древнейших мировых цивилизаций, оказал и продолжает оказывать заметное влияние на развитие всего человечества.

Сегодня к Памиру и его окрестностям приковано внимание таких стран, как Иран, Пакистан, Турция, Саудовская Аравия, Афганистан.

Эксперты не исключают возможности подключения Таджикистана к региональным военно-политическим союзам антироссийской и антизападной направленности, прежде всего на панисламистской основе.

Объединительные тенденции панисламистского и пантюркистского происхождения продолжают доминировать в политических кругах государств Центральной Азии и Ближнего Востока. При этом в планах региональных сверхдержав, главных инициаторов 'Всеисламского объединения', Таджикистану отводится заглавная роль на пути обособления среднеазиатских народов на религиозной основе.

Исторически сложилось так, что ирано-таджикский этнос оказался расчлененным вне пределов трех государств - Ирана, Афганистана, Таджикистана. Это явилось итогом многократных захватнических вторжений, а также длительных мирных этнических взаимоотношений и ассимиляции с тюркоязычными, монголоязычными и кипчакскими племенами, прибывшими в оазисы Восточного Туркестана, Хорезма и Хоросана из северных и восточных степей Центральной Азии.

Современные таджикские историки отмечают, что, поработив коренные народы Средней Азии, тюрки повели активную политику отуречивания таджиков и вытеснения их в гористую часть исторической прародины.

Борьба таджиков за этническое выживание продолжалась в XVI - XVIII веках. Лишь в период культурно-географической и экономической экспансии Российской империи на мусульманский Восток несколько затормозился процесс отуречивания и исчезновения их государственности.

Приход России в Среднюю Азию в XIX веке главным образом положительно сказался на жизни коренных народов, как в культурном, так и в социально-экономическом плане.

Северные и восточные территории современного Таджикистана вошли в состав Туркестанского генерал-губернаторства.

Горный Бадахшан на Памире по договору с Россией получил протекторат России, действие которого юридически распространяется и на сегодняшнее время.

Центральные и южные районы, так называемая Восточная Бухара, находились во владении Бухарского эмирата, имевшего особые союзнические отношения с царской Россией. Под защиту гарнизонов Туркестанского военного округа были взяты отдельные поселения, центры, исторические памятники архитектуры и дороги в районах проживания таджикского населения. Так, крупная казачья часть дислоцировалась в старинной крепости, основанной еще во времена походов Александра Македонского.

Вокруг гарнизона по понедельникам (по-таджикски - душанбе) собирался базар, в окрестностях крепости селились люди со всего Припамирья.

Сегодня в этом месте стоит столица Таджикистана - город Душанбе.

Сегодня, считают многие эксперты, Россия должна сохранять свое присутствие в этом регионе. Она должна обеспечивать свои интересы в Памирском районе - этом историческом нерве планеты, который во все времена оставался своеобразным ключом к безопасности на Востоке.

Особенно тогда, когда 'исламское НАТО' под руководством Турции и Пакистана рвется к российским границам. Да и чисто натовская 'Программа во имя мира' довольно активно реализуется в Центральной Азии.

Обладание теперь Пакистаном атомным оружием существенным образом влияет на конфигурацию восточного фланга мусульманской 'дуги нестабильности'. Но играть на 'исламском поле' чрезвычайно трудно. Как было отмечено выше, исламский фактор разнолик и внутренне многослоен и противоречив.

Проводя сравнительный анализ конфликтов на Кавказе, в частности в Чечне и в Таджикистане, эксперты обращают внимание на такой аспект как борьба этнических и клановых группировок.

Попытку сравнения таджикской и чеченской смуты с этих позиций предпринял Игорь Ротарь ('Независимая газета', 15.05.97). Он, как и многие исследователи, отмечает, что гражданская война в Таджикистане была в первую очередь противоборством между различными этническими группами таджиков, так и не сформировавшимися в единую нацию. Даже в советское время наличие различных кланов давало о себе знать.

Долгое время власть в республике бессменно удерживали северные таджики (ленинобадцы). Так, с конца 30-х годов первые секретари ЦК Компартии Таджикистана были выходцами из этих мест. В мае 1992 года оппозиция, объединявшая преимущественно горных Таджиков Каратегина и Памира, попытались вооруженным путем отобрать власть у 'северян'. Начавшаяся сразу же после восстания горных таджиков гражданская война расколола республику на два непримиримых лагеря.

Оппозиционерам противостояли ленинобадцы и кулябцы. После кровопролитной борьбы 'оппозиционеры' бежали в Афганистан.

Однако в самом Таджикистане победители не смогли поделить власть - большинство постов в новом правительстве заняли кулябцы. В результате в политическом пасьянсе Таджикистана появилась неожиданно новая комбинация: горцы и ленинобадцы объединились против кулябцев. До ввода российских войск в Чечню региональное противостояние для этой республики было не менее актуально, чем для Таджикистана.

Причем здесь оно приняло более сложную форму. Как считает чеченский политолог Джабраил Гакаев, чеченский народ можно разбить на три достаточно большие региональные группы, проживающие, соответственно, в Надтеречном районе, а также в регионах, имеющих исторические названия Малая и Большая Чечня. По сути, можно говорить о трех субэтнических группах чеченского народа.

Наибольшим своеобразием отличаются 'теркхой' - чеченцы из Надтеречного района. Они переселились сюда, на равнину, еще в XVI веке и подверглись наибольшему влиянию окружающих их народов, в том числе и русского.

Помимо региональных различий, есть еще и тейповые.

Единого мнения, что такое тейп, среди ученых нет.

Большинство исследователей склоняются к тому, что это - родо-территориальная общность. Тейп объединяет чеченцев, чьи далекие предки - выходцы из одного места. Еще до начала переселения первых чеченцев на равнину каждая их группа владела определенной горой. По сути, тейп и объединяет выходцев 'с одной горы'. На сегодняшний день сами чеченцы насчитывают около 180 тейпов'. Тейповые и региональные интересы обычно совпадают - как правило, представители одного тейпа живут в одном районе.

Характерно, что около 80 тейпов считаются равнинными, так как все их представители уже несколько веков назад покинули горы.

Однако иногда тейповые и региональные интересы вступают друг с другом в противоречие.

Причем, как правило, региональная принадлежность (в случае, если на данной территории живет несколько поколений) пересиливает тейповую. В 1989 году бюро Чечено-Ингушского обкома КПСС избрало первым секретарем Доку Завгаева - выходца из Надтеречного района, а в 1990 году он избирается председателем Верховного Совета республики.

Завгаев оказался первым чеченцем, которому удалось занять пост главы Чечено-Ингушетии за все годы Советской власти.

Однако очень быстро стала нарастать тейпово-региональная борьба за власть.

Прецедент избрания на пост главы республики чеченца породил новый соблазн поставить во главе автономии представителя своего региона, тейпа.

Балансируя за счет личного авторитета до 1991 года, Доку Завгаев стал заложником августовских событий, и был свергнут как 'сторонник ГКЧП'. Но еще задолго до августовских событий стала возникать структура, обеспечившая в дальнейшем сброс республиканского лидера. Она называлась Общенациональным съездом чеченского народа. Съезд объединил представителей тейпов, недовольных засильем во властных структурах надтеречных чеченцев.

Первоначально, впрочем, оппозиция Завгаеву не была представлена исключительно 'горцами'. Так, например, одним из самых радикальных оппозиционеров был представитель влиятельного тейпа Чонхой, выходцы которого проживают в основном в равнинном Урусмартановском районе, основатель партии 'Исламский путь' Беслан Гантемиров.

Первый раскол в рядах антизавгаевской оппозиции произошел на втором съезде чеченского народа.

Лидеры исполкома во главе с Дудаевым добились принятия решения о низложении Верховного Совет ЧИАССР вместе с его председателем Завгаевым и провозглашения суверенной Чеченской Республики Нохчи-Чо.

Временным органом власти на территории Нохчи-Чо объявлялся исполком съезда, переименованный в исполнительный комитет Общенационального конгресса чеченского народа (ОКЧН). Против плана захвата власти выступила часть членов исполкома, в том числе первый заместитель исполкома съезда Леча Умхаев и Саламбек Хаджиев.

Приблизительно с этого момента Джохар Дудаев делает ставку в первую очередь на горские тейпы. 'Этому есть немало социальных, исторических и даже географических причин, - пишет в книге 'Ислам в истории России' востоковед Роберт Ланда: горные (тейпы - авт.) более воинственны и активны, более националистически настроены, ибо больше всего пострадали от преследований, как до 1917 года, так и после'. После избрания Джохара Дудаева президентом новую власть отказались признать в Надтеречном районе, откуда родом Завгаев. А после разгона городского собрания Грозного, возглавляемого Бесланом Гантемировым, Дудаеву отказывается подчиняться и Урусмартановский район. То есть из-под контроля Дудаева выходит практически вся равнинная Чечня.

Фактически при Дудаеве произошла узурпация власти 'горцами'. Это нашло закрепление в изменении названия республики - Чечня - Ичкерия.

Ичкерия - горный район Чечни.

Пропаганда Грозного начинает разрабатывать тезис о более 'чистых' горных чеченских тейпах и 'нечистых', преимущественно равнинных, куда вошли иноплеменники. Так, например, Саламбека Хаджиева обвиняли в аварском происхождении, Руслана Хасбулатова - в черкесском.

Помимо тейпово-территориальных различий в процессе борьбы все резче стали проявляться и религиозные противоречия. В Чечне распространено два суфийских течения ислама.

Большинство равнинных чеченцев принадлежит к суфийскому братству накшбандийа, а большинство горцев - к суфийскому братству кадирийа, ставшему знаменитым благодаря частой телетрансляции характерного только для него громкого зикра. Во время кавказской войны XIX века наиболее ожесточенное сопротивление российским войскам оказывали именно члены вирда накшбандийа. К этому братству принадлежал и сам Шамиль, и его мюриды.

Распространение же на территории Чечни учения братства кадирийа связано с именем знаменитого проповедника шейха Кунта-Хаджи Кишиева. Он призывал смириться с русской оккупацией во имя сохранения нации.

Однако за прошлый век установки двух братств поменялись на прямо противоположные.

Значительная часть религиозных авторитетов накшбандийа сотрудничали с атеистическими советскими властями. Из числа формальных приверженцев этого вирда назначались и первые лица Чечено-Ингушетии. Так, Завгаев - формально принадлежит к вирду накшбандийа.

Кадирийа Советскую власть не приняли. Этот вирд превратился в основной оплот сопротивления коммунистическому режиму. И в смутное постсоветское время Дудаев вполне естественно сделал ставку на горцев кадирийа. Очень быстро приверженцы кадирийа заняли ведущее положение в духовной и политической жизни Чечни.

Показательно, что довольно схожие процессы происходили в Таджикистане.

Правда, в этой республике 'горцам' удалось взять в свои руки духовную власть еще до того, как они попытались захватить власть светскую. В 1989 году Духовное управление (казиат) Таджикистана возглавил Акбар Тураджонзода, ныне один из наиболее влиятельных лидеров таджикской оппозиции. В то время ему было 35 лет.

Родился Тураджонзода в Каратигине в семье потомственных исламских богословов, принадлежащих к суфийскому братству кадирийа. Его дед был арестован и сослан в Сибирь. Отец долгое время нелегально проповедовал в горных кишлаках, скрываясь от преследований КГБ. Тураджонзода окончил юридический факультет Иорданского Исламского института, а, следовательно, получил хорошее богословское образование. При нем в казиат пришло много новых людей, как правило, горных таджиков.

Многие из них не только не имели ничего общего с официальным духовенством советских времен, но даже были диссидентами, отсидевшими срок за религиозные убеждения. Один из таких впоследствии ставший председателем Объединенной таджикской оппозиции Саид Абдулло Нури. Хотя в 1990 году на сессии Верховного Совета Таджикистана депутат Тураджонзода голосовал против легализации Исламской партии возрождения (ИПВ), уже с 1991 года казиат и ИПВ были главными союзниками и, по сути, основной силой оппозиции.

Исследователи отмечают, что основу ИПВ составили выходцы из знатного сословия ишанов - руководителей суфийских мистических орденов - братств, преимущественно тариката кадирийа. Со времен русского завоевания Средней Азии именно выходцы из ишанского сословия составляли основу тех общественных сил, которые выступали против распространения одного из вариантов западной культуры - русской, противились каким-либо общественным изменениям. Таким образом, и в Таджикистане, и в Чечне на волне горбачевской перестройки официальное, фактически сросшееся с партноменклатурой духовенство сменили религиозные авторитеты новой формации. В обеих республиках это были преимущественно последователи тариката кадирийа.

Именно это обстоятельство не в последнюю очередь предопределило развитие событий в этих республиках. При всем том, религиозный 'ренессанс' в Чечне и Таджикистане обладает и существенными различиями. Так, лидеры чеченской революции - светские, на первых порах далекие от религии люди. Но для того, чтобы удержать власть, им пришлось опереться на духовенство, которое в качестве платы требовало создания исламского государства.

Провозглашение Дудаевым Чечни исламским государством поначалу воспринималось как чистая декларация.

Положение резко изменилось после ввода российских войск.

Исламская доктрина оказалась наиболее пригодной идеологией для того, чтобы сплотить чеченцев в единую противостоящую российским войскам силу. В Таджикистане же во главе оппозиции с самого начала стояли именно религиозные авторитеты. В своем исследовании Игорь Ротарь признает, что московские политики советских времен принимали в расчет этнографическую специфику национальных республик при подборе руководящих кадров. В Чечне, как уже говорилось выше, вторыми секретарями обкома всегда были теркхой - надтеречные чеченцы, более лояльные к советскому режиму, а потому пользовавшиеся большим доверием Москвы.

Подобным же образом можно объяснить и то, что первыми секретарями компартии Таджикистана были выходцы из Ленинабадской области.

Однако уже сложившаяся традиция оказалась нарушена с наступлением перестройки.

Российское руководство, соперничая за власть с руководством Союзным, не считало прежнюю республиканскую номенклатуру, традиционно прикармливаемую союзными властями, а, следовательно, сохранявшую им лояльность, своим надежным союзником. Тогда и была сделана ставка на новые силы. При этом ход рассуждений российских демократов был до удивления примитивным: есть 'плохое' коммунистическое руководство республик и 'хорошая' антикоммунистическая оппозиция, которой и надо помочь взять власть в свои руки. Тот же факт, что противоборство имело не столько идеологический, сколько регионально-клановый характер, в расчет просто не принимался. И в Таджикистане, и в Чечне события развивались практически по одному сценарию. Сразу же после вооруженного захвата власти ОКЧН в Грозный направляется делегация во главе с госсекретарем Геннадием Бурбулисом и министром информации Михаилом Полтораниным. Тремя днями позднее в чеченской столице появляется и и.о. председателя ВС РСФСР Руслан Хасбулатов.

Примечательно, что основные цели Джохара Дудаева и прибывших в Чечню московских высоких гостей полностью совпадали: добиться официального самороспуска Верховного Света республики и назначения новых выборов. В Таджикистане же роль демократического 'десанта' выполнил Анатолий Собчак. Во время первого многодневного митинга оппозиции в 1991 году он прилетел в Душанбе, и именно под его давлением таджикские власти выполнили все требования оппозиции. В декабре того же года, следуя его же рекомендациям, в Таджикистане была зарегистрирована Исламская партия возрождения. Это был первый и на сегодняшний день единственный случай легализации религиозной партии в Средней Азии.

Однако через некоторое время в Москве поняли, что ставка была сделана на неуправляемую силу.

Российское руководство, уже одержавшее победу над союзным Центром, так и не смогло восстановить контроль над Чечней.

Спустя три года Борис Ельцин, за которого как за демократа на президентских выборах голосовало едва ли не все население Чечни, ввел в республику федеральные войска для 'наведения конституционного порядка'. И это была еще одна трагическая ошибка. Он и замкнул на Россию 'исламскую дугу нестабильности'. Под зеленым знаменем против России сражались не только чеченские боевики, но и те силы мирового ислама, которые далеко небескорыстно оказали и продолжают им оказывать свою поддержку. А между тем клановые противоречия не исчезли, они по-прежнему являются важной составляющей исламского фактора.

Причем это относится не только к Чечне, но и к другим районам Северного Кавказа и Закавказья. В Таджикистане же прежние союзники российских демократов оказались изгнанными в Афганистан. И процесс их возвращения на родину, предусмотренный долгими переговорами между официальным Душанбе и объединенной оппозицией, не снимает острых этнических и региональных противоречий в этом регионе.

Поражение России в чеченской войне привело к тому, что экстремистские силы мирового ислама получили для себя новый плацдарм на постсоветском, более того уже на российском пространстве. Одним словом, 'процесс пошел'... Ни для кого не секрет, что на Северном Кавказе стремительно разрастается межисламский конфликт, который лишь увеличивает нестабильность в этом регионе.

Конфликт этот принято называть борьбой тарикатистов (или иногда традиционалистов) с ваххабитами.

Ваххабизм возник в XVIII веке, спустя тысячелетие после появления ислама.

Название получил по имени подвижника Абд-эль-Ваххаба.

Принципами ваххабизма стали строжайшее соблюдение принципа единобожия, возврат к чистоте раннего ислама, абсолютное неприятие каких бы то ни было местных наслоений и поздних нововведений. Это течение стало знаменем, под которым в 20-е годы нашего века объединила Аравию династия Саудитов - приобретя заодно и статус хранителя святынь веры - 'заповедной Мекки' и 'лучезарной Медины'. Наиболее активно проповедники ваххабизма действуют сегодня в Дагестане, Чечне и других северокавказских республиках. В докладе 'Четвертый Рим - или вторая орда?' (авторы - С. Кургинян, М. Мамиконян, М. Подкопаева; источник - газета 'Завтра' от 23.01.98) анализируется суть межисламского конфликта и позиции политических сил, вовлеченных в него.

Авторы доклада отмечают, что применительно к северокавказской ситуации религиозное содержание конфликта заключается в следующем: ваххабизм, требующий 'возвращения к изначальной чистоте веры', отрицает совмещение в кавказских суфийских тарикатах религиозной веры с почитанием духовного лидера рода, тейпа, клана, как проводника веры, ее истинного носителя, передающего духовное знание по наследству. С этим же связано неприятие ваххабитами культа святых, определяемого ими как язычество.

Тарикатисты, со своей стороны, видят в атаке на свой тип ислама покушение на древние кавказские родовые традиции, освященные длинным, трудным историческим путем и множеством жертв на этом пути. Глава Союза мусульман России, депутат Госдумы от Дагестана Надир Хачилаев выступает как претендент и на роль посредника в межисламском конфликте, и на роль исламского духовного лидера общероссийского масштаба. Он поддерживает связи с зарубежными мусульманскими организациями, которые в свою очередь проявляют к нему интерес. В марте 1997 года он был приглашен в Пакистан на сессию 'Организации исламская конференция' как представитель 20 миллионов мусульман России. В апреле, после первых вооруженных конфликтов в Дагестане между ваххабитами и традиционалистами, Хачилаев сыграл существенную роль в процессе примирения и утвердил себя в качестве примирителя. В июне того же года Хачилаев был приглашен как глава делегации в Судан, где во время его встречи с суданским лидером Хасаном ат-Тураби была подчеркнута необходимость единения мировой исламской уммы (исламской нации). Такую встречу нельзя не считать определяющей религиозно-политические предпочтения Хачилаева, поскольку Хасан ат-Тураби, лидер 'Исламского интернационала' - один из крупнейших на сегодня экстремистских религиозных авторитетов. Не меньше характеризуют реальную ориентацию исламского миротворчества Хачилаева его публичные выступления, например, о том, что 'в мире нет истинно исламского государства, и лишь талибы начали приближение к нему'. Выступая за прекращение 'спора ваххабитов и тарикатистов, который губит все стороны', Хачилаев одновременно и сам выдвигает базовые лозунги атаки на тарикатистов: 'Секта жрецов должна уйти, уступая дорогу подлинному и просвещенному исламу!' На проводимых при его лидерстве 'круглых столах' по исламской проблематике российскому государству адресуется упрек в его сугубо православной ориентированности и отказе от признания равной государствообразующей роли ислама. 'Мусульмане России - государственники. Они готовы сотрудничать с патриотическими движениями РФ, озабоченными судьбой российского государства и общества' - заявляет Деньга Халидов, член президиума Союза мусульман России. Но одновременно на тех же 'круглых столах' оглашаются очень симптоматичные обвинения в адрес традиционного ислама и суфийских шейхов.

Главное обвинение - в соглашательстве с властью (очевидным образом имеется в виду власть российская, неисламская). Экс-министр иностранных дел Чечни Шамиль Бено высказывается предельно прямо: 'Традиционные суфийские ордена на Северном Кавказе коррумпированы и не способны представлять истинные интересы правоверных'. Сам Хачилаев выносит в подзаголовок своей статьи лозунг: 'Не все, кто называет себя 'наследниками' тариката, являются таковыми'. Тот же Деньга Халидов добавляет: 'Для тарикатов Северного Кавказа и Дагестана характерны конформизм, соглашательство, умеренность и политическая пассивность'. Очевидно, что здесь противопоставляется (в особенности иорданским чеченцем Бено) 'незапятнанность духовных лидеров зарубежной диаспоры' — 'оппортунизму опорочивших себя общением с советской и вообще с российской властью северокавказских шейхов'. Но для такого противопоставления в интересах чеченской диаспоры не был бы нужен ваххабизм. Атака со стороны этого течения, причем в его наиболее радикальном облике, направлена отнюдь не только на понятную всем задачу дестабилизации Северного Кавказа и дистанцирования его от России. Дело в том, что исторический, культурный, религиозно-духовный и политический гласный и негласный договор российско-православного населения с исламским населением России (и в том числе Северного Кавказа) во многом строился на договоре с шейхами тарикатов, которые гарантировали его своим религиозным авторитетом и устойчивостью своих духовных традиций.

Именно это выстроенное сосуществование и называют теперь 'конформизмом', требуя ревизии всего договора и новой роли в нем для себя. А отрицать такой исторически состоявшийся договор нельзя, не заявив, что 'тарикатские шейхи не отражают интересов правоверных'. Таким образом, главное содержание атаки 'нового ислама' на Россию и одновременно тарикаты - в требовании полной и окончательной 'денонсации' 'старого договора' между исторической Россией и (отечественным) исламом, а также в требовании заключения 'нового договора' с другим (отечественным!) исламским субъектом. И в этих требованиях речь уже не о (или не только о) территориальных притязаниях, а о новой, гораздо более весомой, социально-политической и социокультурной роли ислама в российском цивилизационном мире. Или, если говорить прямо - о том, что заявлял несколько лет назад в связи с надеждами на либеральную модернизацию бывший советник Ельцина Ракитов: о взломе и кардинальной 'трансформации' российского цивилизационного ядра! Иными словами, говорящий с Россией на Кавказе 'новый ислам' предъявляет себя как реальный отечественный субъект, способный и готовый взять на себя ношу общероссийской цивилизационной трансформации. Не более и не менее! Вот почему плохи тарикаты и 'старый' межконфессиональный договор! (Заметим, что сторонники модернизации отечественного ислама претендуют и на участие в политических структурах. О чем красноречиво свидетельствовали недавние события в Махачкале с участием все того же Хачилаева и его сторонников). Авторы доклада задаются вопросом, что и кто стоит за столь активно навязываемым 'новым исламом' на российском Кавказе? Если действительно необходимо иметь дело не с тарикатами, как опорочившими себя формами религиозно-духовной организации российской мусульманской общины, а с новыми современными формами такой организации, то нужно вернуться к первоначальному вопросу - какие это формы, и что это за ислам.

Всматриваясь в сегодняшнее состояние форм исламской самоорганизации в России, и особенно на Северном Кавказе, мы видим все тот же внутриисламский конфликт, который разгорается все сильнее и принимает все более жесткие формы.

Уровни и формы конфликта различны. В Чечне этот конфликт принял вид противостояния политических блоков в руководстве республики.

Условно в 'ваххабитский' блок входят Мовлади Удугов, Ваха Арсанов, Зелимхан Яндарбиев, а в 'традиционалистский' - Аслан Масхадов, Ахмед Закаев, муфтий Духовного управления мусульман Чечни Ахмед Кадыров. А поскольку глава 'Исламской нации' Удугов при ее создании летом прошлого года провозгласил, что 'впервые со времен имама Шамиля Чечня и Дагестан объединяются в одно государство', то неудивительно, что Дагестан полностью разделил с Чечней трудности этой религиозно-политической проблемы. При этом становящееся в Чечне на уровне кланово-властных блоков ваххабистско-тарикатистское противостояние - стремительно экспортируется в Дагестан и воспроизводится на уровне этнически-религиозного раскола. И сколько было заложено в политической подоплеке религиозных столкновений провокационности - вся она досталась Дагестану.

Прежде всего - изначальная двусмысленность экспорта в Дагестан ударного, конфликтного ваххабизма вместе с обоснованием там инструктора-ваххабита Хаттаба. За ним проглядывают чужие интересы и деньги.

Гражданин Саудовской Аравии Хаттаб, выходец из состоятельной семьи, был среди самых активных участников борьбы с федеральными российскими войсками. По настоянию родителей, с которыми он затем порвал всякие отношения из-за 'идейных разногласий', Хаттаб поступил в один из университетов США, но, не окончив его, перебрался в Пакистан, где прошел специальную военную, физическую и религиозную подготовку в одном из учебных центров. Есть предположение, что с тех пор связан со спецслужбами Пакистана.

Является ярым сторонником ваххабизма. Он специалист по вооружениям и тактике ведения локальных боевых действий.

Отличается фанатизмом и дерзостью при проведении террористических актов. Как сообщают газеты, в мае этого года он назначен советником и.о. председателя правительства Чечни Шамиля Басаева. ('Труд', 07.05.98). Понятно, что и в Чечне, и в Дагестане он исполняет и будет исполнять, прежде всего, не роль религиозного лидера, а свои профессиональные обязанности - прививать военно-террористические навыки обреченным на междоусобицы и исполнение провокаций 'ученикам'. Примером тому может служить нападение на Буйнакск 22 декабря 97-го. А этому предшествовал целый ряд вооруженных столкновений ваххабитов с тарикатистами в Буйнакском районе, где в основном находятся ваххабитские села.

Многие аналитики считают, что в регионах компактного проживания мусульман в России спецслужбы ряда стран Ближнего и Среднего Востока активизировали свою деятельность, за которой кроются попытки создать (в частности, на Северном Кавказе) своеобразный 'санитарный кордон' из небольших исламских государств, освободившихся от влияния России. Много говорят и о планах ваххабитов пробить 'коридор' на территории Дагестана, связав Чечню с Каспием и Азербайджаном, отделить Дагестан от России, воссоединить его с Чечней и провозгласить единый иммамат. 26 апреля 1998 года в Грозном прошел конгресс народов Чечни и Дагестана, учредивший одноименную организацию.

Лидером ее стал Шамиль Басаев. Одним из инициаторов и организаторов этого мероприятия был и лидер движения 'Исламская нация' Мовлади Удугов.

Оргкомитет разослал более ста мандатов представителям разных партий и движений, а также правительствам двух республик.

Конгресс, по замыслу его организаторов, должен был определить то, что консолидирует и объединяет народы Дагестана и Чечни.

Официальные власти Махачкалы настороженно отнеслись к проведению конгресса, справедливо полагая, что он будет способствовать культивированию антироссийских настроений и пропаганде идеи создания единого чечено-дагестанского государства.

Власти Дагестана заявили об отказе участвовать в этом мероприятии и призвали последовать своему примеру многочисленные национальные и общественно-политические организации. Это возымело свое действие, и в Грозном дагестанская сторона была представлена не так весомо, как того хотелось бы устроителям конгресса. Сразу же после проведения мероприятия Госсовет и правительство Дагестана выступили с жестким заявлением, в котором подчеркивается, что многонациональный народ республики не имеет никакого отношения к решениям так называемого Конгресса народов Дагестана и Чечни.

Поддерживающие официальные власти Дагестана общественно-политические и национальные движения и партии также выступили с совместным заявлением, в котором подтвердили, что они не направляли своих представителей на конгресс. Они выразили протест против звучавших на конгрессе заявлений, являющихся явным вмешательством во внутренние дела Дагестана. Но проведенный в Грозном конгресс - не единственный пример того, как провоцируется раскол в соседней с Чечней республике.

Проповедники 'нового ислама' неустанно работают над тем, чтобы привлечь на свою сторону как можно большее число людей. Для этого используются не только зарубежные миссионеры, но и кадры, подготовленные из местных жителей. В одной из публикаций 'Независимой газеты' (07.05.98) сообщается, что в настоящее время около полутора тысяч молодых дагестанцев учатся в Саудовской Аравии, Иране, Турции и Пакистане. По данным Конфедерации народов Кавказа, всего за последние годы в исламистских центрах ряда стран Ближнего Востока подготовлено более 4 тысяч последователей ваххабизма из числа представителей северокавказских народов. На территорию Пакистана юношей доставляют нелегально, с визами других стран.

Программа подготовки включает в себя изучение идей джихада и ваххабизма, различных форм террористической деятельности.

Практические занятия проводятся в Пешаваре и на территории Афганистана, в районах, контролируемых талибами. По окончании курса 'слушатели' возвращаются на родину и несут полученные знания и навыки в массы.

Тенденцией последнего времени являются попытки распространения идей ваххабизма в Ингушетии, Карачаево-Черкессии, Кабардино-Балкарии и Адыгее.

Почему деятельности ваххабитов на территории России уделяется так много внимания? Потому что они действительно представляют серьезную угрозу.

Будучи силой, управляемой из вне, они используются для расширения зоны нестабильности на российской территории трансформации ее в зону 'управляемого конфликта'. В Центральной Азии эта методология уже опробована на так называемом движении 'Талибан'. В публикации генерал-майора Александра Ляховского ('Независимое военное обозрение', № 27, 26.07 - 01.08.97) движение 'Талибан' названо ударной армией ислама.

Касаясь его предыстории, он пишет, что уже в конце 80-х годов военно-политическое руководство Исламской Республики Пакистан (ИРП) провело в лагерях афганских беженцев учет и отбор военных и гражданских специалистов. Из них предполагалось подготовить кадры для работы в административных и силовых государственных структурах в Афганистане. Для осуществления этой задачи были привлечены управление межведомственной разведки и проправительственные пакистанские религиозные организации 'Джамаат-э-ислами' и 'Джамаат-э-улема-э-Пакистан', имеющие сильное влияние на пуштунскую общину Пакистана и Афганистана. В это же время была организована подготовка вооруженных групп и отрядов при помощи пакистанских и арабских военных инструкторов, которая финансировалась спецслужбами не только арабских государств, но и США, а также международными исламистскими организациями. Новая идея объединения афганских племен и прекращения войны с использованием послушников медресе принадлежит ЦРУ. Финансово подкреплена шейхами, а оружием обеспечивается из Пакистана. Три тысячи студентов религиозных учебных заведений северо-западной пограничной провинции Пакистана пуштунской национальности сформировали военизированную группировку во главе с одним из афганских духовных лидеров муллой Мамарджаном, которое получило название 'Талибан' (студенчество). Вооруженные формирования талибов насчитывают до 35 тысяч человек: среди них 12 мотострелковых и 3 танковые бригады. На их вооружении состоит: 1200 танков, 215 БМП и БТР, 300 орудий и ракетных установок, имеется 3 эскадрильи боевых вертолетов и одна эскадрилья самолетов-истребителей.

Подготовка специалистов ведется в учебных центрах на территории Пакистана. В формированиях талибов много пакистанских военных советников. При создании группировки 'Талибан' пакистанскими спецслужбами основной акцент был сделан на противоречия между основными афганскими группировками, вовлеченными в междоусобную борьбу за власть.

Основная цель движения разоружить все афганские вооруженные группировки, создать государство 'чистого ислама' (ваххабизм), устранить с ключевых позиций в государственных органах представителей национальных меньшинств (таджиков, узбеков, хазарейцев). Впервые талибы на афганской территории появились в ноябре 1994 года.

Осенью 1996 года талибы захватили большую часть Афганистана, контролируя полностью или частично большинство провинций страны.

Вооруженные отряды, поддерживающие Раббани во главе с Ахмад Шах Масудом, сдав без боя Кабул, закрепились в своих традиционных районах. На заключение антиталибского союза с Масудом пошел и узбекский генерал Абдул Рашид Дустум.

Вместе они остановили продвижение талибов на север.

Последующие события изобиловали конфликтами в антиталибских группировках, переменным успехом противоборствующих сторон.

Конечная цель - умиротворения Афганистана военным путем с помощью талибов не была достигнута.

Противостоящие им военные этнические группировки оказались не так слабы, как полагали создатели 'Талибана'. Но и время от времени возобновляющиеся мирные переговоры по урегулированию ситуации в Афганистане возможны лишь при учете сил соперничающих сторон и стоящих за ними зарубежных покровителей (а они у каждого свои). Считается, что одной из главных задач талибов является обеспечение западным, прежде всего американским компаниям условий для прокладки газои нефтепроводов из Средней Азии через Афганистан и Пакистан. Так что здесь снова, как и на Кавказе сталкиваются интересы Запада, центрально-азиатских государств, России, Ирана, Пакистана.

Разноплеменный Афганистан, как и Кавказ, вряд ли скоро 'замирятся' именно потому, что на существующих в этих регионах этнических и религиозных противоречиях играют более мощные силы, преследующие свои стратегические интересы.

Эксперты полагают, что пуштуны будут наращивать вооруженное давление с целью прихода к власти пропуштунского руководства, ориентированного на Пакистан, Саудовскую Аравию, арабские и международные фундаменталистские исламские организации.

Видимо, при определенных условиях им все-таки удастся восстановить контроль в районах традиционного проживания, хотя трудно предположить, что, в конечном счете, это будут талибы, так как в Афганистане всегда болезненно относились к режимам, навязанным из вне. А талибы - порождение зарубежных спецслужб, которые используют их в своих интересах. По мнению исследователей, дивиденды от многолетней войны в Афганистане получил, прежде всего, Пакистан, который накануне ввода советских войск на афганскую территорию стоял перед угрозой экономического и политического банкротства. Затем он был превращен в 'прифронтовое государство' и стал получать крупномасштабную военно-экономическую помощь от США и Саудовской Аравии.

Соединенные Штаты пошли на беспрецедентный шаг - оказание помощи в обход американскому законодательству, запрещающему поддержание стран, ведущих разработку ядерного оружия.

Режиму Зия-уль-Хака удалось тогда установить прямые контакты с руководителями Англии, Франции, ФРГ и Японии, усилить свою роль в исламском мире, упрочит связи с Китаем в плане разработки ядерной программы. (Теперь ядерное оружие есть и у Пакистана, и у Индии, что имеет принципиальное значение для новой расстановки сил в регионе и в мире в целом.) Создание сильного в военно-политическом плане Пакистана, оснащение его современным вооружением и боевой техникой, установление качественно новых американо-пакистанских отношений привело к существенному изменению соотношения сил в регионе. За годы войны Пакистан превратился в главного союзника США на Среднем Востоке, защищая интересы американцев в этом районе.

Движение талибов - это геополитическая комбинация, направленная одновременно против Ирана, Индии, среднеазиатских государств и России.

Ваххабизм на Северном Кавказе и талибы в Центральной Азии - это опробованный инструмент все в тех же руках. Из всего этого с очевидностью напрашивается вывод о координации действий тех стран, против которых с помощью талибов и ваххабитов ведут свою игру создатели этих 'ударных сил ислама'. В ходе государственного визита в Москву 5 - 7 мая 1998 года президент Узбекистана Ислам Каримов обсуждал с Ельциным не только проблемы экономического сотрудничества, но и совместные меры по противодействию общему врагу обеих государств - ваххабизму.

Наблюдатели отмечали, что этот вопрос занял большую часть переговоров двух президентов. Кроме того, тогда же Ельцин переговорил по телефону с главой Таджикистана Эмомали Рахмоновым, после чего было объявлено о создании 'тройки' - союза России, Узбекистана и Таджикистана, целью которого является противодействие исламскому фундаментализму. ('Московские новости', № 18, 10 - 17.05.98). Комментируя это решение, Ислам Каримов в беседе с журналистами заявил, что считает опасным распространение ваххабизма - экстремистского направления исламского фундаментализма - в Средней Азии и на Кавказе. Он подчеркнул, что целью ваххабитов является приход к власти и создание повсюду исламских государств.

Наблюдатели прогнозируют усиление помощи антиталибскому альянсу в Афганистане со стороны созданного 'тройственного союза'. Таджикистан и Узбекистан не хотят допустить к своим границам воинственных талибов. А в долгосрочной перспективе Москва и Ташкент хотели бы видеть в коалиционном правительстве Афганистана лидеров антиталибского альянса, которые учитывали бы российские и узбекские геополитические интересы в этом регионе.

Альянс Москвы, Ташкента и Душанбе имеет значение и в преддверии конференции ООН по афганской проблеме, которая будет проходить по формуле '6 плюс 2', включающей в себя соседей Афганистана, Россию и Соединенные Штаты.

Следует ожидать, что три страны, к которым, несомненно, примкнет и Киргизия, выступят на конференции единым фронтом. В начале июня этого года в Ташкенте состоялась встреча силовых министров СНГ. Участники встречи отметили возрастающую угрозу безопасности стран Содружества со стороны религиозного экстремизма, в том числе самого крайнего его проявления - ваххабизма. 'Ваххабизм для России это уже не умозрительная проблема: нам необходимо отслеживать поступление денег, оружия, организацию лагерей военной подготовки', - заявил министр внутренних дел РФ Сергей Степашин на итоговой пресс-конференции в Ташкенте. ('Сегодня', 05.06.98) По его словам, в Бюро по координации борьбы с организованной преступностью необходимо создать специальный сектор по борьбе с проявлениями религиозного экстремизма. Глава МВД Узбекистана Закиржон Алматов сообщил, что субрегиональное бюро Интерпола СНГ будет действовать в рамках Бюро по координации борьбы с организованной преступностью стран Содружества. БАЛКАНЫ Дуга нестабильности, создаваемая США с участием мусульман, тянется от Испании до северных районов Китая.

Важный участок этой дуги - Югославия. Одной из главных проблем мировой политики сегодня остается ситуация на Балканах, вокруг сербского края Косово.

Россия, как известно, выступает против военного решения конфликта, но испытывает чрезвычайное давление стран НАТО, которые все настойчивее добиваются умиротворения противоборствующих сторон с помощью военной акции.

Демонстрацией силы стали проведенные 16 июня маневры НАТО в воздушном пространстве соседних с Югославией странах - Албании и Македонии. В маневрах приняли участие военные 13 стран из 16 входящих в НАТО. Накануне на встрече министров обороны стран НАТО в Брюсселе и на совещании министров иностранных дел в Лондоне сербам были адресованы жесткие требования: немедленный вывод воинских частей из Косово, прекращение огня и возобновление переговоров для решения разногласий политическим путем.

Россия продолжает настаивать на том, чтобы Запад воспринимал конфликт в Косово в качестве внутренней проблемы суверенного государства и не поддерживает экономические санкции, введенные США и Европейским союзом.

Москва в противовес Западу также всячески подчеркивает необходимость давления на обе противоборствующие стороны, а не на одну сербскую.

Большую надежду на мирное разрешение конфликта в столицах Европы возлагают на способность Москвы, повлиять на лидера Союзной Республики Югославия Слободана Милошевича. Этой цели должна была послужить встреча в Москве президента РФ Бориса Ельцина с Милошевичем, которая и состоялась 16 июня.

Комментатор 'Известий' (17.06.98) Максим Юсин считает, что требование Запада о выводе сербских войск из Косово невыполнимо для лидера Югославии. По его словам, если назвать вещи своими именами, уход югославской армии из Косово будет означать только одно - передачу контроля над провинцией сепаратистам.

Сербам предлагают, таким образом, чеченский вариант.

Формально Косово остается в составе Югославии, фактически же существует как независимое государство. Для сербов Косово имеет несравненно большее значение, чем потерянные территории в Боснии и Хорватии. Там война шла за периферийные провинции.

Косово же сербы считают колыбелью своей нации.

Отдать область, пусть даже под давлением всего западного мира, не решится ни один югославский лидер. Чем же закончились московские переговоры? Подписано совместное заявление лидеров России и союзной Югославии.

Президент Милошевич обязуется решать косовскую проблему 'политическими средствами на основе равенства всех граждан и национальных общин' и с этой целью немедленно возобновить переговоры с умеренными косовскими албанцами во главе с Ибрахимом Руговой.

Вместе с тем Милошевич отказался вывести из Косово подразделения регулярной армии и спецназа.

Московское заявление предусматривает постепенное сокращение военного присутствия в Косово 'по мере прекращения террористической активности'. На пресс-конференции Милошевич заявил, что части югославской армии имеют право находиться в любой части Югославии, поэтому 'не может быть и речи' об их выводе из Косово по требованию мирового сообщества.

Белград, в соответствии с московскими договоренностями, обязуется обеспечить беспрепятственное возвращение в Косово всех беженцев и перемещенных лиц.

Милошевич обещал обеспечить неограниченный доступ в Косово иностранных дипломатов и международных гуманитарных организаций.

Американский президент Билл Клинтон и президент России Борис Ельцин обсудили 16 июня итоги российско-югославских переговоров по ситуации в Косово. Оба президента сошлись на том, что соглашение Ельцин - Милошевич является шагом в правильном направлении, который удовлетворяет некоторым требованиям контактной группы, направленным на прекращение насилия в этом регионе.

Вместе с тем на брифинге для корреспондентов после беседы Клинтона с Ельциным пресс-секретарь Белого дома Майкл Маккэрри заявил, что НАТО будет пристально следить за выполнением обязательств, данных президентом Милошевичем. Как и Маккэрри, госсекретарь США Мадлен Олбрайт заявила, что подготовка к возможной военной акции НАТО будет продолжена. Это мнение разделяют Великобритания и Франция.

Комментируя на радиостанции 'Свобода' ('Эфир-дайджест', 17.06.98), позицию России по косовской проблеме, американский политолог, сотрудник Филадельфийского института международных отношений Майкл Раду заявил, что Москва в этой ситуации играет позитивную роль баланса тем, кто был бы готов прибегнуть к военной акции против югославских сил. А подобная операция, по его мнению, может привести к непредсказуемым последствиям.

Вероятность вето Совета Безопасности ООН охлаждает наиболее радикальных.

Сегодняшняя промусульманская позиция США в Югославии определилась в 1993 году с приходом к власти администрации президента Клинтона.

Именно тогда был выработан тезис, согласно которому виновники войны - сербы, а жертвы агрессии - боснийские мусульмане (Г.В. Корнилов. США и югославский кризис: 1991-1997 гг. 'США: экономика, политика, идеология'. №5, 1998). К этому времени США уже считали себя 'последней инстанцией' в разрешении проблем планеты, поэтому их вмешательство в дела Югославии было 'делом чести'. Вашингтон начал интенсивную дипломатию в пользу создания Мусульманско-Хорватской Федерации. Через частную компанию 'Милитари профэшнл рисорсиз' США помогли Хорватии модернизировать армию и подготовить летние наступления 1995 года.

Одновременно велась кампания за снятие эмбарго на поставки оружия боснийским мусульманам. В 1995 году, как известно, начались интенсивные бомбардировки сербских позиций авиацией НАТО. 1 ноября 1995 года в Дейтоне (США, шт. Огайо), в обстановке строгой секретности, начались переговоры противоборствующих сторон Боснии.

Мусульман представлял А. Изетбегович, хорватов - Ф. Туджман, сербов - С. Милошевич.

Результатом переговоров стали так называемые Дейтоновские соглашения.

Истинная цель этих соглашений для США - привязать к себе все противоборствующие стороны и усилить через нестабильность свое влияние на Балканах, уже имея его в Македонии, Албании и частично в Греции. При этом до сих пор администрацией США владеет идея оказания военной помощи боснийским мусульманам. США поняли, что рассчитывать на взаимное сдерживание мусульман и хорватов нельзя.

Американцы приступили к созданию в среде боснийских мусульман двух опор влияния.

Первая - постмоджахедовская армия Боснии и Герцеговины.

Вторая - политическая элита боснийских мусульман, свободная от каких-либо обязательств перед Ираном и Саудовской Аравией.

Любопытно, что США решили оказывать помощь не титульным государствам - Сербии и Хорватии, а мусульманам.

Вмешательство США конфликт на Балканах не урегулировало. Есть мнение, что оно было обусловлено гонором, желанием продемонстрировать неспособность европейцев снимать проблемы на собственном континенте. Но думается, что это вмешательство и не преследовало целей урегулирования, поскольку 'глобальное лидерство' проще сохранять на волне нестабильности. РЕЗЮМЕ Недавно в Москве президенты Узбекистана и России договорились о создании 'тройственного союза' (Москва - Ташкент - Душанбе), направленного, по словам Ислама Каримова, против ваххабизма. Столь узкая цель союза провозглашена президентом светского государства Каримовым под влиянием событий в Фергане, где готовится процесс над ваххабитами. На самом деле вопрос следует ставить гораздо шире: о самостоятельности Евразии, подвергаемой ныне американской атаке, в том числе с использованием сил исламского фундаментализма.

Осознанно или нет, но эта атака направлена, прежде всего, против России, системообразующей территории континента.

Представляется, что США совершают роковую ошибку, делая ставку в своей евразийской экспансии на ислам.

Нагревание 'межцивилизационного шва' в этом регионе с целью даже расчленения России на конфедеративные образования чревато губительными последствиями не только для США, но и для евро-американской цивилизации в целом. Ибо гласит Коран: 'И готовьте против них оружия сколько сможете', имея в виду гяуров. Порой кажется, что антироссийскую политику в США ведут люди, не считающие себя гяурами и не чувствующие в исламском факторе им угрожающего биения пульса. И разве следует надеяться на то, что исламская элита сможет сдержать огонь, разжигаемый США во всех исламских регионах мира? Примером 'неумелого обращения' с исламским миром может служить политика российского руководства по отношению к конфликтам, развернувшимся еще до развала Советского Союза в Чечне и Таджикистане. Тогда 'в состоянии демократической истерии' руководство РСФСР отвело этим республикам роль плацдармов с ненавистным союзным центром. И впопыхах не сообразило, какого джина оно выпускает из кувшина. Через три года в Чечню пришлось вводить войска и терпеть там позорное поражение. 1. Усиливая свое присутствие в Евразии всеми возможными методами, США порождает на этом континенте далеко идущие противоречия, ослабляющие, в конечном итоге, США. После крушения Советского Союза руководство США романтически возомнило себя 'последней инстанцией' в современном мире и убедило в том же часть американского общества. Между тем, в отличие от времен 'холодной войны', когда на США была возложена ответственность за Запад, сегодня на эту роль их никто не уполномочивал. 2. С Запада США ведет свою атаку путем расширения НАТО. Но расширение НАТО усиливает, прежде всего, позиции Германии, причем не только в Европе. Стоит вспомнить, что в двух мировых войнах мусульманская Турция была союзником именно Германии, а не стран Антанты или антигитлеровской коалиции. Такие устремления в период глобальных катастроф случайными не бывают.

Одновременно с расширением НАТО идут и процессы европейской интеграции, преследующие, помимо экономических, конечно же, и политические цели. В эпоху финансовых войн, периодически вспыхивающих в разных точках мира, евровалюта создает прямую угрозу американскому доллару.

Американцы почему-то уверены, что их 'любят в Европе'. Это глубокое заблуждение.

Гельмут Коль где-то проговорился, что в момент крушения 'берлинской стены', когда навстречу ему ринулась толпа восточных немцев, канцлеру очень захотелось спеть 'Германия превыше всего'. Но он не запел, боясь, что 'его не правильно поймут'. Американцев в Европе не любят, а терпят до тех пор, пока те там нужны.

Западноевропейские страны заигрывают с Россией, стремясь поднять собственное влияние в европейских делах (например, Франция). По отношению к России здесь действует только принцип заигрывания, согласно которому ее постоянно приглашают в Европу, но упорно туда не пускают. И не пустят. Более того, вокруг России создается 'санитарный кордон'. 3. После крушения колониальных империй Великобритании и Франции США успешно заместили эти бывшие метрополии на Ближнем и Среднем Востоке, постепенно образовав там цепочку зависимых государств от Египта до Саудовской Аравии. На Дальнем Востоке влияние США реализуется через систему военных договоров с Японией, Тайванем и Южной Кореей. В 90-е годы началась экспансия США на территории бывшего Советского Союза, прежде всего, в странах Прибалтики, на Украине, в Грузии, Азербайджане, Казахстане. На вооружении США в этой экспансии - особые отношения с НАТО и 'Партнерство ради мира'. Сегодня США - политический гарант территориальной целостности Украины, на очереди, по некоторым данным, Грузия.

Администрация США прямо заявляет о наличии своих стратегических интересов в Закавказье.

Поводом для таких заявления служат добыча и транспортировка каспийской нефти. 4. Лондонский 'Экономист' ('За рубежом' №4, 1998) опубликовал прогноз расстановки сил на мировой политической сцене в начале XXI века.

Вызывает возражения преуменьшение значимости исламских государств английскими прогнозистами. Они полагают, что не одно из исламских государств в 2030 году не сможет претендовать на роль сверхдержавы.

Возможно. Но авторы прогноза ничего не говорят о характере конфликтов XXI века. Если они считают, что и в будущем веке конфликтовать будут государства, то предсказание относительной слабости каждого из исламских государств в отдельности правомерно. Если же конфликты в XXI веке будут носить наднациональный, этноконфессиональный или, как сегодня говорят, цивилизационный характер, то преуменьшать значение исламского фактора, мягко говоря, недальновидно.

Мусульманский мир представляет собой определенную целостность с собственными цивилизационными нормами, которая имеет свои политические и экономические интересы глобального и регионального масштабов.

Исламский же фактор возникает в контакте этой цивилизации с другими. В этом контакте собственно и выявляются интересы и способы их отстаивания. Этот цивилизационный контакт можно организовать таким образом, что мусульманский фактор приобретет выраженные черты фундаментализма. 5. Как уже говорилось, США используют исламский фактор для ослабления России и утверждения своего господства в Евразии.

Поэтому российским политикам нельзя забывать, кто на самом деле стоит за событиями в Чечне или Таджикистане и с какими силами в действительности надо вести войну или переговоры.

Исламский фактор существует постольку, поскольку существуют народы, исповедующие мировую религию - ислам, входящие в контакт с другими цивилизациями. А вот для возникновения исламского фундаментализма требуются, как уже говорилось, определенные условия. В этом преуспели и Запад, и Россия. 22 июня 1998 года Р о с с и й с к и й и н ф о р м а ц и о н н ы й ц е н т р СОБЫТИЯ НА КАВКАЗЕ В КОНТЕКСТЕ 'БОЛЬШОЙ ИГРЫ' (Часть II ) По материалам СМИ за июль 1998 г . - октябрь 1999 г . 'БОЛЬШАЯ ИГРА' В КОНЦЕ ХХ ВЕКА ...................... 1 ЭВОЛЮЦИЯ ИСЛАМСКОГО ТЕРРОРИЗМА ............. 3 ЗАПАД О СВОИХ ИНТЕРЕСАХ НА КАВКАЗЕ............11 СЕПАРАТИЗМ, ИСЛАМ, НЕФТЬ.................................. 16 Приложение: 'ВОИНЫ ИСЛАМА'...................................................... 33 ЭКОНОМИКА ЧЕЧЕНСКОГО ТЕРРОРА..................... 41 'БОЛЬШАЯ ИГРА' В КОНЦЕ ХХ ВЕКА Анализируя события последнего десятилетия на Кавказе, многие наблюдатели проводят исторические аналогии с 'Большой игрой' (определение Киплинга), которая разворачивалась в этом регионе в XIX веке. Тогда, отмечает Алексей Громыко ('Независимая газета', 20.08.98), речь шла о соперничестве России и Англии за влияние в Средней Азии. Позже Кавказ и Средняя Азия прочно вошли в зону жизненных интересов царской, а затем советской России.

Англия сконцентрировала свои усилия на Ближнем Востоке и Индии. Такое положение вещей установилось надолго, но, как оказалось, не навсегда. В конце ХХ века 'Большая игра' возобновилась, более того, расширилась до планетарных масштабов. После распада СССР на политической карте мира появились новые страны, а регион Каспийского бассейна оказался источником, из которого все уважающие себя державы рассчитывают получить энергию в недалеком будущем. В Каспийском бассейне разведанные запасы нефти и газа достигают соответственно 30 млрд баррелей и 7 трлн кубических метров. При текущем мировом потреблении нефти в 70 млн баррелей в день и газа в 2,2 трлн кубических метров в год только эти сырьевые кладовые полностью покрыли бы мировой спрос на нефть в течение 14 месяцев и на газ в течение 3 лет. По этим показателям Каспий уступает Персидскому заливу, но опережает запасы Северного моря.

Прогнозируемые запасы энергоресурсов на Каспии составляют 100 млрд баррелей нефти и 10 трлн кубических метров газа. Из региона, долгое время находящегося далеко от центра внимания мирового сообщества Закавказье и Центральная (бывшая советская) Азия неожиданно превратились в 'многослойный пирог' местных, региональных и глобальных интересов, представляя собой громадные 'территории-проливы' с двойственной цивилизационной ориентацией. Здесь сходятся христианство и ислам, Запад и Восток, Европа и Азия, евразийство и антлантизм.

Регион явно не обделен активными соседями. Все они без исключения стоят перед необходимостью решать жизненно важные для своего дальнейшего развития задачи. На севере Россия пытается вырваться из заколдованного круга экономических и политических потрясений; на западе Турция балансирует между светским режимом, подпертым штыками, и умеренным исламизмом; на востоке уверенно набирает мощь Китай; на юге Иран, нависающий над Персидским заливом, все явственней превращается в привлекательного партнера не только для России и Западной Европы, но и закулисно - для США. После распада СССР начался новый геополитический передел. В борьбу за влияние на постсоветское пространство включились все ведущие государства мира, и прежде всего США. Круг участников 'Большой игры' расширился. И как показывают события последних лет, в него буквально вторгся внесистемный игрок - международный терроризм, выступающий под зеленым знаменем ислама.

Именно в этом международном контексте, оценивая события последних месяцев на Северном Кавказе, премьер-министр Владимир Путин заявил, выступая в Совете Федерации: агрессия в Дагестане, теракты в Буйнакске, Москве и Волгодонске представляют собой 'задолго спланированную, заранее подготовленную и щедро финансируемую из зарубежных центров' агрессию. Это не просто безумие. 'Это безумие с маниакальными, но вполне прозрачными целями. Мания величия с абсолютно конкретными геополитическими и экономическими задачами... Религиозный фанатизм выполняет здесь лишь роль идеологической оболочки. Он является прикрытием агрессивных внешнеполитических и экономических интересов'. ('Российская газета', 24.09.99). Леонид Ивашов , начальник Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны РФ, считает, что цепь драматических событий, почти синхронно происходящих в Киргизии, Таджикистане и российском Дагестане, позволяет сделать вывод об их взаимосвязанности. ('Независимая газета', 15.09.99). Есть доказательства, что бандитские вылазки против мирного населения и на Северном Кавказе, и в Центральной Азии организованы по единому плану.

Финансируются они, по всей видимости, также из одних и тех же источников. Но откуда эти источники? Оставим пока за скобками известного саудовского террориста бен Ладена, афганских талибов и даже Хаттаба. Да, они угрожают цивилизации. Но в тоже время все они - участники большой игры, которую проводят далеко не только мусульманские экстремисты.

События на Северном Кавказе, - отмечает Ивашов, - связаны со стратегическими интересами многих государств и политических сил, прежде всего с каспийской нефтью, важным геостратегическим положением Кавказа, а также устремленностью некоторых стран к доминированию в этом районе. И здесь нельзя не сказать о НАТО и США, которые в попытках привлечь отдельные государства Кавказа на свою сторону побуждают их к антироссийским действиям.

Наряду с внешними факторами Ивашов отмечает просчеты внешней и внутренней политики России: экономические неурядицы, слабость (или отсутствие) национальных программ, последствия афганской и чеченской войн и многое другое. Все эти внешние и внутренние факторы накладываются на нашу общую российскую государственную немощь и умело используются нашими соперниками и врагами. ЭВОЛЮЦИЯ ИСЛАМСКОГО И ТЕРРОРИЗМА Прежде чем рассматривать роль исламского терроризма в современных событиях на Кавказе, представляется целесообразным проследить генезис этого явления и превращение его в фактор мировой политики. По мнению доктора исторических наук Владимира Кузнечевского ('Российская газета', 24.09.99, статья 'Чью тень скрывают террористы?'), анализ событий последних двадцати лет показывает, что акты террора в США, Африке, России являются лишь камуфляжем событий более глубоких. Он приводит хронику наиболее громких преступлений террористов за последние годы. 1993 год. Взрыв в Международном торговом центре в Нью-Йорке. Шесть человек погибли, более 1000 ранено.

Виновные обнаружены - 'Вооруженная исламская группа'. 1995 год.

Вооруженная исламская группа из Алжира четыре месяца терроризирует Париж.

Взрывы в метро, на площади Звезды, неудавшаяся попытка взорвать поезд Париж - Лион.

Убитых 7, раненых более 100. Весна 1995 года. Взрыв в Оклахоме, США. Более 150 человек погибли, сотни ранены.

Осуществил взрыв американец, но метод исполнения - припаркованная к зданию автомашина, начиненная взрывчаткой, - один к одному повторяет метод палестинских исламских экстремистов. 1997 год. В среде исповедующих ислам коренных жителей Синь-дзян-Уйгурского автономного района КНР группа исламских экстремистов требует создать 'Независимый Восточный Туркестан', отделить от Китая 'независимое исламское государство' и организует ряд взрывов в Урумчи и затем взрыв бомбы в автобусе в Пекине. 1998 год.

Взрывы американских посольств в Кении и Танзании (Африка). Метод тот же, что и в Израиле: припаркованные к зданиям автомашины, начиненные взрывчаткой.

Погибли более 200 человек. ФБР США возложило ответственность за теракт на объявившего джихад Америке Усаму бен Ладена. 1999 год.

Февраль.

Попытка узбекских экстремистов, именующих себя исламистами, путем серии взрывов в Ташкенте по испытанной методе - машины, начиненные взрывчаткой, - лишить жизни президента Узбекистана Ислама Каримова.

Жертвы среди мирного населения. Июль-август.

Агрессия со стороны Чечни исламских экстремистов в Дагестане.

Август. Захват исламскими экстремистами пограничного с Таджикистаном района в Киргизии накануне встречи в Бишкеке 'Шанхайской пятерки'. Сентябрь.

Террористические акты в России (Буйнакске, Москве и Волгодонске). Сотни убитых и раненых.

Первые результаты расследований показывают; что следы ведут в Чечню, к людям, называющим себя 'воинами ислама', к Шамилю Басаеву, эль-Хаттабу. И опять возникает в этой связке фигура Усамы бен Ладена.

Разные страны и разные континенты. А почерк событий один и тот же.

Создается впечатление, что все они представляют собой звенья одной цепи, что 1999 год представляет собой апогей, пик какой-то тенденции, что за всем этим проглядывается некая организованная сила, имя которой совсем не террор, а нечто еще более крупное и серьезное.

Латинское слово terror означает не просто 'ужас', 'страх', но и господство с помощью запугивания. Но не ради самого устрашения устраивается террор. Для чего-то? Преследуется какая-то цель. И эта цель кем-то намечена. Кем? Самое примитивное объяснение предлагают американцы: небелая раса размножается быстрее белой и стремится отвоевать себе жизненное пространство. В самом начале 60-х годов в СССР приезжал Збигнев Бжезинский и в аудитории ИМЭМО АН СССР убеждал слушателей в том, что Советский Союз должен отойти от дружбы с Китаем и солидаризироваться с Америкой, так как не за горами время, когда придется вместе защищаться от нашествия небелых народов. А потом наступило время написания научных трудов об агрессивной сущности ислама и его адептов. В 1969 году большинство государств, население которых исповедует ислам, и Организация освобождения Палестины (ООП) объединились в организацию 'Исламский конгресс', позже переименованную в 'Организацию Исламская конференция' (ОИК). ОИК приняла устав, где было подчеркнуто, что деятельность организации направлена на укрепление 'мусульманской солидарности' и сотрудничества между государствами-членами и ООП. Штаб-квартира ОИК была установлена в городе Джидда (Саудовская Аравия). Сама организация была создана по инициативе и по настоянию возникшей еще в 1964 году ООП, объединившей большинство организаций палестинского движения сопротивления Израилю и общественных палестинских организаций. С этого момента начинается целая цепь взаимосвязанных между собой событий, которые привели к возникновению в рамках ОИК некоего интеллектуального ядра, состоящего из формальных и неформальных лидеров в мусульманских странах. Духовные руководители этого центра сумели, по всей теперешней видимости, сформулировать задачу и цель по организованному противостоянию исламски ориентированных сил западной цивилизации.

Именно западной.

Советский Союз не входил в число их противников, поскольку в то время сам противостоял Западу, да к тому же и вооружал арабские режимы. Запад не сразу понял, что в мире появилась, пока только в идеологическом плане, новая мощная сила. Запад был слишком занят борьбой с коммунизмом в лице всего социалистического лагеря, чтобы заметить у себя под носом появление нового опасного противника. Позже появились первые проблески этого понимания. В июле 1977 года солидные западные журналы с изумлением писали, что еще несколько лет назад только наиболее проницательные аналитики смогли дать прогноз: современная история мира началась в 1970 году, именно тогда в пустынном местечке африканского побережья лопнула труба трансарабского нефтепровода, через который каждый день протекало 500 тысяч тонн нефти из Саудовской Аравии к побережью Средиземного моря. С этого дня колесо истории направилось по дороге, которую не мог представить себе ни один фантаст. Из-за сбоя трансарабского нефтепровода резко возросло значение ливийской нефти.

Молодому амбициозному полковнику Муамару Каддафи, который всего год как управлял Ливией, нефтяные магнаты США, Великобритании, Франции, Нидерландов предложили резко увеличить поставки нефти на Запад. Но Каддафи в ответ на это сократил производство ливийской нефти, повысил на нее цену и национализировал собственность нефтяных компаний у себя в стране. К изумлению Запада, остальные страны-члены ОПЕК не подчинились ультиматуму транснациональных нефтяных компаний Запада, а последовали примеру Ливии и потребовали от нефтяных магнатов Запада начать переговоры, И уже в феврале 1971 года в Тегеране было достигнуто судьбоносное соглашение, которое утвердило капитуляцию Запада в этом вопросе. Мир мусульманских государств впервые и надолго осознал свою действительную силу.

Нашлись люди, которые начали оформлять это осознание в организационные структуры. На свет был произведен неформальный, но очень влиятельный, условно говоря, мусульманский центр в рамках ОИК, который начал путь к завоеванию своего места под солнцем. В январе 1979 года в Иран вернулся из Парижа аятолла Хомейни, совершил там при поддержке ОИК исламскую революцию и объявил США главным врагом человечества. В декабре 1979 началось вторжение советских войск в Афганистан. По инициативе США и при поддержке абсолютного большинства мусульманских стран Генеральная Ассамблея ООН осудила это вторжение и тем самым открыла дорогу к легальному участию в войне в Афганистане боевиков-моджахедов, а фактически - к созданию вооруженных отрядов упомянутого выше центра, ему подчиненных и им финансируемых.

Боевиков-моджахедов собирали по всему миру, обучали и направляли в Афганистан. В коллективном докладе 'Четвертый Рим - или вторая орда?', прозвучавшем на заседании политклуба 'Содержательное единство' (опубликован в газете 'Завтра' 20.01.98, авторы Сергей Кургинян, Мария Мамиконян и Мария Подкопаева), также обращено внимание на события 1979 года в Иране, известные как 'исламская революция Хомейни'. Авторы считают, что за истекшие двадцать лет 'никто так и не сумел (или не захотел) до конца дешифрировать ту параполитическую игру, которая привела к подобному исходу в Иране'. По их мнению в иранской революции есть значимый (и даже ключевой) компонент параполитической игры высокого уровня.

Хомейни, как известно, приехал из Парижа. Его достаточно рафинированные фундаменталистские рефлексии отнюдь не поверхностно соприкасались с иными традиционалистскими изысканиями. К этому моменту уже выкристаллизовались в Европе окончательно и понятие 'третьего пути', и представление о 'консервативной революции', и формула 'двух врагов' СССР и США во всех ее гибких модификациях, в том числе и в базовой: 'Преступный сговор ялтинских хищников', и взявшее все это на вооружение движение 'новых правых'. Уже в 1943 году Тегеран не случайно стал местом встречи держав антигитлеровской коалиции (вообще случайности в вопросе о выборе места встречи таких лиц, как Рузвельт, Сталин и Черчилль, полностью исключаются). Борьба Англии, США, России и Германии (в меньшей мере Франции) вокруг Ирана была острейшей.

Англия в 1921 году возвела на престол ту самую династию Пехлеви, которой в дальнейшем предстояло сыграть большую роль в геополитических коллизиях ХХ века. Тем самым Англия как-то скомпенсировала свой проигрыш в традиционно значимом для нее Азербайджане и выключила из игры 'французский узел влияния', всегда определявшийся связкой Армении и Ирана. Немцы на это смотрели болезненно, насыщая своей агентурой весь Ближний и Средней Восток от Египта и Судана до Турции, Ирана и Ирака.

Вожделенная ось Берлин-Багдад (она же ось Берлин-Анкара) никогда и ни при каком уровне поражения не выходила из сферы внимания Германии.

Германия (кайзеровская, веймарская, фашистская, а также демократическая) всегда остается Германией. А значит, всегда будет строить свою игру в указанных приоритетных направлениях, используя имеющиеся у нее на данный момент возможности. Эти направления для нее 'инвариантны'. Всегдашнее затруднение в подобной игре - неминуемо синхронный интерес Германии к Турции и Ирану, этим антагонистам 'Передней Азии'. При этом единственный шанс для немцев состыковать между собой двух фундаментальных противников в том, чтобы накрыть глубинную вражду общей, менее глубинной и в каком-то смысле внешней идеологической картой. Из таких крупных карт во второй половине ХХ века могла быть использована только одна - исламский фундаментализм.

Хорошо известно так же и то, каким видел себя русский интерес в этом регионе вне зависимости от того, о какой России шла речь царской или коммунистической.

Всегда шла речь о выходе через Иран не только к теплым морям, но и к Индии. И неважно, кто этим занимался в тот или иной исторический период времени Троцкий или атаман Платов. Речь шла вновь об определенном инварианте. А этот инвариант фундаментально противоречил инвариантному же британскому интересу, который сторожил и будет сторожить Индию от русского и иного воздействия вне зависимости от того, что происходит в Великобритании, и какое 'у нас тысячелетье на дворе'. После второй мировой войны русские сумели обыграть Британию, поставив в Иране свое просоветское правительство Моссадыка. Но не извлекли из этого особой геополитической пользы. В 1953 году англичане (уже, конечно, при ключевом участии набравших огромный геополитический вес американцев) вернули в Иран династию Пехлеви. Шах Ирана и вся его семья пытались осуществить модернизацию Ирана.

Суждения о том, что в этом модернизационном порыве они накопили слишком много фундаменталистского горючего и получили взрыв, лишь отчасти справедливы. Да, накопили. Но это сработало лишь постольку, поскольку ко второй половине 70-х годов стратегия догоняющей модернизации как средства привлечения к Западу новых союзников стала оспариваться и заменяться иной стратегией. Это было связано как с новым подходом к пониманию глобальных проблем (Римский клуб уже начал говорить о пределах роста и о недопустимости расширения группы модернизированных стран), так и с пониманием необходимости строить взаимодействие стран НАТО в их борьбе против СССР с контрастными, недемократическими и даже (в этом новизна!) немодернизированными странами.

Именно наложение этих двух обстоятельств сформировало внешнюю рамку иранского процесса.

Дальше сфера предположений.

Видимо, шах Ирана перестарался в ориентации на дружбу с Израилем, не учтя специфических нюансов британского отношения к данной проблеме.

Видимо, шах перестарался в стремлении создать индустриальный комплекс хотя бы при помощи Москвы ('если другие так упорно игнорируют иранские интересы'). Видимо, конструирование 'недемократического' компонента глобальной системы будущего 'золотого миллиарда' к этому времени завершилось. И завершилось оно с участием правых (не хочется говорить праворадикальных) элит США, Германии, Англии и Франции.

Причем это вовсе не означало, что внутри альянса конструкторов не было внутренних противоречий. (Не случайно германские и французские спецслужбы до сих пор на подозрении у ЦРУ в связи с 'революцией Хомейни'). Видимо, в этот же период состыковались и образовали некое новое мировоззренческое и хозяйственное горючее две концепции 'нефть за продовольствие' и 'наркотики за оружие'. И наконец, видимо, именно в этот момент согласовали интересы те группы западной элиты, для которых в борьбе с СССР не было 'реакционного', правого ограничителя. Шах при этом громоздил ошибки не без помощи своих западных консультантов. И революция произошла. Она была первой из крупных революций, которую в полном смысле слова можно было назвать 'консервативной'. Так ее понимал сам Иран. Но так же ее понимали и советские ортодоксы, которые привычно видели в исламском фундаментализме 'поповщину' и 'мракобесие'. Однако в Советском Союзе были и другие силы, которые оценивали изменения в Иране как часть опасной для СССР большой игры в две руки. Игры, где этой 'второй' становится рука, способная расколоть лагерь противников США и западной экспансии в целом, и собрать в интересах антирусских и антисоветских сил Запада некий блок из 'геополитических боевиков', идущих под новыми (они же старые) мобилизационными смысловыми знаменами. 'Боевиков', запрограммированных на войну с СССР. 'Боевиков' неудобных, самоотверженных, готовых лить кровь свою и чужую в совсем иных количествах, чем американские сибариты.

Робкие и зашоренные 'научным атеизмом' попытки договориться с этими 'боевиками' на антиамериканской основе быстро показали свою несостоятельность. 9 сентября 1979 года 'Джумхурия ислами' написала: 'На своих баррикадах мы видим одного врага: безбожие... в облике военщины Америки, устремлениях монополий Западной Европы, облике сионизма, коммунизма в той ипостаси, когда он правит обездоленными'. Соединение сионизма и коммунизма в один ряд в этом высказывании произошло впервые после заявлений русских монархистов после революции 1917 года и последующих концепций идеологов Третьего рейха.

Оговорки про именно тот коммунизм, который 'правит обездоленными', то есть конкретный строй в СССР, были знакомы по маоизму, че-геваризму, 'краснобригадовским' экспериментам, полпотовским изысканиям и пр. Везде была приложена рука западных интеллектуалов и концептуальных отделов западных спецслужб. Это был удар по СССР. Удар с того направления, которое впервые обозначилось после выхода Китая из соцлагеря. С направления, в котором маоизм, троцкизм, другие вышеупомянутые 'измы' на 'красном поле' были подвергнуты форсированному интеллектуальному сопровождению почти тех же лиц и фигур, которые одновременно ковали оружие новой правой философии и идеологии, призванной стать средством мягкого 'завоевания изнутри' западного мира, пропитанного 'вредоносным либерализмом'. Фундаментализм в иранском исполнении нес отпечаток тех же западных интеллектуальных изысков, вплоть до глубокого и двусмысленного взаимного заигрывания крайнего ислама с 'вянущим' и нуждающимся в обновлении Западом (французские, немецкие, английские интеллектуалы лихорадочно принимали ислам в 60-е, 70-е, 80-е годы, и это было частью той же игры). Не менее значимо заявление англичанки Фреи Старк, которая в 1945 году в своей (фундаментальной для новой парадигмы работы западных спецслужб) книге 'Восток есть Запад' выступила против тезисов Киплинга и предложила подходить к исламу как религии, которая может служить бастионом против атеистической идеологии коммунистов. Вот когда сразу после 'общей победы' и задолго до Фултонской речи Черчилля в 'восточной политике' совокупного Запада отчетливо 'прорезался' еще один древний 'инвариант'. В марте 1980 года Хомейни предложил программу '13 пунктов'. Один из этих пунктов звучит так: 'Провести чистку, направленную против западного и коммунистического влияния в университетах'. Хомейни придает совершенно новое звучание исламскому фундаментализму. Он заявил о двух шайтанах СССР и США (вспомним еще раз 'двух ялтинских хищников'), и у мусульманина с антизападной ориентацией оказались сняты последние тормоза скепсиса. СССР тоже шайтан! И джихад против него просто необходим! Левый, низовой, антиамериканский фундаменталистский ислам, и ислам правый, проамериканский - нашли общую точку схода. Уже в конце 60-х начале 70-х годов правые исламисты в Пакистане, Индонезии, Афганистане требовали объявить джихад социализму. Но тогда это касалось лишь правых, которые 'давили' своих собратьев по вере, имеющих левые симпатии.

Теперь антиамериканизм Хомейни заодно позволял иначе, более эффективно, провозглашать антисоветский джихад. А имея в своем арсенале атииракскую, антисаудовскую и антиизраильскую направленности, он позволял решать и другие задачи. Итак, в начале рокового 1979 года возникли предпосылки для канализации обновленной антисоветскости ислама в нужное русло. А в конце этого же года Советский Союз вошел в Афганистан. В Афганистане мы замкнули на себя потенциал исламской ненависти с далеко идущими геополитическими последствиями. (Бжезинскому приписывают тираду по поводу нашего вхождения в Афганистан: 'Пусть теперь русские умоются кровью!'). Авторы доклада подчеркивают, что даже при выборе идеологии конфронтации с 'третьей силой' (и особенно при таком выборе!) нам необходимо было искать новые, более прочные формы равноправного взаимодействия с исламом на своей территории.

Потому что, имея столько ислама у себя в СССР и не заручившись его глубокой поддержкой того, что называлось 'единством советского народа', объявить войну всему исламу за пределами своих границ (а вхождение в Афганистан означало именно это) могли только самоубийцы. При выборе такой идеологии конфронтации с 'третьей силой' нужно было искать каких-то исламских союзников за рубежом, как-то 'разруливать' ислам, давать убедительные посылы по части духовности коммунизма и его совместимости с исламской духовностью (как минимум, противопоставлять реально существующий левый ислам правому). Без этих действий 'превентивность' в Афганистане лишилась и той доли весьма проблематичной логики, которую можно было обнаружить в попытке обезвредить уже решившего тебя уничтожать 'офицера' ислама. Вот почему, с точки зрения стратегической, России и тогда, и сегодня нужны не судороги той или иной локальной превентивности, а выбор жизненного пути. Выбор предлагаемый политиками, которые понимают, насколько исчерпан 'принцип кота Леопольда'. Выбор, проясненный полностью и окончательно, сколь бы болезненно это ни было. Выбор системный и завершенный. А возможно, по крупному счету, и необратимый. Выбор, осознанный элитой страны, прочно связанной со всем народом... (В 1999 году после событий в Дагестане, Москве, Волгодонске вопрос 'Что делать с Чечней?' трансформировался в вопрос 'Что делать с Россией, чтобы она выжила как единое государство?'). Кто это должен делать? По мнению авторов доклада, главный политик страны опирающийся на партию власти и заручившийся не только поддержкой партии, но и поддержкой масс. Он должен это делать ответственно, мягко и определенно. На уровне крупных проектов международных и внутренних. При необходимости с 'аранжировкой' в виде успешных 'превентивных' силовых акций, а при возможности, малейшей возможности, без этих силовых акций вообще (что чаще всего, при определенном уме и воле политика и согласованных действиях политической элиты есть задача решаемая). Это было написано и заявлено почти два года назад.

Известный исламовед, доктор философских наук Александр Игнатенко утверждает, что с 1979 по 1989 год едва ли не все экстремисты из стран распространения ислама прошли обкатку в войне в Афганистане. А потом тех из них, кто уцелел, организованно направляли последовательно в Боснию, Чечню и вот сейчас в Россию - в Дагестан.

Военные специалисты единодушно отмечают; что с каждым годом боевики-моджахеды проявляют все большую организованность и выучку.

Растет квалификация как командиров, так и рядовых боевиков. По сути речь идет уже об организации армейских частей с соответствующим и вооружением, и выучкой. К слову сказать, Запад еще не оценил подлинную значимость этого явления на международной сцене. Только сейчас Вашингтон объявил бен Ладена международным террористом № 1, а во времена афганской войны он пользовался по меньшей мере снисхождением американских спецслужб.

Прозрение приходит медленно. Во время нападения международных террористов на Дагестан официальный Вашингтон неделю хранил молчание. И только когда ЦРУ пришло к выводу, что за спиной Басаева и Хаттаба стоит бен Ладен, госдеп выступил с резким осуждением агрессии и поддержал действия Москвы против боевиков. Но это госдеп. А западная пресса по-прежнему демонстрирует сдержанность, если не сказать больше, сочувствие к моджахедам.

Освещая теракты в России, даже солидные газеты Financial Times, Waal Street Journal, Le Figaro называют террористов не 'бандитами', не 'экстремистами', а... 'повстанцами'! Так кто же на самом деле стучится в двери западной цивилизации под зеленым знаменем ислама? В мире скопилось большое количество динамично-агрессивных элементов, и прежде всего на окраинных по отношению к господствующей цивилизационной системе территориях. По воле судьбы это страны, население которых исповедует ислам. Там же скопилось и подавляющее число бедного населения, которое служит социальной базой для существования моджахедов.

История свидетельствует: люди, разрушающие единство общественной организации, появлялись в большом количестве в определенные периоды истории, выступали агрессивно по отношению ко всему обществу, сбивались в стаи.

Вопрос был лишь в том, кто умел оседлать эту разрушительную силу и направить ее в нужном для этой оседлавшей силы направлении. Все это длилось ровно до того момента, когда действия разрушителей начинали приходить в противоречие с целями тех, кто их использовал. По наступлении этого момента эти руководители апеллировали к тому, кто всегда и изначально сильнее бузотеров, - к общественному мнению населения, к рычагам государства и загоняли разрушителей туда, где им изначально предназначено место в обществе, - в самый низ социальной лестницы, в социальный подвал.

Именно так происходит сегодня с экстремистскими элементами, нашедшими прибежище в исламе. Они еще в силе. Начав разрозненную борьбу с Израилем на Ближнем Востоке, они продолжили ее с Соединенными Штатами. Дело не только в том, что они закалились организационно. Пока мировой порядок существовал в биполярном варианте, 'воины ислама' не имели свободы деятельности: ЦРУ и КГБ эффективно контролировали свои территории. Но вот СССР ушел с мировой арены. И слабым местом международной сцены оказалась контролируемая им ранее географическая территория: Афганистан, Средняя и Центральная Азия, Северный Кавказ. Сюда по принципу 'вода стекает в низину' и устремились экстремисты, прикрывающиеся зеленым знаменем ислама. Но не сами по себе, конечно. Организующая рука видна и невооруженным взглядом. И на Северный Кавказ, и в Киргизию, и в пограничные с ней районы Таджикистана и Узбекистана стекаются хорошо обученные, экипированные и вооруженные боевики. Судя по информации мировой прессы, географическим условного 'мусульманского центра' является Саудовская Аравия, Ливия, Пакистан, Иран и Афганистан.

Владимир Кузнечевский подчеркивает, что речь идет только о географии.

Официальные государственные структуры этих стран в борьбе против западной цивилизации не участвуют. Члены этого центра существуют, по-видимому, в рамках ОИК, но опять же неформально.

Трудно сказать, каким совокупным капиталом располагает этот центр, но в целом согласно американским, израильским и западноевропейским оценкам, мусульманские страны Ближнего Востока и Азии, начиная с мая 1970 года, сумели сколотить более 10 триллионов долларов избыточного капитала. Этот капитал не может лежать неподвижно. Он требует выхода, движения и находит его в том числе и через деятельность упомянутого центра. Эта организация, судя по имеющейся о ней скупой информации, коренным образом отличается от геостратегов возникшего в 50-х годах знаменитого Бильдербергского клуба, или организованного в 1968 году Римского клуба, или выросшей в 1973 году из недр того и другого Трехсторонней комиссии. Эти организации не напрасно называют 'мировыми правительствами', они хотя и секретят свою деятельность, но делают это цивилизованно. Дают сообщения в прессе, принимают резолюции, открыто провозглашают свои цели. С 'мусульманским центром' все иное.

Громогласно устами покойного аятоллы Хомейни, а сегодня бен Ладена был брошен открытый вызов не только Америке, но всей западной цивилизации, ее основным ценностям. И этот вызов не менее весом, нежели тот, что прозвучал в середине XX века со стороны Гитлера, когда евреи и славяне были провозглашены недочеловеками. Форма нового вызова впечатляет.

Решения о конкретных действиях против США, судя по всему, не имеют вид написанных резолюций. А организационные действия, и очень жесткие, есть, кровь, и немалая, льется. Это вообще не западный стиль отношений. Здесь все решает устное слово, которое исполняется гораздо жестче, чем написанное. Война в Афганистане, а потом в Боснии позволила не только найти применение огромному людскому ресурсу мусульманского мира, но и открыть поток прибылей от наркоторговли.

Возможен ли компромисс западной цивилизации с новой политической силой? Очевидно, что невозможен. Во-первых, 10 триллионов долларов избыточного капитала требуют движения. А находясь в таковом, этот капитал сомнет любого его владельца или группу их, будь то человек, семья, международная организация или государство. А во-вторых, мусульманский геостратегический центр слишком долго шел к тому, чтобы отвоевать для себя часть мира. При этом вряд ли его лидеры стремятся к абсолютному господству. Хотя рядовым моджахедам мысль о покорении мира внушается. Но она имеет чисто пропагандистский эффект. В истории все это уже было.

Гитлеровские солдаты тоже ведь шли завоевывать для фашистов мир с надписями на пряжках своих солдатских ремней Got mit uns (С нами Бог). Понадобилось с 1939 по 1945 год 10 миллионов 300 тысяч немецких жизней, чтобы одурманенная фашистской идеологией нация сообразила наконец, что господствовать над миром немцам не дано.

Сегодня ситуация в чем-то похожа на те военные годы.

Джихад надо остановить, пока он еще не забрал миллионы жизней. Но сделать это кому-то одному уже невозможно. Парадокс ситуации в том, что острие джихада с самого начала было направлено против Запада, а в эпицентре этого противоборства оказалась Россия. Но Запад сегодня, как и в 1941-м, должен понять, что речь в этом столкновении идет не только о российской, но и его безопасности. Тем более что события развиваются по нарастающей. Не так давно в заявлениях для прессы чиновники ФСБ сообщали, что уже после поражения 'воинов ислама' в Дагестане лидеры международных экстремистских организаций, исповедующих ислам, провели встречи в Пакистане.

Обсуждался вопрос о Северном Кавказе.

Участники встречи высказали мнение, что с исламской экспансией на Кавказе 'все еще впереди'. Они приняли решение выделить Басаеву и Хаттабу 30 миллионов долларов на активизацию войны с Россией. Есть ли ответ на это? Есть. Его сформулировал проводивший в Москве консультации высокопоставленный ветеран ЦРУ Винсент Каннистраро. Он заявил, что обуздать угрозу исламского терроризма 'можно лишь с помощью международного сотрудничества. В этом - ключ к успеху. Это наш общий враг'. Не исключено, что на этом направлении Россия и Запад объединят свои усилия. В сентябре этого года проблема борьбы с терроризмом детально обсуждалась на встрече российского премьера Владимира Путина с президентом США в Новой Зеландии, - и тут же последовали резкие заявления в поддержку России со стороны Билла Клинтона и Мадлен Олбрайт.

Следом в Москву выехала группа специалистов по террору из ФБР. Поддержку России в борьбе с религиозным экстремизмом и терроризмом высказали Европарламент, ООН, Пентагон и ЦРУ! Но все это вовсе не означает, что в обозримом будущем западные державы (прежде всего США) откажутся от участия в переделе сфер влияния на постсоветском пространстве, прежде всего в Каспийском и Центральноазиатском регионах.

Соперничеству, как известно, не сопутствует стабильность. ЗАПАД О СВОИХ ИНТЕРЕСАХ НА КАВКАЗЕ Ариель Коэн , ведущий аналитик фонда 'Наследие' (США) пишет ('Российская газета', 28.11.98, статья 'Конфликты на Кавказе угрожают интересам США') утверждает, что сейчас Кавказ является геостратегическим регионом, в котором пересекаются интересы США, Европы, России, Ирана, Турции. В ближайшее время он будет играть важнейшую роль в воссоздании Великого шелкового пути, издревле связывавшего Среднюю Азию, Европу и Ближний Восток.

Гигантские нефтеи газопроводы должны направить неисчерпаемые потоки энергоресурсов Казахстана и бассейна Каспия на мировые рынки. Далее он также утверждает, что интересы США на Кавказе заключаются в предоставлении гарантий независимости и территориальной целостности Грузии, Армении и Азербайджану; осуществлении контроля над Ираном и любыми проявлениями исламского фундаментализма; обеспечении доступа к энергетическим ресурсам; предотвращении возможного возрождения российских имперских амбиций в регионе. По мнению Коэна, Соединенные Штаты должны оградить области своих стратегических интересов от возможных опасностей, усиливая гражданские институты и экономические рынки в трех кавказских республиках, развивая поддерживаемую Турцией и Израилем коалицию Грузии и Азербайджана. Эти меры призваны гарантировать американским энергетическим компаниям возможность строительства нефтеи газопроводов на Запад через Черное и Средиземное моря вместо 'северного' пути - через Россию и 'южного' - через Иран. Для обеспечения своих интересов на Кавказе Соединенным Штатам необходимо: - Усилить политическую поддержку проекта трубопровода Баку (Азербайджан) - Джейхан (Турция). В противном случае северный или южный путь создаст возможности для России или Ирана контролировать значительно большую часть рынка энергоресурсов. США должны использовать свое влияние на правительства Казахстана и Туркменистана для гарантии строительства трубопровода через Каспий, как одного из звеньев системы Баку - Джейхан, и тем самым повысить экономическую целесообразность всего проекта. - Способствовать развитию взаимодействия с Грузией по проблемам безопасности. Грузия является ключевым союзником США в регионе, но ей не хватает сил даже для защиты собственных границ. Такая слабость вдохновляет сепаратистов, поддерживаемых из Москвы.

Соединенные Штаты должны содействовать Грузии в усилении вооруженных сил. - Отменить санкции против Азербайджана.

Санкции были введены во время карабахского конфликта на основании статьи 907 Акта по поддержке свободы 1992 года. В 1994 году конфликтующие стороны подписали соглашение о прекращении огня, но санкции до сих пор действуют, подрывая роль США как беспристрастного посредника в решении конфликта в Карабахе и блокируя предоставление помощи азербайджанскому правительству.

Высокие чины из администрации Клинтона ранее уже высказывались за отмену санкций.

Комитет по ассигнованиям Палаты представителей 10 сентября 1998 года проголосовал за их снятие. - Дать понять Москве, что дальнейшая поддержка сепаратистов на Южном Кавказе будет означать конец американской помощи. Из-за трудной экономической ситуации в России Кремль заинтересован в увеличении финансово-экономической помощи из США и международных финансовых организаций, таких, как МВФ и Всемирный банк. Но вопрос в том, что Москва продолжает поддерживать абхазских сепаратистов и карабахских армян в их борьбе против официальных Тбилиси и Баку. Вашингтон должен однозначно заявить, что любая помощь России, равно как и содействие по лоббированию российских интересов в международных финансовых институтах, не может продолжаться до тех пор, пока не прекратятся ее усилия по дестабилизации обстановки на Кавказе. - Начать переговоры с лидерами этнических групп Северного Кавказа.

Северный Кавказ сегодня представляет собой котел межэтнических противоречий, находящийся на гране взрыва.

Соединенные Штаты должны наращивать свои информационные и аналитические возможности в регионе, наладить диалог с лидерами автономий Северного Кавказа. Это гарантирует стабильность, взаимопонимание и мир.

Збигнев Бжезинский, бывший советник по национальной безопасности президента США Джимми Картера, ныне консультант Центра стратегических и международных исследований, одну из глав своей нашумевшей книги 'Шахматная доска' называл 'Евразийские Балканы'. (Эта глава книги опубликована в бакинском издании 'Айна-Зеркало' от 10.04.99). В Европе, - пишет Бжезинский, - слово 'Балканы' вызывает ассоциации с этническими конфликтами и соперничеством великих держав в этом регионе.

Евразия также имеет свои 'Балканы', однако 'евразийские Балканы' гораздо больше по своим размерам, еще более густо населены и этнически неоднородны. Они включают районы Юго-Восточной Европы, Средней Азии и части Южной Азии, районы Персидского залива и Ближнего Востока. В их политических субъектах не только наблюдается нестабильная ситуация, но они также являются соблазном для вмешательства со стороны более мощных соседей, каждый из которых полон решимости оказать сопротивление доминирующей роли другого соседа в регионе.

Бжезинский особо отмечает 'исторические амбиции' трех непосредственных и наиболее мощных соседей - России, Ирана и Турции.

Причем Китай, по его мнению, также дает знать о своем возрастающем политическом интересе к региону. К 'евразийским Балканам' американский политолог относит девять стран - Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан, Туркменистан, Азербайджан, Армению, Грузию и Афганистан, причем еще две страны, по его мнению, являются потенциальными кандидатами - Турция и Иран.

Последние две страны гораздо более жизнеспособны по сравнению с другими с политической и экономической точек зрения, обе активно борются за региональное влияние на 'евразийских Балканах' и поэтому являются важными геостратегическими игроками в этом регионе... Азербайджан, по определению Бжезинского, является точкой опоры обширного региона. Его можно назвать жизненно важной 'пробкой', контролирующей доступ к 'бутылке' с богатствами бассейна Каспийского моря и Средней Азии. В новом геополитическом раскладе Бжезинский отводит Азербайджану важную роль: независимое тюркоязычное государство, по территории которого проходят нефтепроводы и далее тянутся по территории этнически родственной и оказывающей ей политическую помощь Турции, должен помешать монопольному доступу России к региону и таким образом лишить Москву главного рычага влияния на политику новых государств Средней Азии. По прогнозам Бжезинского, в нынешнее соперничество за 'евразийские Балканы' наряду с Россией, Турцией и Ираном могут быть, хотя и более отдаленно, вовлечены Украина, Пакистан, Индия, Китай и далеко расположенная Америка.

Причем он отмечает особые амбиции Москвы, проистекающие из свежих имперских воспоминаний и устремлений Кремля вернуть статус великой державы.

Москва, по мнению Бжезинского, рассматривает все пространство бывшего Советского Союза как пространство своих особых геостратегических интересов, на котором всякое политическое и даже экономическое влияние извне недопустимо. Что же касается Соединенных Штатов, то они, по мнению Бжезинского, крайне заинтересованы не только в разработке ресурсов Кавказского региона, но и в предотвращении геополитического доминирования России в нем.

Америка заявляет о масштабных стратегических целях в Евразии и своих экономических интересах, а также интересах Европы и Дальнего Востока в получении неограниченного доступа к этому до сих пор закрытому району. Таким образом, резюмирует Бжезинский, первоочередным объектом противоборства является получение доступа в регион. Для будущего бассейна Каспийского моря и Средней Азии крайне важен вопрос о прокладке трубопровода. Если основные трубопроводы в регион будут по-прежнему проходить по территории России к российским терминалам в Новороссийске на Черном море, то политические последствия этого дадут о себе знать без какой бы то ни было открытой демонстрации силы со стороны России.

Регион останется в политической зависимости, а Москва при этом будет занимать сильные позиции, решая, как делить новые богатства региона. И наоборот, если еще один трубопровод проляжет через Каспийское море к Азербайджану и далее к Средиземному морю через Турцию, а другой протянется через Афганистан к Аравийскому морю, то не будет никакого единовластия в вопросе доступа к региону.

Отсюда следует вывод, что первостепенный интерес Америки состоит в том, чтобы помочь обеспечить такую ситуацию, при которой ни одна держава не контролировала бы данное геополитическое пространство, а мировое сообщество имело бы к нему беспрепятственный финансово-экономический доступ.

Геополитический плюрализм станет устойчивой реальностью только тогда, когда сеть нефтепроводов и транспортных путей соединит регион непосредственно с крупными центрами мировой экономической деятельности через Средиземное и Аравийское моря так же, как и по суше.

Следовательно, усилия России по монополизации доступа требуют отпора, как вредные для стабильности в регионе.

Бжезинский считает, что государствами, заслуживающими геополитической поддержки со стороны Америки, являются Азербайджан, Узбекистан и (вне данного региона) Украина; все три - геополитические центры. Роль Киева подкрепляет аргумент в пользу того, что Украина является ключевым государством постольку, поскольку затрагивается собственная будущая эволюция России. В то же время Казахстан (с учетом его масштабов, экономического потенциала и географически важного местоположения) также заслуживает разумной международной поддержки и длительной экономической помощи. Со временем экономический рост в Казахстане мог бы помочь перекинуть мосты через трещины этнического раскола, которые делают этот среднеазиатский 'щит' столь уязвимым перед лицом российского давления. В данном регионе Америка разделяет общие интересы не только со стабильной прозападной Турцией, но также с Ираном и Китаем.

Постепенное улучшение американо-иранских отношений послужило бы значительному расширению глобального доступа в данный район и, если еще конкретнее, снизило бы непосредственную угрозу выживанию Азербайджана.

Растущее экономическое присутствие Китая в регионе и его политическая ставка в региональной независимости также соответствуют интересам Америки.

Китайская поддержка пакистанских усилий в Афганистане также является позитивным фактором, поскольку более тесные пакистано-афганские отношения сделали бы международный доступ в Туркменистан более вероятным, тем самым помогая укрепить как это государство, так и Узбекистан (в случае, если Казахстан будет колебаться перед российским давлением). Збигнев Бжезинский, Джеймс Бейкер, Маргарет Тэтчер и другие видные западные политики и сегодня принимают самое непосредственное участие в формулировании и реализации стратегических целей Запада в отношении России и новых независимых государств на постсоветском пространстве. В статье Александра Мосякина 'Дуга Бжезинского. Кто подливает нефть в кавказский пожар' ('Бизнес & Балтия', Рига, 22.09.99) говорится, что именно Бжезинский, входя в состав совета директоров нефтяной компании Amoco (ныне British Petroleum - Amoco) и являясь главным советником 'по постсоветским делам' в компании Chevron, сформулировал нефтяную геополитику США в Каспийско-Центральноазиатском регионе. В состав совета директоров еще одной американской нефтяной компании, играющей на этом поле, входит бывший госсекретарь США Джеймс Бейкер - личный друг Эдуарда Шеварднадзе. Идею 'шелкового пути' - транспортировки энергоресурсов Каспийско-Центральноазиатского региона через Закавказье, минуя Россию, - выдвинул тот же Бжезинский, а обсудили и утвердили в личном разговоре Эдуард Шеварднадзе и Джеймс Бейкер.

Позднее (во время операции на сердце) ее обсудил с руководством США и президентом Турции Гейдар Алиев.

Следствием их задушевных бесед стала не только идея нового 'шелкового пути', но и идея американских и турецких военных баз в Азербайджане. СЕПАРАТИЗМ, ИСЛАМ, НЕФТЬ Сепаратизм, ислам, нефть - термины, которые чаще других встречаются при описании ситуации на Кавказе. В 'Независимой газеты' (18.03.98) была опубликована статья Юсупа Сосламбекова, президент Конфедерации народов Кавказа. В ней охарактеризована ситуация на Кавказе и, в частности, отмечено возрастающие давление внешних сил.

Сокращение стратегического пространства России.

Именно этой установкой руководствуются действующие в ряде стран (Грузия, Турция, Саудовская Аравия, страны Запада) политико-идеологические и финансовые центры. Цели этих организаций были отчетливо заявлены на состоявшейся в феврале 1997 г . в Грузии международной научно-практической конференции. Она была проведена кавказским бюро организации «Вертик» (руководитель - бывший офицер британской спецслужбы Деннис Саммут, штаб-квартира в Лондоне) и стамбульским филиалом организации «Кавказский Общий рынок» (КОР) (консультанты Збигнев Бжезинский, Генри Киссинджер и Маргарет Тэтчер, штаб-квартира в Лондоне). В числе организаторов встречи следует также отметить и ряд депутатов парламента Грузии от правящей партии, и лондонский Институт проблем войны и мира. Один из британских дипломатов в кулуарах встречи констатировал то обстоятельство, что Россия, по его мнению, фактически ушла с Северного Кавказа. Данный регион по целому ряду причин постепенно становится жизненно важным для стран Запада. А грядущий распад России, который будет означать окончательное завершение «холодной войны», начнется с ее окраин (в данном случае имелся в виду северокавказский регион). В сознание официальных представителей Северного Кавказа и лидеров общественно-политических движений региона внедряется идея о том, что вектор интересов народов Кавказа переместился на Запад и что только страны Запада, а не Россия, являются их потенциальными союзниками. Целью данных идеологических акций является политическая переориентация Кавказа на страны Запада и многовариантный поиск новых балансов сил и альтернативных партнеров для урегулирования ряда сложных этнополитических и межконфессиональных конфликтов. На упомянутой выше конференции в Тбилиси бывший посол Великобритании в Албании прямо заявил: 'Все разговоры о возрождении сильной России в рамках мирового сообщества в результате политики, проводимой российской федеральной властью на Кавказе, не выдерживают никакой критики.

Государство, не имеющее четко обозначенных границ, с ущербной Конституцией, без национальной идеи, абсолютный мировой должник, не может быть сильным и никогда им не станет'. Внешнеполитическая стратегия ряда стран Запада и Турции в отношении северокавказского региона дополняется акциями внутреннего характера. Для этих целей активно используется фактор ваххабизма в исламе и в общественно-политической жизни на Северном Кавказе. 'Зеленый свет' этому политико-идеологическому течению был дан после визита в Россию в 1995 году главы исмаилитов Ага-Хана IV и проведенных им переговоров с рядом официальных российских деятелей. В последние годы в исламистских центрах ряда стран Ближнего Востока было подготовлено более 4 тысяч молодых последователей ваххабизма из числа представителей северокавказских народов.

Финансовые источники, питающие их деятельность, по имеющейся информации, находятся непосредственно в Саудовской Аравии.

Усилия не остались без последствий.

Всматриваясь в сегодняшнее состояние форм исламской самоорганизации в России, и особенно на Северном Кавказе, мы видим прежде всего внутриисламский конфликт, который разгорается все сильнее и принимает все более жесткие формы.

Уровни и формы конфликта различны. Как отмечают авторы (С. Кургинян, М. Мамиконян, М. Подкопаева) доклада 'Четвертый Рим - или вторая орда?' в Чечне этот конфликт проявился в противостоянии политических блоков в руководстве республики.

Условно в 'ваххабитский' блок входят Мовлади Удугов, Ваха Арсанов, Зелимхан Яндарбиев, а в 'традиционалистский' Аслан Масхадов, Ахмед Закаев, муфтий Духовного управления мусульман Чечни Ахмед Кадыров. А поскольку глава 'Исламской нации' Удугов при ее создании летом 1997 года провозгласил, что 'впервые со времен имама Шамиля Чечня и Дагестан объединяются в одно государство', то неудивительно, что Дагестан полностью разделил с Чечней трудности этой религиозно-политической проблемы. При этом становящееся в Чечне на уровне кланово-властных блоков ваххабистско-тарикатистское противостояние стремительно экспортировалось в Дагестан, где оно воспроизводилось на уровне этнически-религиозного раскола. Вся заложенная в политической подоплеке провокационность религиозных столкновений досталась Дагестану.

Прежде всего изначальная двусмысленность экспорта в Дагестан ударного, конфликтного ваххабизма вместе с обоснованием там иорданского инструктора-ваххабита Хаттаба (позже он переберется в Чечню). За Хаттабом проглядывают, с одной стороны, чужие интересы и деньги, а с другой специфическая безжалостность к покоренным бывшего 'воспитателя' афганских моджахедов.

Именно он был инициатором создания 'исламского' чечено-дагестанского батальона, который комплектовался из лиц, согласных сменить традиционное направление ислама на ваххабизм.

Понятно, что и в Чечне, и в Дагестане он исполняет и будет исполнять прежде всего не роль религиозного лидера, а свои профессиональные обязанности прививать военно-террористические навыки обреченным на междуусобицы и исполнение провокаций 'ученикам'. Арабские СМИ утверждают, что уже в октябре 1997 года таких 'учеников' было выпущено 300. Последнее подтвердилось при нападении на Буйнакск 22 декабря 97-ого, после ряда вооруженных столкновений в течение 1998 года ваххабитов с тарикатистами в Буйнакском районе, где в основном находятся ваххабитские села.

Дальше все шло по нарастающей: бои в Дагестане осенью 99-го, взрывы в Буйнакске, Москве, Волгодонске... Ваххабито-тарикатистский конфликт в Чечне и Дагестане, как и все конфликты на Кавказе, не избежал связи с нефтяным соперничеством, участником которого фактически стал и Дагестан. После долгих и отвлеченных рассуждений летом 1997 года о том, что при той жесткой требовательности, которую проявляет Грозный на переговорах с Москвой, следовало бы напомнить о возможности прокладки через Дагестан трубопровода, минующего Чечню, в сентябре прозвучало заявление тогдашнего вице-премьера Бориса Немцова: не просто возможен обходной путь, а уже принято решение 'наверху' о том, что он будет реализован. Такие заявления не звучат случайно из уст официального лица, которое затем неоднократно посещает Гейдара Алиева для обсуждения именно указанного круга вопросов. Кроме того, уже через две недели становится известно, что свой вариант строительства обходного участка нефтепровода мимо Чечни предлагает генеральный директор АО 'Дагнефть' Гаджи Махачев.

Причем, по мнению Махачева, обойти надо не только Чечню, но и неспокойный Хасавюртовский район Дагестана, поскольку, как он подчеркивал, строительство нефтепровода может обострить конфликт между Грозным и чеченцами-аккинцами. Далее Махачев уверял, что его вариант не только на 30 км короче, но он уже договорился с американской фирмой 'Редд' о строительстве. Сам директор 'Дагнефти' Махачев одновременно лидер аварского Фронта имени имама Шамиля.

Традиционно этот Фронт входит в блок, выступающий за унитарный Дагестан, тогда как тюркские народы Дагестана всегда склонялись к его федерализации.

Последнее особенно важно, поскольку охрану трубопровода Махачев брался обеспечить своими силами, т.е. силами Фронта. В середине декабря 1997 года Удугов во главе чеченской делегации выезжает в Дагестан, где в поселке Новолакское проходит встреча руководства Чечни и Дагестана на тему подготовки договора о дружбе и сотрудничестве между двумя кавказскими республиками.

Напомним, что в июле Удугов, сторонник чеченской 'ваххабитской группы', и личный друг покойного духовного лидера дагестанских ваххабитов Фаттиха уже провозгласил целью собирание Чечни и Дагестана в единое государство. В Новолакском о едином государстве речь, разумеется, не шла, но дагестанская сторона сочла, что даже договор возможен только после визита в Чечню Бориса Ельцина. Через 5 дней, 22 декабря, происходит нападение на Буйнакск с демонстративно ваххабитскими исполнителями, а днями позже совершается несколько убийств и похищений дагестанских административных лиц в Каспийске и Кызыл-Юрте. Тем самым район нестабильности выдвигается в центральную часть Дагестана и перекрывает путь на север любым нефтепроводам.

Реакция главы 'Дагнефти' и руководителя 'Фронта имама Шамиля' была более, чем яркой: 27 декабря 1997 года Махачев заявляет на митинге, что дагестанские правоохранительные органы не способны ответить на чеченский вызов, в то время как формирования Фронта приняли участие в боях с чеченцами. В связи с этим Махачев призывает население создавать вооруженные отряды самоообороны. В это же время Масхадовым начата чистка в чеченском правительстве, завершившаяся к концу года его роспуском и затем формированием в новом составе, но уже 'под рукой' Шамиля Басаева. А началась эта чистка с события, которое не случайно считается знаковым. В октябре 1997 года Масхадов преобразовал Южную нефтехимическую компанию в 4 концерна, а ее главу Хож-Ахмет Яриханова отправил в отставку.

Известно, что Яриханов принадлежит к клану 'старых дудаевцев', входивших в окружение Дудаева с 1991 года. Его отставка, как и отставка других экономических министров Чечни, уводила контроль за нефтью из рук так называемых 'дудаевцев' (в том числе тейпа мялхи и клана братьев Албаковых). Возвращаясь к теме 'Большой игры' на Кавказе, следует обратить внимание на то, что за развитием событий в этом регионе не только внимательно следят, но и участвуют спецслужбы стран-игроков.

Считается, что Дудаев пришел к власти в 1991г. вместе с братьями Албаковыми, контролирующими нефтяной бизнес, и 'старыми' тейпами мялхи, орстхой-цечой, курчалой. При этом 'дудаевский' период носил явные признаки прогерманской политики. Это и тесные связи с чеченским эмигрантским центром в Мюнхене, и присутствие чеченской диаспоры из ФРГ в 1992 году на всемирном конгрессе вайнахов в Грозном, и собственный нефтекомпаньон Дудаева в Германии компания 'Крес', финансировавшая проживание за границей старшего сына Дудаева Авлура. И... такая деталь, как духовное водительство семьи Дудаева, принадлежащей вирду Вис-Хаджи, шейхом этническим немцем. В этот же период происходит очень многозначительное убийство в Лондоне братьев Уциевых (клановых оппонентов Албаковых) при ведении деловых переговоров с Джозефом Риппом (президентом 'Инвесторс Корпорэйшн оф Америка') о выделении Чечне 250 млн фунтов стерлингов на реконструкцию нефтепромыслов. Так вот, пробританский вектор чеченской политики, опальный при Дудаеве, сложился в 'постдудаевский' период, т.е. период Зелимхана Яндарбиева, и оформился к концу этого периода, когда на президентских выборах в Чечне победил Аслан Масхадов.

Началась эта 'смена чеченских вех' учреждением в Токио осенью 1996года чечено-японской компании АО 'Кавказский общий рынок' с одновременной заявкой правительством Яндарбиева проекта транзита нефти через Украину и Польшу. Кроме японских компаний 'Иточу', 'Мицубиси', 'Bank of Tokio Mizubisi', Турции, Южной Кореи, Польши и Украины, в консорциум вошла и Саудовская Аравия в лице мультимиллионера Хашоги. С началом 1997 года и одновременно 'периода Масхадова' свое место в 'токийской инициативе' прочно заняла Великобритания. О том, как сложился 'Кавказский общий рынок' написал журнал 'Коммерсантъ-Власть' (24.11.98). В апреле 1997 года в Вашингтоне была зарегистрирована Кавказско-американская торгово-промышленная палата (КАТПП). Возглавил ее человек в мировом бизнесе малоизвестный - бывший первый вице-премьер в правительстве Зелимхана Яндарбиева Хож-Ахмед Нухаев.

Визитной карточкой палаты стал руководитель ее группы экспертов - Жак Аттали, бывший глава Европейского банка реконструкции и развития. В 'Мегаполис-экспресс' была опубликована серия статей об организованных преступных группировках. Одна из них была посвящена чеченской группировке (02.02.99, автор Татьяна Боровик). В этой публикации Нухаев фигурирует как один 'авторитетов' по кличке Хожа и как самый богатый чеченец.

Диссидент, организатор подпольного кружка среди студентов, пламенный борец за независимость Ичкерии, пострадавший от КГБ - попал в казематы за подпольную агитацию, - так говорит он о себе сам. Из досье правоохранительных органов вырисовывается иная биография. В 70-е годы Хожа, как будущий нацкадр, учился на юридическом факультете МГУ. Параллельно занимался фарцовкой, торговал наркотиками, за что был исключен из университета и получил первый срок. В 80-е годы отсидел за мошенничество и грабежи. По-настоящему выделиться удалось лишь в 91-м году.

Москворецкий районный суд вынес первый приговор за организованный рэкет. По делу проходили три кавказских кооператора, одним из подсудимых был Хожа.

Милиция инкриминировала шайке серию преступлений. Самую крупную сумму - 63 тысячи рублей (для ориентации стоит напомнить: 'Жигули' девятой модели продавали в те времена на черном рынке за 10-12 тысяч рублей) рэкетиры вышибали из начальника колбасного цеха подмосковного мясокомбината. Суд приговорил всю троицу к 8 годам лишения свободы.

Пожелавших отбывать наказание ближе к дому заключенных через год отправили по этапу на малую родину. У тамошних милицейских начальников Хожа купил свободу за 150 тысяч рублей. Война востребовала его московские криминальные связи. Хожа организовал регулярные поставки оружия в Чечню, занимал руководящие должности в двух правительствах - при Дудаеве и Яндарбиеве. Когда война закончилась, эмигрировал в Турцию.

Несколько лет живет в Стамбуле. Часто путешествует по Европе. По оперативным данным, готовит почву, чтобы получить гражданство в Израиле.

Остается загадкой, почему человека с такой биографией не чураются Маргарет Тэтчер, Генри Киссинджер, крупные западные бизнесмены. С ним встречался и знаменитый миллиардер из Саудовской Аравии Хашогги.

Влиятельные персоны проявляют завидную благосклонность к разным идеям 'авторитета': о создании Кавказского банка, Кавказского общего рынка, Кавказского инвестиционного фонда. КАТПП начала разрабатывать проект 'Кавказского общего рынка' и через два месяца выдала проект интеграции Чечни в мировую финансовую систему. 27 июня на ежегодном международном форуме Кранц-Монтана в Швейцарии проект 'Кавказского общего рынка' был утвержден. И нашел спонсора в лице лорда Макальпайна, представителя финансовой группы Голдсмитов, действующего под эгидой Маргарет Тэтчер.

Которая, в свою очередь, является политическим советником British Petroleum, оператора по добыче каспийской нефти. 13 октября 1997 года лорд Макальпайн, с одной стороны, а Аслан Масхадов и Хож-Ахмед Нухаев - с другой, подписали протокол о намерениях создать в Лондоне - под условие долговременной аренды чеченского нефтекомплекса - инвестиционный фонд с уставным капиталом не менее $3 млрд для восстановления нефтекомплекса и финансирования прокладки новых трубопроводов. А в феврале 1998 года созданная ими Транскавказская энергетическая компания предложила Москве свой проект транспортировки 'большой каспийской нефти' в Западную Европу по маршруту Баку-Грозный-Ростов-Украина и далее по нефтепроводу 'Дружба'. В марте состоялась поездка Масхадова в Лондон, где он встретился для согласования ряда вопросов с Маргарет Тэтчер. В апреле он представил проект 'Кавказского общего рынка' президентам северокавказских республик. В упомянутом докладе С. Кургиняна отмечено по поводу презентации КОР, что 'господин Нухаев, занимавший не последнее место в отечественной криминальной иерархии, присутствует на праздничном обеде в свою честь, данном семьей одного из крупнейших европейских миллионеров покойного сэра Голдсмита, лидера консервативной партии в период правления Тэтчер. На презентации присутствуют и новые лица соучредители ЗАО 'Кавказский общий рынок' Цезарь Шеварднадзе (племянник Эдуарда Шеварднадзе) и Алтай Хасанов (племянник Гейдара Алиева)'. Вероятно, сам Кавказский инвестиционный фонд следует считать, таким образом, 'племянником' большого каспийского консорциума с теми же участниками. С небольшой разницей: в том консорциуме есть существенная доля США и некоторая доля России. В приведенном списке недостает упоминания еще одного 'племянника' Доди аль-Файета (сына сестры саудовского мультимиллиардера и чеченского благодетеля, участника ЗАО 'Кавказский общий рынок' Хашоги). Он, как известно, трагически погиб вместе с принцессой Дианой летом прошлого года. А ведь он имел бы право присутствовать в списке, поскольку, судя по публикуемым данным, заслуги Хашоги в разрушении СССР путем манипуляций цен на нефть огромны. Так же как именно его фонду 'Медина', как говорят, Грозный в первую очередь обязан финансовым благополучием во время войны с Москвой. И даже имя погибшей принцессы Дианы в данной цепочке значимо и не случайно. Оно ведет к следующей фигуре пакистанскому политическому деятелю, лахорскому лидеру Имран-Хану, женатому на дочери Голдсмита. Ранее принцесса Диана посещала покровительствуемые им госпитали в Лахоре и была его гостьей, а теперь Имран-Хан совершает поездки в Чечню.

Первый раз в октябре 1997 года, неофициально, вслед за лордом Макальпайном, бывшим казначеем британских консерваторов, а в начале 1998 года уже вполне официально: он по просьбе заместителя британского посла в Пакистане (?!!) принимал участие в судьбе похищенных в Чечне британских граждан и приезжал в Грозный для выяснения обстоятельств этого похищения.

Завершая описание британского вектора Чечни и чеченской политики Великобритании, важно обозначить, что цепочка фигур, начавшаяся в Лондоне Голдсмитами, лордом Макальпайном, принцессой Дианой, продолженная Саудовской Аравией в лице Хашоги и экспортного ваххабизма, завершилась пакистанцем Имран-Ханом снова в Лондоне, а сюжет привел всех участников в Чечню. Круги лиц и событий замыкается именно таким образом. Что же касается германского вектора чеченской политики в его нынешнем состоянии, то этот вектор ярче всего выражался похождениями Салмана Радуева. Он был ранен в марте 1996г. После ранения Радуев был переправлен в госпиталь близ Мюнхена и Пуллаха, где находится штаб германской разведки БНД. Утверждают далее, что всю операцию курировало управление БНД по борьбе с транзитом наркотиков и отмыванию 'грязных денег'. После сложных пластических операций Радуева переправили назад в Чечню через российскую территорию. В 1997г. он снова обстрелян, причем покушение на него приписывают Вахе Арсанову, относимому в сегодняшней Чечне к ваххабитской группе. Был ли виновником обстрела именно Арсанов, сегодня доискиваться не стоит. Зато стоит обратить внимание на то, что именно Радуева ваххабитская вооруженная община в Чечне и Дагестане считает одним из своих главных противников.

Именно Радуев призвал запретить деятельность ваххабитов в Чечне. В Германии действует Германо-Кавказское общество, которое занимается укреплением культурных связей с бывшими советскими республиками . Но скандально известно оно стало в начале этого года, когда в прессу просочилась информация о причастности общества к подготовке чеченских саперов.

Официальная версия - чеченцев под Берлином обучали обезвреживанию тех многочисленных минных полей, которые остались после ухода из Чечни федеральных войск. В феврале 1999 года МИД России сделал представление посольству ФРГ в Москве в связи с полученной информацией о том, что в Германии на курсах по обнаружению и обезвреживанию мин проходят подготовку представители Чечни. Как заявил официальный представитель МИДа Владимир Рахманин, российская сторона 'с недоумением и озабоченностью восприняла данную информацию, подтвержденную официальными властями Германии'. Как отметил Рахманин, 'закономерен вопрос: почему граждан России, к тому же выходцев из региона с нестабильной политической и крайне опасной криминогенной ситуацией, обучают военной профессии без согласования с российскими властями?'. По словам Рахманина, 'ни для кого не секрет, что обучающиеся 'ремеслу' обезвреживания мин приобретают, как правило, знания по их функционированию и установке'. Исходя из этого, сказал дипломат, 'мы не можем принять оправдание МИД ФРГ, который квалифицировал это как оказание 'специализированной гуманитарной помощи' российским регионам'. В представлении, сделанном посольству ФРГ, выдвинуто требование о прекращении такой практики. ('Сегодня', 27.02.99). Возвращаясь к британскому вектору в чеченской политике следует обратить внимание на то, как развивались события после возвращения Аслана Масхадова из Лондона в марте 1998 года и первых попыток реализации проекта КОР. 1 мая 1998 года был похищен представитель президента РФ в Чечне Валентин Власов. В последующие месяцы параллельно с интригой по освобождению Власова раскручивалась и другая - вокруг лидера курдов Оджалана.

Существует ряд публикаций в прессе, в которых высказываются предположения о взаимозависимости освобождения Власова и ареста Оджалана, причем все завязывается в очередной раз на соперничество вокруг возможных маршрутов транспортировки каспийской нефти. Одна из наиболее разработанных версий произошедшего была опубликована в журнале 'Коммерсантъ-власть' (24.11.98). В ночь с 12 на 13 ноября в Италии был задержан курдский лидер Абдулла Оджалан, а в Чечне - освобожден полномочный представитель российского президента Валентин Власов. Эти события совпали по времени не случайно. 12 ноября в 22 часа по местному времени (а по московскому - 13 ноября в 1 час ночи) в римском аэропорту Фьюмичино при прохождении паспортного контроля был задержан лидер Курдской рабочей партии (КРП) Абдулла Оджалан, прилетевший в итальянскую столицу из Москвы рейсом 'Аэрофлота' SU 584. Он прибыл в Рим под чужим именем, но по подлинному паспорту, выданному турецким консульством во Франкфурте-на-Майне на имя Абдуллы Сарыкурта, одного из членов КРП. Поначалу Оджалан решил, что его задержали из-за паспорта.

Однако потом, по его словам, 'последовала серия телефонных звонков, и я понял, что возникли другие проблемы для моего свободного въезда в Италию'. Эти звонки привели в действие другую комбинацию, но уже на российском Северном Кавказе.

Примерно через час после задержания Оджалана во Фьюмичино из Чечни в сторону ингушской границы двинулся эскорт из нескольких автомобилей. В одной из них везли полпреда российского президента в Чечне Валентина Власова, похищенного 1 мая.

Примерно еще через час на границе его передали российским представителям. Утром следующего дня оба оказались в больничных палатах: Власов - в московской, Оджалан - в римской. Один - для медицинского обследования после полугодового заточения, второй - фактически под арестом. В это же утро премьер-министр Турции Месут Йылмаз принял посла России в Анкаре по его просьбе. Посол вручил ему послание от Евгения Примакова, в котором говорилось, что Оджалана в России нет и что Россия не допустит его деятельности на своей территории.

Анкара выразила свое удовлетворение. А советник-посланник посольства Турции в Москве Джан Алтан чуть позже заявил, что 'после последних событий турецко-российская дружба и сотрудничество еще более укрепились'. Обескураженный Оджалан признался позже итальянским журналистам: 'Я был вынужден уехать из Москвы, потому что оказался в центре споров между Думой и премьером Примаковым.

Существовала опасность, что русские уступят давлению Турции и США'. Анкара и поддерживающий ее Вашингтон начали облаву на курдского лидера полтора месяца назад. В начале октября Турция предъявила ультиматум Сирии, где долгие годы находились основные базы и штаб КРП. Анкара потребовала от Дамаска немедленно прекратить поддержку курдских повстанцев и выдать их лидера Абдуллу Оджалана. В противном случае турки угрожали нанести удары по местам предполагаемого расположения курдских баз в Дамаске и контролируемой Сирией ливанской долине Бекаа.

Угрозу турки подкрепили многотысячным армейским контингентом, сосредоточенным на сирийско-турецкой границе.

Дамаск дрогнул. 20 октября в турецком городе Адана было подписано секретное соглашение, по которому Сирия обязалась запретить деятельность КРП на своей территории.

Однако за 11 дней до этой встречи, 9 октября, курдские боевики стали перебазироваться из Сирии и Ливана на территорию Ирака. А лидер КРП Абдулла Оджалан вылетел в Ларнаку (Кипр), а оттуда - в Москву. Но облава продолжилась. 20 октября премьер-министр Турции Месут Йылмаз заявил, что Оджалан находится в России. На следующий день представители турецких спецслужб уточнили где именно - в подмосковном городе Одинцово, а турецкий премьер обратился к Евгению Примакову с просьбой выдать Оджалана.

Москва ответила уклончиво: мол, человек по фамилии Оджалан в Россию не въезжал.

Возможно, курдский лидер приехал под чужим именем. Будем искать. Тем временем Оджалан написал письмо в Госдуму и официально попросил предоставить ему политическое убежище в России. 4 ноября Госдума обратилась к президенту Борису Ельцину с ходатайством о предоставлении политического убежища в РФ лидеру Рабочей партии Курдистана Абдулле Оджалану. В поддержку ходатайства выступили 298 депутатов. А 6 ноября к российскому правительству обратилась администрация США. С настоятельной просьбой расследовать, находится ли Оджалан в России, и если да, выслать его из страны.

Примерно в то же время, когда Анкара начала охоту за Оджаланом, Москва резко активизировала попытки вызволить из плена Валентина Власова. Его поисками параллельно занимались исполнительный секретарь СНГ Борис Березовский, министр внутренних дел России Сергей Степашин и президент Чечни Аслан Масхадов. И все они в один голос уверяли, что Власов будет вот-вот освобожден. 25 октября чеченские спецслужбы приступили к широкомасштабной операции против похитителей людей, главным результатом которой должно было стать освобождение Власова. Но через два часа после начала операции был убит руководивший ею генерал Шадид Баргишев.

Операция захлебнулась. 30 октября на празднике в честь открытия новой ингушской столицы Магас раздраженный Масхадов заявил о 'политических силах', не заинтересованных в освобождении Власова. Его поддержал Руслан Аушев. Оба президента почти в открытую намекнули на Бориса Березовского. Через пару дней в провале своих планов признался и Степашин. Он тоже сослался на 'неких людей', которые включились 'в процесс освобождения Власова' и 'дали большие деньги, чтобы МВД не освободило полпреда президента'. Глава МВД при этом добавил, что имеет в виду не российских политиков.

Наблюдатели решили, что речь снова идет о Березовском, который, будучи исполсеком СНГ, то есть международным чиновником, формально российским политиком не является.

Однако сам Березовский неожиданно поддержал Степашина, подтвердив сведения о больших деньгах, заплаченных за то, чтобы помешать освобождению Власова: 'Определенные политические силы не хотят снять неприятную для президента и всех нас ситуацию, когда похищен не просто человек, а представитель президента России'. Так же, как для Анкары и Вашингтона не было секретом местонахождение Оджалана, у Москвы и Грозного не было особых сомнений в том, кто удерживает Власова. В Чечне, по большому счету, есть только две политические силы, способные вести подобные игры: это представляющие интересы деловой элиты Чечни Масхадов и поддерживающий его парламент, с одной стороны, и опирающаяся на отряды боевиков радуевско-басаевская военно-религиозная оппозиция - с другой. Они оказались по разные стороны баррикад весной этого года: в начале апреля Масхадов, собрав в Грозном президентов всех северокавказских республик и представителей Баку и Тбилиси, презентовал проект создания 'Кавказского общего рынка'. Стержнем этого проекта было уже согласованное на Западе предложение о прокладке нефтепровода Баку-Грозный-Украина-Польша-Западная Европа.

Реакция российских субъектов была хотя и сдержанной, но в целом благоприятной: потребовав, чтобы проект учитывал территориальную целостность России, соседи Чечни обратились к Москве с просьбой возобновить финансирование республики. Новый 'съезд президентов' был назначен на июнь, и Масхадову предстояло лишь согласовать проект с Москвой.

Однако именно в этот момент он получил 'удар в спину' - вначале была расстреляна автоколонна российского Генштаба на границе республики, а 1 мая - похищен Власов. В результате все планы Масхадова рухнули. Сам же он фактически остался без какой-либо поддержки извне.

Поддержка чеченским президентом маршрута экспорта каспийской нефти на север, через российскую территорию, вызвала откровенное разочарование в Турции, претендующей на роль главного диспетчера нефтетранзита и лоббирующей альтернативный маршрут - к своему средиземноморскому порту Джейхан. До недавнего времени казалось, что вопрос решен в пользу турецкого маршрута.

Однако в последние месяцы консорциум нефтяных компаний, разрабатывающих каспийские месторождения, стал все определеннее намекать на бесперспективность турецкого маршрута. Мол, в условиях падения цен на нефть строить новый нефтепровод нерентабельно. Есть и другие проблемы. О них ясно сказал в интервью газете 'Коммерсантъ' в январе этого года лидер курдских повстанцев, уже 14 лет ведущих войну против Турции, Абдулла Оджалан: 'США совместно с Турцией мечтают заполучить каспийскую и центральноазиатскую нефть. Мы являемся барьером на пути этих планов'. Таким же барьером на пути российских планов могла стать Чечня.

Масхадов этого не захотел. И выбор пал на чеченскую оппозицию. В конце октября должно было быть принято окончательное решение об основном экспортном нефтепроводе из каспийского региона. К этому времени конкуренты запаслись козырными картами: в Москву прибыл враг № 1 Турции, а удерживающая Власова чеченская оппозиция получила солидный аванс ($700 тыс.) и, отказавшись выдавать пленника, стала готовиться к войне. В результате оба маршрута оказались заблокированными. И 29 октября в Анкаре вместо намечавшегося договора о строительстве трубопровода Баку-Джейхан главы Турции, Грузии, Азербайджана, Казахстана, Туркмении и США подписали ни к чему не обязывающую декларацию.

Евгений Примаков в этот же день встретился во Владикавказе с Асланом Масхадовым и переговорил с ним с глазу на глаз.

Встреча проходила за закрытыми дверями. Но сразу же после возвращения Масхадова в Грозный к нему прибыли старейшины ряда тейпов и предложили условия примирения с оппозицией.

Согласно традиционному обряду примирения, поскольку между Масхадовым и коалицией во главе с Басаевым и Радуевым 'лежит кровь' руководителя службы безопасности Чечни Лечи Хултыгова и, возможно, Баргишева, старейшины должны были 'назвать виновных' и тот 'выкуп', который они должны будут заплатить во искупление крови.

Определить виновного труда не составляло: вся Чечня знает, что виновными в гибели Хултыгова были люди Радуева. А 'выкуп' заключался в передаче Масхадову российского полпреда Валентина Власова. Но сделка сорвалась - встреча Масхадова с Радуевым так и не состоялась. И тогда Москва и Анкара пошли на размен козырей.

Примаков отказал Оджалану в политическом убежище.

Курдский лидер был вынужден отправиться в Рим, где его уже ждали. В Чечне Масхадов перешел в решительное наступление на своих оппонентов, разжаловав Салмана Радуева из генералов в рядовые. А шариатский суд приговорил его к четырем годам тюрьмы. С другим оппозиционером чеченский президент, похоже, договорился. На днях начальник Генштаба Чечни Алхаз Абуев из масхадовского тейпа аллерой был заменен на полковника Абубакара Мантаева.

Который известен в республике только тем, что является родственником Шамиля Басаева. Таким образом, оба маршрута нефтепроводов - и российский, и турецкий - разблокированы. Не случайно через два дня после освобождения Власова министр топлива и энергетики России Сергей Генералов заявил об отказе от проекта прокладки нефтепровода в обход Чечни. Между тем источники, близкие к консорциуму нефтяных компаний, разрабатывающих каспийскую нефть, сообщили, что принятие решения об основном экспортном трубопроводе, скорее всего, в очередной раз откладывается. Как писал журнал 'Эксперт' (19.07.1999, автор статьи Шамсудин Мамаев), отстаивая свои интересы на Кавказе, Россия вынуждена соперничать и с Западом, и с Востоком. В конце мая 1999 года в Баку прошло заседание Совета консультативной группы НАТО, в котором приняли участие представители всех основных комитетов НАТО, а также США, Великобритании, Турции, стран СНГ и нескольких других европейских государств.

Россия, Белоруссия и Армения приглашение проигнорировали.

Открывая работу заседания, советник азербайджанского президента по внешнеполитическим вопросам Вафа Гулузаде заявил, что Азербайджан ставит своей целью вступление в НАТО в качестве полноправного члена альянса.

Неожиданностью это не назовешь - свое первое, сенсационное, предложение Западу о размещении базы НАТО в Азербайджане Вафа Гулузаде сделал еще в январе этого года, когда Гейдар Алиев после внезапного сердечного приступа был вывезен на лечение в Турцию, где турецкий президент Сулейман Демирель почти каждый день приезжал к нему в госпиталь.

Характерно, что и второе заявление Гулузаде последовало после болезни президента - операции коронарного шунтирования, сделанной ему в США. Что это - самодеятельность чиновника или тонкая восточная игра, согласованная с президентом, трудно сказать. Как бы там ни было, Баку приглашает НАТО заняться не одними гуманитарными миссиями, но и защитой западных инвестиций.

Сложность, однако, в том, что попасть в Азербайджан войска НАТО могут только через Грузию.

Последняя, впрочем, возражать не собирается - ее президент на юбилейной сессии блока в Вашингтоне не преминул напомнить, какой 'глубокой и открытой раной' для Грузии является Абхазия, и пригласил альянс так же энергично заниматься возвращением беженцев-грузин в эту провинцию, как и в Косово. А пока Тбилиси грозит России выходом из Договора о коллективной обороне СНГ и выводом российских военных баз из Грузии, а ее миротворцев - из Абхазии.

Интерес Запада к каспийской нефти весьма серьезен. Хотя ее запасы несравнимы с запасами нефти в Персидском заливе или даже с российскими нефтяными запасами в Сибири, Запад, наученный горьким опытом ценовых сговоров стран ОПЕК, провоцировавших мировые экономические кризисы, рассчитывает таким образом получить рычаг для контроля над ценообразованием.

Именно для этого он стремится проложить нефтепроводы не через Россию или Иран, а через цепочку подконтрольных ему стран-сателлитов.

Однако до чеченской войны сделать это было практически невозможно - Москва была еще достаточно влиятельна в регионе, чтобы заблокировать все подобные попытки.

Поражение России в Чечне позволило Вашингтону начать стремительное продвижение к Каспию.

Решающий поворот в политике Вашингтона произошел 6 августа 1996 года. В этот день руководитель отдела евразийских операций американского нефтяного концерна 'Амоко' Дон Стейси провел брифинг в Белом доме. 'Не ожидая окончания выступления Стейси, президент Клинтон вскочил на ноги, чтобы прояснить несколько геополитических тонкостей, затем направился к доске и начертил на удивление точную карту каспийского региона. И еще до окончания этой встречи 'Амоко' - крупнейший американский игрок азербайджанской 'нефтяной лихорадки' - добился того, чего хотел: обещания Клинтона пригласить азербайджанского президента в Вашингтон', - писала 'Вашингтон пост'. Причина такого успеха представителя 'Амоко' станет понятна, если обратиться к хронологии чеченской войны. Вот как описывается этот день в хронике вооруженного конфликта 'Мемориала': '6 августа в 5.50 в Грозный вошли вооруженные формирования ЧРИ. Подготовка штурма не была тайной ни для жителей (слух о нем несколько дней циркулировал на рынке, силы сопротивления призывали горожан покинуть Грозный), ни для военных. В первые же часы штурма федеральные силы понесли большие потери.

Ситуация требовала решительных действий, но масштаб катастрофы, видимо, не был осознан ни федеральным командованием, ни московскими чиновниками - и те и другие более всего стремились не омрачить дурными известиями предстоящую инаугурацию Бориса Ельцина'. Правда, на следующий день после инаугурации российский президент все же спохватился: 10 августа он объявил в стране день траура и предоставил Александру Лебедю необходимые полномочия для ведения переговоров о мире.

Миссия генерала Лебедя завершилась установлением мира в Чечне, а вся послевоенная политика Кремля в этом регионе шла уже под контролем Бориса Березовского. С помощью этого олигарха Кремль попытался мирным путем перехватить инициативу на Кавказе после окончательной утраты здесь своего 'имперского статуса'. Березовский занял жестко конкурентную позицию против западного капитала, открыто выступив в Давосе против его допуска к разработке российских нефтяных месторождений. Его лозунг в отношении Чечни гласил, что за безопасность надо платить.

Причем 'деньги в обмен на безопасность' должна была дать каспийская нефть.

Нефтекомплекс Чечни приватизируется, полевые командиры вместо врезок в 'трубу' получают свои пакеты акций, а их отряды становятся на охрану трубопровода.

Азербайджан и западные нефтяные компании приобретают уверенность в стабильности российского нефтемаршрута.

Частный российский капитал инвестирует в чеченскую экономику, и мятежная Чечня мягко интегрируется в российское экономическое пространство.

Такова была программа. И в начале ноября 1996 года, с разницей в несколько дней, по трем закавказским столицам проехались вначале эмиссар Билла Клинтона заместитель госсекретаря США по связям с СНГ Джеймс Коллинз, а затем и эмиссар Москвы Борис Березовский. Так началось открытое соперничество США с Россией за маршруты доступа к каспийской нефти. И хотя Березовскому удалось первым запустить северный маршрут, в конечном счете победил все же Вашингтон: в ноябре прошлого года идея приоритетности спонсируемого им западного маршрута получила поддержку в Анкарской декларации президентов Турции, Грузии, Азербайджана и Казахстана.

Поражение России объясняется в первую очередь тем, что Борис Березовский так и не сумел мобилизовать российский частный капитал для восстановления чеченского нефтекомплекса. В результате в октябре 1997 года, когда Москва отказалась ввести специальный нефтяной тариф для прокачки нефти через Чечню, полевые командиры последней потребовали назначить премьер-министром Шамиля Басаева и заставили Масхадова переориентировать свою нефтяную политику на Лондон. Тем не менее, если учесть наметившееся в ноябре 1997 года падение цен на нефть (при крайне низкой рентабельности западного маршрута), у Москвы еще был шанс сблокироваться с англичанами и переломить ситуацию в пользу северного маршрута.

Маргарет Тэтчер как советник 'Бритиш петролеум' встретилась с Асланом Масхадовым в марте 1998 года, и в апреле Масхадов представил Москве проект 'Кавказского общего рынка' вместе с предложением пустить большую каспийскую нефть в Европу через Россию, Украину и далее по маршруту уже существующего нефтепровода 'Дружба'. Проект явно конкурентный с американским - Лондону потребовалась длинная цепочка посредников для его согласования (эта цепочка и была прослежена в вышеупомянутом докладе С. Кургиняна), но весьма перспективный из-за своей дешевизны.

Однако рассмотрение проекта и возможный союз Москвы и Лондона сорвали неизвестные чеченские террористы, похитившие сперва представителя президента РФ в Чечне, а затем зверски расправившиеся с английскими инженерами.

Впрочем, четыре выставленные напоказ отрубленные головы все же заставили обычно уклончивого чеченского президента назвать конкретные имена виновников. В частности, чеченского полевого командира Арби Бараева, тесно связанного как с Салманом Радуевым, так и с ваххабитами. Автор публикации также высказывает предположение о том, что за валом криминальных терактов на Кавказе скрываются также стратегически хорошо продуманные операции тайной войны различных спецслужб и террористов 'мусульманского интернационала'. Хотя задержать этих профессионально подготовленных террористов, как правило, не удается, очень часто можно вычислить стратегическую цель их операций. В частности, связь ваххабитов с арабскими нефтяными элитами и незаинтересованность последних в разработке каспийской нефти достаточно очевидны. В подтверждение этой связи можно отметить, что первыми на падение цен на нефть отреагировали не англичане, а как раз чеченские боевики - в конце декабря 1997 года сводный отряд дагестанских и чеченских исламских фундаменталистов под командованием Хаттаба атаковал российскую воинскую часть в Буйнакске. А в феврале 1998 года Салман Радуев организовал покушение на президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе.

Другими словами, чеченская оппозиция попыталась перекрыть как западный, так и северный пути доступа к каспийской нефти.

Апогеем же этих попыток стали майские беспорядки в Махачкале, когда Шамиль Басаев предложил помощь 'миротворческой бригады' Хаттаба братьям Хачилаевым, захватившим здание Госсовета в столице Дагестана.

Стратегическая цель чеченской военно-религиозной оппозиции - экспорт исламской революции в Дагестан и объединение его с Чечней. За этой политической целью скрываются и вполне определенные экономические интересы. Став премьер-министром, Шамиль Басаев предложил Москве передать Чечне в счет возмещения военного ущерба госкомпанию 'Роснефть', контролирующую каспийский нефтяной шельф.

Москва эту заявку проигнорировала.

Возглавив Конгресс народов Ичкерии и Дагестана, Басаев лишь пытается выбить силой то, в чем ему отказали ранее. На долю Дагестана приходится две трети российского шельфа Каспия. А доступ к нему может сделать чеченский нефтекомплекс достаточно автономным, чтобы вывести Чечню из российского экономического пространства, и достаточно привлекательным как для западных, так и для восточных инвесторов, чтобы преодолеть дипломатическую блокаду. Так что если Масхадов пытается пробить блокаду Чечни путем коммерческих соглашений с Москвой и Лондоном, то его исламская оппозиция все более явно ориентируется на собственный, но такой же утопичный 'Drang nach Osten'. Именно этим объясняются и последние бои на чечено-дагестанской границе. Для арабских спонсоров ваххабитов подобная игра стоит свеч при любом исходе . Поскольку если в результате новой кавказской войны чеченский нефтепровод окончательно замрет, то они быстро компенсируют все свои расходы на их финансирование. В принципе он встал уже сейчас, как только был запущен нефтепровод Баку-Супса. Это наводит на мысль, что чеченские боевики, открыто бросившие вызов как России, так и Лондону, с Вашингтоном и Стамбулом предпочитают вести более тонкую игру.

Угрожая и одновременно сотрудничая с ними - недаром Евгений Примаков в свое время недипломатически открыто продемонстрировал свой скептицизм в отношении серьезности покушения на Шеварднадзе. А тот же самый Радуев, обещая Стамбулу найти и выдать Оджалана, неявно гарантировал и свою лояльность западному маршруту. Тем не менее при необходимости чеченские боевики способны создать вполне серьезные проблемы и для этого маршрута - с помощью Абхазии, поскольку и Шамиль Басаев, и Салман Радуев являются открытыми сторонниками независимости этой республики и врагами Эдуарда Шеварднадзе.

Французская газета 'Монд' 06.10.99). обращает внимание на то, что на фоне хаоса, воцарившегося в сентябре в Москве после взрывов в двух жилых домах, в компании 'Транснефть', владеющей всеми российскими нефтепроводами, сменилось руководство. Во главе ее был буквально военными средствами поставлен Семен Вайншток, близкий к миллиардеру Борису Березовскому. В первом же своем заявлении он сообщил, что получил распоряжение построить ветку нефтепровода в обход Чечни.

Решение подтвердили и премьер-министр Владимир Путин, и министр энергетики Виктор Калюжный.

Принадлежащая Березовскому 'Независимая газета', вышла под заголовком “Стратегический поворот, разрыв с годами нерешительности на Северном Кавказе”. Россия ставит крест на Чечне как нефтяном партнере, утверждалось в газете, и подчеркивалось, что именно в этом и следует видеть причину систематического разрушения в последние дни российскими бомбардировщиками всей чеченской нефтяной инфраструктуры. Тогда как еще в 1990-м ее нефтеперерабатывающие предприятия поставляли 80 процентов используемого в СССР керосина.

Следует ли усматривать в кровавом продвижении Кремля в Чечне отражение позиции - основанной, без сомнения, на собственных интересах - одного из олигархов? - задает вопрос 'Монд'. Такое объяснение, по мнению французской газеты', может на деле оказаться облечением в рациональные формы событий, рациональными не являющихся. Два года назад Борис Немцов, тогда вице-премьер, тоже объявлял о строительстве отрезка нефтепровода в обход Чечни.

Работы тогда начались, но скоро прекратились.

Россия не могла вложить 300 миллионов долларов в проект со слабыми шансами на успех: Дагестан, единственная альтернатива чеченскому пути, уже закипал, и обходная ветка оказалась бы легкой мишенью для 'исламских террористов', будь то чеченцы или дагестанцы.

Направляя отряды в Дагестан, стремились ли чеченский полевой командир Шамиль Басаев и его саудовский союзник Хаттаб отрезать путь азербайджанской нефти? Их операции начались в августе, сразу после того, как “Транснефти” удалось наладить транспортировку сырой нефти по трубопроводу из Азербайджана в Дагестан, а далее по железной дороге в Новороссийск, а минуя Чечню. Но утверждать это категоричным образом невозможно. Хотя на прошлой неделе Владимир Путин и обвинил зарубежных исламских радикалов, союзников чеченских и дагестанских сепаратистов” в попытках 'заполнить вакуум власти в регионе и создать там государство, которое овладело бы ресурсами этой части мира и этой части России'. Ведь г-ну Путину лучше, чем кому-либо, может быть известен характер отношений Шамиля Басаева с г-ном Березовским, а не просто с некими “радикальными зарубежными исламистами”. В любом случае Дагестан, на долю которого приходится большая часть российского побережья Каспия, остается ключевым для Кремля, намеренного по-прежнему играть активную роль в будущем разделе его богатств.

Потеряв эту республику, он утратит всякий шанс сказать свое слово в новых маневрах вокруг Каспийского моря, которые с ростом цен на нефть неизбежно усилятся. 9 октября 1999 года Приложение 'ВОИНЫ ИСЛАМА' Санобар Шерматова ИСЛАМСКИЙ МЕЧЕНОСЕЦ Московские новости, 2 февраля 1999 года Имя саудовского миллионера Усамы бен Ладена не случайно пугает западный мир: именно этот человек стал основателем новой воинствующей идеологии исламского подполья. В июне прошлого года в Кандагаре, на юге Афганистана, на чрезвычайную сессию 'Всемирного исламского союза' собрались около ста делегатов.

Большинство из них составляли арабы. Кроме того, на встречу приехали представители Сомали, афганцы и даже посланцы Чечни. Вел заседание Усама бен Ладен.

Потрясая Кораном, он со сдержанной яростью вещал: 'Одной этой книгой вы не сможете победить еретиков, вы должны показать им кулак!' Присутствующие встретили эти слова основателя 'Всемирного исламского союза' аплодисментами, в знак одобрения взметнув вверх руки с зажатым в них Кораном.

Дискуссии продолжались два дня, после чего бен Ладен, удовлетворенный результатами встречи, удалился в направлении пакистанской границы.

Именно на этой чрезвычайной сессии сподвижники бен Ладена одобрили план действий, который отныне стал обязателен для всех членов 'Всемирного союза'. В числе первоочередных акций - нападения на американские посольства, похищения и убийства американских дипломатов. Через два месяца после встречи в Кандагаре прогремели взрывы у дипломатических представительств США в Кении и Танзании, погибли 257 человек, из них 12 были американцами. В своих немногочисленных интервью западным журналистам бен Ладен постоянно обвинял американцев в том, что они 'самые крупные террористы и воры в мире'. 'Мы просим Аллаха еще больше использовать нас с тем, чтобы от Америки осталась одна тень', - заявлял он. В 80-х бен Ладен воевал против советских войск в Афганистане. В конце 90-х он хочет поставить на колени Америку.

Арабские Моджахеды От афганской войны бен Ладен унаследовал привычку к камуфляжной форме и автомату Калашникова. С его именем связана история целого поколения арабских наемников, воевавших в Афганистане против советских частей. Их называли арабскими афганцами. С самого начала советско-афганской эпопеи американские спецслужбы патронировали моджахедов, но не они были главным источником финансовой поддержки.

Саудовская Аравия тратила на содержание и вооружение афганских повстанцев в два раза больше Соединенных Штатов. Эр-Рияд, связанный с Вашингтоном партнерскими отношениями, рассматривал в то время Советский Союз в качестве страны, угнетающей миллионы мусульман. Но был и другой, официально не декларируемый интерес.

Саудовская Аравия пыталась удалить с Ближнего Востока активизировавшиеся там радикальные антизападные группировки. Идея направить их на 'священную борьбу' с советским контингентом в Афганистане оказалась удачной. На целый десяток лет центр религиозного радикализма переместился на Средний Восток, а в главного противника радикалов превратился СССР. Когда закончилась 'холодная война', Афганистан перестал быть ареной борьбы двух сверхдержав.

Советские войска были выведены, арабские афганцы оказались не у дел и отправились по домам.

Сегодня бен Ладен и его соратники повернули оружие против своих вчерашних покровителей.

Королевская семья и опальный миллионер Клан бен Ладенов хорошо известен в Саудовской Аравии. В 1931 году Мохаммед бен Ладен создал компанию, которая росла по мере того, как укреплялось само королевство.

Сегодня компания Сауди Бенладен Груп, имеющая многочисленные дочерние фирмы, занимается нефтяными и химическими проектами, телекоммуникациями и спутниковой связью. В отличие от своего воинственного родственника клан бен Ладенов в добрых отношениях с законом и правящей династией. После войны в Персидском заливе в 1991 году бен Ладен объявил, что саудовская королевская семья потеряла в его глазах легитимность. Он посчитал 'непростительным грехом' то, что королевство приняло на своей территории американских солдат.

Король Фахд, по словам бен Ладена, не только встал на сторону 'евреев и христиан', но и осквернил святые места. Свои обличения он делал из Судана, куда перебрался после того, как в этой стране в результате переворота пришли к власти мусульманские экстремисты. Бен Ладен инвестировал часть своих средств в строительные фирмы, фермы и кожевенный завод в Судане, который экспортировал свою продукцию в Италию.

Вырученные деньги он вложил в строительство учебного центра для религиозных революционеров и ветеранов войны в Афганистане. Если верить газетным сообщениям, бен Ладен направлял своих соратников со специальными заданиями в Египет, Алжир и Тунис - воевать против 'безбожных режимов'. В 1994 году Саудовская Аравия лишила миллионера-революционера подданства. А еще два года спустя суданцы попросили Ладена покинуть их страну, чтобы не навлечь на себя карательные меры со стороны Египта, Саудовской Аравии или США. Так саудовский миллионер снова оказался в стране своей боевой молодости - Афганистане.

Данные американской разведки свидетельствуют, что деятельность бен Ладена частично финансируется правящей в Эр-Рияде династией, хотя именно ее свержения добивается опальный миллионер.

Американцы объясняют это тем, что, в отличие от самого короля Фахда и наследного принца Абдаллы, часть королевской семьи, состоящей из тысяч принцев и принцесс, нетерпимо относится к американскому влиянию.

Официальный Эр-Рияд в сентябре прошлого года даже пошел на конфликт с правительством талибов в Афганистане (хотя именно Саудовская Аравия первой признала власть 'Талибана' в качестве легитимной). Когда талибы отказались выдать Ладена, поверенный в делах королевства был отозван из Афганистана.

Проект трансафганского газопровода из Туркмении в Пакистан, ради которого и создавался 'Талибан', был заморожен.

Консорциум, в который входили в том числе американская и саудовская компании, объявил о прекращении своей деятельности.

Организация и ее планы После ареста в Судане Ильича Рамиреса Карлоса, известного под кличкой Шакал, бен Ладена стали называть террористом номер один. По информации западных спецслужб, ему удалось создать мощную террористическую организацию.

Названная 'Основой', она не имеет четкой структуры.

Условно говоря, это некий 'Орден исламских меченосцев'. В годы войны с советскими войсками в Афганистане на базе лагерей арабских добровольцев возникли поселения с собственной хозяйственной инфраструктурой, куда стекались радикальные элементы со всего арабского мира.

Сегодня эти поселения снова ожили.

Главной задачей 'военно-трудовых коммун' является подготовка 'исламских сил быстрого развертывания', готовых в любой момент провести террористическую акцию.

Считается, что на вооружении 'тайной армии' Ладена есть зенитные ракеты, гаубицы и бронетехника. Сотни 'афганских арабов' проходят диверсионную подготовку на юге Ирака и готовятся к проведению вооруженных акций на ирако-кувейтской границе. Они объявили своей целью борьбу против интересов США в регионе. Судя по всему, Соединенные Штаты тоже не намерены прекращать охоту на 'террориста номер один'. Американские военные самолеты-разведчики несколько раз в середине января появлялись в воздушном пространстве Пакистана. Такие случаи неоднократно фиксировались в 50-километровой зоне подлета к крупнейшему городу Карачи.

Пакистанские средства массовой информации обращают внимание на тот факт, что подобная активность разведывательной авиации США уже отмечалась в прошлом году - при подготовке американских ракетных ударов в августе по базам Ладена в Афганистане. С годами имя бен Ладена все больше обрастает мифами.

Осенью прошлого года большой переполох вызвали слухи о том, что в одной из среднеазиатских республик бывшего СССР Ладен намерен приобрести компоненты, необходимые для производства атомной бомбы. По другим сведениям, он даже приобрел ядерную установку. Эти сведения основываются на материалах допроса некоего Махмуда Салема, арестованного в Германии в сентябре прошлого года. Надо признать, что эксперты Лондонского международного института стратегических исследований скептически отнеслись к этим предположениям. С точкой зрения британских экспертов совпадает мнение сотрудников российской Службы внешней разведки. В пресс-службе этого ведомства считают, что среднеазиатские государства не обладают ни компонентами для производства ядерного оружия, ни боевыми ядерными установками.

Другая показательная история. В декабре прошлого года арабская газета 'Аль-Хайят' сообщила о том, что чеченское правительство ведет переговоры с талибами о предоставлении политического убежища Ладену.

Газета утверждает, что заведующий отделом МИДа Чечни Ибрагимов встречался в афганском городе Кандагар с руководством 'Талибана'. Информацию о возможности предоставления убежища Ладену подтвердил бывший министр иностранных дел Чечни Мовлади Удугов, однако президент Аслан Масхадов назвал это заявление вымыслом, использованным для подрыва международного престижа Чечни. Знамя Наследник богатого клана, миллионер, диссидент, враг правящей династии, не чуравшийся, как обычный моджахед с 'калашниковым' наперевес, сражаться с советскими войсками. Враг Запада, поклявшийся покарать США. Таков портрет 'террориста номер один'. О его личной жизни известно немногое. Никто не знает, в какой географической точке он объявится завтра. Его можно было бы зачислить в разряд обычных террористов, хотя бы и очень крупного масштаба, если бы не одно обстоятельство. Усама бен Ладен проповедует новую идеологию. Ладен призывает мусульман восстать против существующего мирового порядка и бороться за свои права, которые, по его мнению, повсеместно попираются Западом.

Призыв саудовского диссидента находит отклик в исламских странах. Тем более что Ладен умеет использовать козыри, оказавшиеся у него на руках.

Бомбардировки Ирака при сомнительных юридических основаниях, обвинения в шпионаже руководителя комиссии ООН Ричарда Батлера, выдвинутые западной прессой, двойные стандарты, применяемые Вашингтоном в его международной политике, вызвали негативную реакцию даже у той части мусульман, которые отнюдь не сочувствуют Саддаму Хусейну и не имеют к радикальным группировкам никакого отношения.

Отряды бен Ладена ждут нового притока адептов его идеологии.

Теперь Западу приходится иметь дело не только с упрямыми диктаторами типа Саддама Хусейна, но и с истово верующими в то, что силой оружия можно изменить мировой порядок. ****** Ерлан Джурабаев. БЕГЛЫЙ ИМПЕРАТОР ТЕРРОРА Усама бен Ладен ведет 'священную войну' против США и России Журнал Эксперт, 30 августа 1999 года 'Каждую ночь я просыпаюсь в ужасе. Мы знаем, что он нанесет удар. Мы не знаем где и когда'. Столь отчаянным признанием в интервью Эн-би-си эксперт Пентагона по борьбе с терроризмом вновь напомнил американцам о планах самого опасного и самого богатого из своих 'подопечных'. Впрочем, последние сообщения с Кавказа и из других 'горячих точек' СНГ показывают, что 'император террора' открыл второй фронт своего перманентного джихада.

Теперь, наверное, в ужасе просыпаются и сотрудники российских спецслужб. Усама бен Ладен, арабский миллионер, объявивший в 1996 году священную войну Соединенным Штатам, вновь на один шаг опередил своих врагов.

Вместе с семьей и ближайшими сподвижниками он в одночасье покинул свое жилье в окрестностях Джелалабада, по которому американские ВМС собрались нанести удар 'Томагавками'. После этого Агентство национальной безопасности США перехватило ряд его разговоров по спутниковому телефону, речь шла о переброске бойцов и взрывчатки. 'Место встречи' расшифровать не удалось, но сразу несколько американских посольств сообщили в Госдепартамент, что находятся под наблюдением неизвестных лиц.

Вашингтон назначил премию в пять миллионов долларов за информацию о местонахождении исчезнувшего миллионера и ввел экономические санкции против движения 'Талибан', которое так и не выдало давнего и щедрого арабского 'друга'. Да и как можно выдать человека, женатого на дочери духовного лидера талибов муллы Омара? Пока не ясно, попрощался ли он как полагается со своим тестем или просто 'растворился' на подконтрольной ему территории, а это - почти 90 процентов Афганистана.

Афганцы, знакомые с лицами из окружения бен Ладена, сообщили корреспонденту 'Эксперта', что уже завершается подготовка 'серийного возмездия' против американских объектов. Это, так сказать, дела текущие. Но поставлена и задача на перспективу - массированное проникновение в Чечню и на Кавказ в целом.

Непосредственная причина готовящейся мести американцам -арест семнадцати сподвижников бен Ладена, обвиняемых в причастности к мощным прошлогодним взрывам в посольствах США в Восточной Африке. По рекомендации контрразведчиков временно закрылись американские посольства в шести африканских странах.

Полтора миллиарда долларов истрачено на усиление охраны других дипломатических миссий и здания Госдепартамента в Вашингтоне. Сын палестинки Аллаху было угодно, чтобы будущий воин ислама родился в рекордно многодетной семье. Его отец, строительный магнат из Саудовской Аравии Мухаммад Авад бен Ладен, произвел на свет 53 ребенка от десяти жен. Мать Усамы - не самая красивая из палестинок - пользовалась наименьшим расположением многоженца, что, наверное, не могло не сказаться на характере ее сына. С детства он учился находить компромиссы с многочисленными и порой не менее амбициозными родственниками, сумев вырваться в лидеры богатейшего клана.

Сегодня общее состояние этой гигантской семьи достигает пяти миллиардов долларов, при этом сам Усама имеет прямой доступ примерно к 300 миллионам.

Окончив факультет менеджмента университета в Эр-Рияде, сын палестинки проявил, по признанию его партнеров по бизнесу, исключительную деловую хватку.

Однако вскоре Усама помимо строительного дела заинтересовался политикой, вернее, ее исламским фактором.

Большие деньги, большая политика и еще больший внутренний экстремизм привели этого бизнесмена к тому, что основным продуктом его деятельности стала война с 'неверными'. На боевую тропу бен Ладен вступил в 1979 году, и подтолкнуло его к этому Политбюро ЦК КПСС, которое ввело целый контингент 'неверных' в мусульманский Афганистан. Усама решительно передвинул свой строительный бизнес в эту страну - несколько сотен верных ему рабочих, оснащенных современной строительной техникой, принялись возводить военные коммуникации и базы сопротивления.

Параллельно с этим бен Ладен вместе с лидером палестинской организации 'Мусульманское братство' Абдаллой Азамом организовал по всему миру сеть вербовочных пунктов.

Тысячи добровольцев - в основном из Саудовской Аравии, Алжира, Египта и Пакистана - прибывали в уже отстроенные афганские лагеря боевой подготовки. Там их ждали щедро оплаченные иностранные инструкторы по теории и практике партизанских действий, взрывотехнике и организации ПВО в горах. Сам бен Ладен учился тонкостям тайных операций у специалистов ЦРУ на базе Джавора под Хостом.

Ирония истории состоит в том, что именно по этой базе, оборудованной при содействии американских разведчиков, США ровно год назад нанесли воздушный удар, пытаясь накрыть штаб-квартиру своего ученика. За чистоту ислама После того как СССР вывел свои войска из Афганистана, десять тысяч закаленных в боях воинов бен Ладена, называющих себя 'афганскими ветеранами', остались на какое-то время не у дел. Часть из них вернулась на родину, где их посчитали, мягко говоря, нежелательными элементами; часть предпочла остаться в Афганистане. Усама понимал, что очень скоро может растерять элитное воинство, стоившее ему сумасшедших денег и усилий, если после унижения одной сверхдержавы немедленно не примется за вторую. Для объединения действий разбросанных по миру 'ветеранов' он учредил в 1988 году 'Эль-Каиду' - организацию, которая теперь имеет свои ячейки в 60 странах.

Главными ее врагами были объявлены США и Израиль, второстепенными - прозападные арабские режимы.

Вместе они, как считает бен Ладен, захватили две святыни мусульманского мира - Мекку и Медину, изгнали палестинцев и нарушают чистоту ислама.

Безжалостность исламской мести оправдывается жестокостью и падением моральных устоев Запада.

Теракты, расцениваемые как религиозные подвиги, призваны не только запугать 'неверных', но и расшевелить мусульманские массы. Люди бен Ладена уверены, что арабские армии не выдерживают никакого сравнения с мощной советской группировкой в Афганистане.

Свержение хотя бы одного 'прогнившего режима', предпочтительно в Саудовской Аравии, по их мнению, вызовет цепную реакцию в арабском мире.

Огромный поток нефтедолларов в таком случае пойдет в 'правильном' направлении. Такие установки помогли 'Эль-Каиде' привлечь на свою сторону многочисленные организации египетских и иных фундаменталистов и основать более широкий 'Исламский фронт джихада против евреев и крестоносцев'. Неуловимый руководитель джихада упорно идет к тому, чтобы научиться с помощью иракцев и ливийцев производить компоненты химического и биологического оружия на своих предприятиях в странах Африки и Ближнего Востока.

Кавказское направление В 1994 году Саудовская Аравия лишила бен Ладена своего гражданства, и он перебрался в Судан - вместе со своими 'афганскими ветеранами'. Однако в 1996 году суданцы, решив услужить американцам, вытеснили бен Ладена из страны. Усама вернулся в Афганистан, мечтая растиражировать афганскую модель в мусульманском мире и в первую очередь на постсоветском пространстве. В Судане в качестве тыла осталась разветвленная организационная сеть 'ветеранов' и успешно действующие предприятия, которые дают им не только деньги и работу, но и служат отличной маскировкой основной деятельности.

Кровавые следы замаскировавшихся 'ветеранов' были отмечены в Алжире, Египте, Саудовской Аравии, США, Израиле, Германии, Боснии, Чечне, Таджикистане, Косово, Пакистане, Сомали и Йемене.

Однако в последние месяцы телефонные распоряжения из Афганистана все чаще перехватывались, и бен Ладен перешел к управлению 'ветеранами' через цепочки курьеров, передающих шифрованные компьютерные дискеты словно эстафетную палочку смерти. Это снизило оперативность управления. К тому же Усама убедился, что с глобализацией полицейских функций НАТО - особенно его впечатлила война в Югославии - шансы террористов добиться сколько-нибудь значительных успехов на стратегически важном для Запада Ближнем Востоке близки к нулю. В этой ситуации бурлящий Кавказ стал весьма привлекательной точкой приложения сил боевиков 'Эль-Каиды'. По нашим сведениям, бен Ладен, побывавший в России еще в начале 90-х годов по линии мусульманских благотворительных организаций, нынешним летом активизировал контакты с чеченскими кланами - через арабских полевых командиров. Еще раньше российские спецслужбы сообщали американским коллегам о его пока безуспешных попытках получить через чеченцев радиоактивные материалы.

Ичкерия - территория шариата - завораживает бен Ладена возможностью вновь унизить Москву и постепенно создать альтернативу афганскому убежищу. Для того чтобы запутать идущих по его следу охотников, ему жизненно необходим доступ в разные зоны, неподконтрольные 'неверным'. Непризнанная Западом и враждующая с Россией Ичкерия - идеальный вариант для него. Усама сейчас стремится объединить чеченских лидеров, полностью переключив их на 'внешних врагов'. Натиск на Дагестан отлично вписывается в его концепцию финансирования религиозных подвигов. По словам бывшего афганского генерала, конечная цель атакующих - получить выход к Каспию и разблокировать таким образом Чечню. Ведь в глазах террористов она пока смахивает на мышеловку, которую Москва в экстремальной ситуации может захлопнуть.

Весьма показательно, что в предпринятой 'дагестанской кампании' ведущую организационную роль сыграл иорданец Хаттаб, тесно связанный с 'Эль-Каидой'. В ФСБ указывают на участие в боях беспрецедентно большого количества арабских наемников.

Кавказский фронт привлекателен для бен Ладена еще и тем, что здесь можно не тратить собственные деньги.

Российские военные источники утверждают, что Саудовская Аравия, Турция и даже Соединенные Штаты ради глобальной цели ослабления России по скрытым каналам финансируют мусульманских сепаратистов.

Такими каналами давно располагает бен Ладен, перемещающий через десятки стран громадные суммы наличных денег неясного происхождения.

Тайное финансирование из государственных источников легко 'трансформируется' в мусульманские пожертвования. В конце концов, в прошлом американцам долгое время удавалось удерживать бен Бадена в нужном им направлении. Так, может, и на этот раз второй фронт окажется первым? Во всяком случае, на трех базах террориста в Афганистане (в районе Хоста, Джелалабада и Кандагара) замечено большое число чеченских и дагестанских 'учеников'. Нынешние бои в Дагестане для бен Ладена лишь проба сил, ему не привыкать к затяжным битвам с 'неверными'. ****** Николай Житич. ГОСУДАРСТВО КАВКАЗ Версия, 8 июня 1999 года В России активно формируется диверсионно-разведывательная сеть боевиков, которая будет приведена в действие в нужный момент.

Боевики проходят обучение в многочисленных лагерях на территории Чечни и за границей.

Согласно оперативным сводкам, в последнее время в Чечне активизировались иностранные разведки. На базы прибывают иностранцы, которые хорошо говорят по-русски. В частности, налажено вертолетное сообщение с Азербайджаном, который является перевалочным пунктом для транспортировки наемников. В распоряжение Шамиля Басаева прибыло несколько экипажей вертолетчиков, которые прошли подготовку в Пакистане.

Чеченская диаспора в Турции, которую материально поддерживают турецкие нефтяные магнаты, совместно с известной террористической организацией 'Серые волки' подготовила не менее 1500 боевиков для переброски на Северный Кавказ, в том числе в Дагестан. На базах, принадлежащих небезызвестному Хаттабу, обучаются дагестанцы, грузины, абхазы, русские.

Хаттаб готовит ускоренный выпуск своих 'учеников' в июне. По некоторым данным, более двух третей чеченских боевиков уже в середине июня выдвинутся на территорию соседнего Дагестана для участия в боевых действиях. В то же время в Чечне останутся в основном силы, контролируемые президентом Масхадовым. В случае вторжения чеченцев в Дагестан российские спецслужбы планируют уничтожить отряды боевиков, тем самым разгромив практически всю чеченскую армию, оппозиционную Масхадову.

Станет ли июнь временем 'Ч'? Хаттаб в поход собрался Эмир ибн аль-Хаттаб, он же Ахмед-однорукий или Черный араб, - один из самых известных террористов в мире. Родом из Иордании.

Выходец из достаточно богатой семьи. Одна из сестер Хаттаба, по некоторым сведениям, содержит в США магазин по продаже оружия. Нынче Хаттаб проживает в Чечне, в селении Ведено. Во дворе его дома находится постоянная охрана из иноземных наемников. Имеет несколько жен, в числе которых чеченка и даргинка из Дагестана. В общей сложности Хаттаб воюет более пятнадцати лет. Ему все равно, где и против кого сражаться.

Главное, чтобы под зеленым знаменем ислама. Он воевал в Афганистане - против советских войск, в Ираке - против НАТО, неведомо за кого - против Израиля, в Чечне - против федеральных войск. Был инструктором в лагерях афганских моджахедов в Пакистане. Его называют Ахмед-однорукий из-за искалеченной правой руки. Но и левой рукой он умеет мастерски убивать. С изощренной жестокостью. Он упивается садизмом. Ножом отрезает у пленных уши, носы, снимает скальпы. При этом тщательно записывает действо на видеопленку. Эти 'кинодокументы' имеют вполне прикладное значение - Хаттаб их демонстрирует лидерам заграничных мусульманских организаций в качестве подтверждения своей лютой непримиримости. Эти пленки помогают ему добывать дополнительные субсидии для финансирования своей деятельности. В Чечне Хаттаб возглавляет отряд иностранных наемников 'Джамаат ислами'. Сам Хаттаб великолепно владеет всеми видами стрелкового оружия, имеет репутацию высококлассного специалиста минновзрывного дела.

Деятельность своих подчиненных строго контролирует, требуя безусловного повиновения. У своих наемников он отбирает документы. Чтобы при всем желании не смогли сбежать.

Впрочем, от Хаттаба никто не бежит. Такие случаи неизвестны.

Потому что он платит наемникам. И платит по чеченским меркам очень неплохо. А деньги у него есть.

Помимо солидной валютной подпитки от экстремистских организаций ряда исламских государств, в первую очередь Саудовской Аравии и Пакистана, Хаттаб и его люди занимаются производством и реализацией наркотиков, зарабатывают похищением людей. На базах боевой подготовки, принадлежащих Хаттабу, проходят обучение 'курсанты' из Таджикистана, Киргизии, Казахстана, республик Северного Кавказа - из регионов, которые охвачены жестоким экономическим кризисом, жители которых готовы зарабатывать деньги любым способом. Под кровавое ремесло Хаттаб подводит идейную базу. В его распоряжении так называемый Исламский институт Кавказа (ИИК), который фактически является филиалом международной экстремистской организации 'Братья мусульмане'. В институте 40 преподавателей - афганцы и арабы. 160 слушателей, которые в течение двух месяцев изучают арабский язык и религиозные дисциплины.

Первой задачей ИИК является продвижение ваххабизма на Северном Кавказе.

Задача-максимум - создание единого исламского государства от Каспийского до Черного моря. В качестве эталона для идейно-государственного устройства взято афганско-пакистанское движение 'Талибан'. При ИИК имеется лагерь военной подготовки 'Саид ибн Абу Вакас'. Поэтому выпускники выходят из института не только богословами, но и профессиональными террористами. В этом институте обучаются юноши из большинства республик Северного Кавказа, а также из Татарстана, Башкирии, некоторых других регионов России.

Пройдя курс всесторонней подготовки, дипломированные агитаторы-исламисты, диверсанты-террористы возвращаются к себе на родину.

Лучшие 'студенты' ИИК направляются для продолжения обучения в Пакистан и Турцию.

Вместе с юношами из российских регионов в лагерях Хаттаба проходят подготовку члены экстремистских организаций из Иордании, Саудовской Аравии, Китая, Египта, Малайзии, Палестины и других государств.

Основная база Хаттаба расположена в районе населенного пункта Сержень-Юрт на левом берегу реки Хулхулау. Здесь сосредоточено семь учебных лагерей.

Называются они по именам их руководителей. В центральном, которым руководит непосредственно Хаттаб, обучаются примерно 100 иностранных наемников и несколько особо отличившихся боевиков-чеченцев. 'Абуджафар-лагерь' специализируется на обучении методам ведения партизанской войны. 'Якуб-лагерь' делает упор на освоение тяжелого вооружения.

Специализацией 'Абубакар-лагеря' является подготовка диверсантов и террористов. 'Давгат-лагерь' готовит профессионалов психологической и идеологической пропаганды. Всего здесь постоянно находятся примерно 2 тысячи человек. В лагерях идут круглосуточные занятия с ежедневной боевой стрельбой.

Курсантов отлично кормят, обеспечивают всем необходимым. В лагере ИИК есть собственная мечеть, общежитие, больница, столовая, пекарня.

Сейчас здесь оборудуются радиостанция и телецентр, передачи которых можно будет принимать в Дагестане и Ингушетии. Кроме того, под опекой Хаттаба - школа-медресе в населенном пункте Харачой, где обучается 80 человек - в основном аварцы и даргинцы.

Обучают их наемники-арабы.

Основные дисциплины - ваххабизм и, конечно же, военная подготовка.

Хаттаб планирует перевести медресе в бывший дом отдыха на озере Кезеной-Ам и увеличить число 'студентов' до 300 человек. На территории республики сейчас находятся сотни наемников из исламских стран.

Каждому из них паспортно-визовая служба министерства шариатской госбезопасности выдает вид на жительство и российские паспорта. Это делается на официальном уровне.

Хаттаб, Басаев или Яндарбиев обращаются с соответствующими ходатайствами к начальнику паспортного стола Ичкерии Хачукаеву.

Обосновывают ходатайство более чем откровенно.

Например, первый вице-премьер правительства Ичкерии Мовлади Удугов хлопотал о выдаче документов 'бойцам Чеченских Вооруженных Сил, принимавшим активное участие в защите ЧРИ от российской агрессии'. Только в 1993 году в Ичкерию поступило 25 тысяч бланков российских паспортов, значительная часть которых уже обрела своих владельцев. Такие бланки республика получает периодически. В числе людей, получивших российские документы, граждане Алжира М. Табуша и А. Абута, гражданин Туркменистана, ныне преподаватель диверсионной школы Алишер Сайпуллаев, гражданин Саудовской Аравии Али Абдурахман, который теперь именуется Абдурахманом Тимихановым; его соотечественник Хамзалла имеет документы на имя Хамзата Ибрагимова... Список можно продолжить.

Иностранцы, незаконно получившие российские паспорта, активно привлекаются для выполнения специальных заданий по всей России и в первую очередь в Москве и других крупных городах страны. Пока они лишь внедряются, легализуются в нашем обществе.

Создается единая жестко управляемая централизованная система из хорошо подготовленных профессионалов-террористов, в нужный момент готовых к проведению серий терактов.

Первые приметы: 4 апреля нынешнего года в Дагестане у Герзельского моста был задержан гражданин Чечни с двумя ручными гранатами. 7 апреля в Буйнакске, в районе военного городка 136-й мотострелковой бригады, задержаны два вооруженных боевика, у которых изъяты автомат с глушителем, граната и карта города с помеченными на ней промышленными объектами. Во всех случаях задержанные признали, что прошли обучение в лагерях Хаттаба. ****** Юлия Караваева САЛМАН РАДУЕВ: 'ИДИТЕ И СЕЙТЕ СМЕРТЬ!' Слово, 7 апреля 1999 года Война на Балканах отодвинула на второй план проблему чеченского терроризма.

Однако в свете теракта у приемной ФСБ откровения Салмана Радуева, с которыми он выступил на церемонии первого выпуска слушателей разведшколы в Грозном, кажутся не столь уж бредовыми. Можно, конечно, говорить, что с головой у Радуева не все в порядке, но только в данном случае речь чеченского террориста № 2 очень напоминает выступления доктора Геббельса и его коллег, которых можно было считать безумными настолько, насколько сегодня таковыми являются натовские руководители. Так что российским политикам и спецслужбам есть чем озаботиться. Как знать, может, после косовской операции натовским стратегам захочется поучаствовать в 'политическом урегулировании' и в Чечне? В Белграде так и говорят: сегодня - мы, завтра - Россия. Мы публикуем выступление Салмана Радуева для того, чтобы все знали: чеченский терроризм не миф и не химера... 'Братья, сегодня вы выходите из стен нашей школы.

Четыре месяца ваши учителя обучали вас искусству диверсий, подкупа, распространения слухов и многому другому. Вы все принимали участие в святой войне за независимость Ичкерии, и не важно, что среди вас не только чеченцы и мусульмане.

Ичкерия стала их настоящей родиной, в борьбе за свободу которой они проливали кровь. Живут они по законам шариата, они наши братья.

Сейчас Москва пытается убедить всех в том, что она подарила нам мир. Я этому не верю, как не верят ни Шамиль, ни Аслан, ни многие другие, которые с оружием в руках добывали независимость. Все обещания Москвы о финансировании не более чем разговоры для дураков - деньги, переведенные через русские банки, осядут в карманах чиновников. Аслан - молодец. Он водит за нос и, наверное, сможет получить деньги на наш национальный банк, а если даже и не получит, ничего страшного. Нам их деньги не нужны. Нам дадут некоторые европейские страны, а также Пакистан, Афганистан и Иран. От них мы получим и деньги, и оружие, и технику для вооружения нашей армии. Да и среди высших чиновников русских много таких, которые готовы нам продать оружие, продукты, обмундирование. Наши требования: - полная политическая независимость Ичкерии; - Россия, как проигравшая войну, обязана выплатить контрибуцию всю до копейки и без всяких условий; -с теми, кто в войне поддержал Москву, разберемся по закону шариата. Уже завтра некоторые из вас приступят к выполнению своих заданий. Ваша задача - сеять смертельный ужас среди тех, кто продал Аллаха. Они каждый час должны чувствовать холодную руку смерти. Среди всех военных, которые пока находятся на нашей территории, необходимо посеять растерянность и страх.

Захватывайте их в заложники, убивайте. Аллах все простит, а на крики политиков внимания не обращайте, это не более чем шумовая завеса.

Особая задача тем, кто осядет в России и соседних государствах. Ваша задача - дестабилизировать обстановку, экономику и финансы.

Создавайте базы, подбирайте людей, ждать долго не придется. Если до весны Ичкерия не получит полной свободы и независимости, мы нанесем удары практически во всех крупных городах. В своей работе обращайте внимание на казачество. Это - наши давние и самые страшный враги. Но Аллах милостив - большинство атаманов продажны и алчны. За деньги они могут продать не только казаков, но и мать родную. Под крышей казачества создавайте совместные предприятия и затягивайте их в финансовую яму. На Ставрополье уже есть атаманы, которые работают на нас. Теми, кто будет там работать, уже получены ярлыки и компроматы на них.

Необходимо обратить внимание на районы, где находятся войска. Их солдаты и офицеры голодные, они продадут любое оружие. Это Кочубеевский район, Невинномысск, Шпаковский район, Ставрополь, Буденновск, Нефтекумский район.

Необходимо составить списки тех офицеров, контрактников и особенно казаков, принимавших хоть самое малое участие в войне. Они все подлежат уничтожению в первую очередь. Вам необходимо обливать грязью тех русских, которые настроены патриотически. Их очень легко обвинить в фашизме и национализме. У тех иноверцев, которые захотят встать под святое знамя пророка, необходимо взять кровь, у них нет тогда пути назад.

Необходимо расширить сеть мусульманских школ и принимать туда не только правоверных. Дети - тесто, кто лепит, тому и будут служить, используйте бездуховность русских. На территории национальных республик сейте национальную рознь.

Стравливайте националов и русских. Любую беду сваливайте на русских. Тех националов, которые не хотят жить по законам шариата, - уничтожить и валить все на русских. Те, которые внедряются во властные структуры, должны всячески деморализовать работу органов, но творите не своими руками, руками русских, пусть они отвечают перед законом. Вы должны быть вне всяких подозрений. Тем, кто будет работать в банках, - прилагать все силы для затяжки платежей, выплат зарплат и особенно пенсий, вызывая тем самым недовольство русских русскими.

Русские, как властные, так и финансовые, структуры коррумпированы, многие находятся на содержании местных мафий.

Необходимо занимать лидирующие роли в мафиозных структурах. В своей работе на местах опирайтесь на чеченские, цыганские, дагестанские и корейские общины. Через них вы будете получать все необходимые инструкции и деньги.

Больше не хочу утруждать ваше внимание, братья, - тем более что каждый из вас получил подробнейшие инструкции'. ****** ЭКОНОМИКА ЧЕЧЕНСКОГО ТЕРРОРА Михаил Делягин, д. э. н., директор Института проблем глобализации ЭКОНОМИКА ЧЕЧЕНСКОГО ТЕРРОРА Журнал Коммерсантъ-Деньги, 15 сентября 1999 года В России идет война. Идет не только на Кавказе, но уже и в Москве. И самое страшное в сегодняшней войне - это не бессилие военных и милиции, не опостылевшая ложь и даже, как ни цинично это звучит, не гробы. Самое страшное - то, что мы сами платим своим убийцам.

Вооруженные российским оружием чеченские бандиты разъезжают на российских 'КамАЗах', заправленных бензином, выработанным из российской нефти. Они пытают пленных электрическим током, выработанным на российских электростанциях, и отапливают российским газом роскошные дома, построенные на средства российского бюджета. Самое страшное, что мы сами, своими руками, создали и до сих пор поддерживаем экономическую базу этого чеченского террора.

Откуда взялась чеченская экономика Фундамент этого кошмара был заложен восемь лет назад. Все началось летом 1991 года, когда первый заместитель Бориса Ельцина, тогда работавшего председателем Верховного Совета РСФСР,- Руслан Хасбулатов решил помочь своим землякам и поручил руководителю Центрального банка РСФСР Григорию Матюхину обеспечить крестьянские хозяйства Чечни кредитами. После поражения ГКЧП, когда в Чечено-Ингушской республике уже начинались волнения, Матюхин отрапортовал: 'Потребность крестьянских хозяйств в кредитах удовлетворена'. В стране тогда еще тотального дефицита эта фаза свидетельствовала о небывалой государственной заботе, чуть ли не о построении коммунизма в одном отдельно взятом регионе. И действительно, крошечная республика после выполнения задания Хасбулатова стала крупнейшим эмитентом РСФСР. Доля доходов населения, выплаченных за счет эмиссии, превышала 40% (в среднем по стране - 17%). Суммы наличности, забираемой в банках кооперативами, превышали наличность, возвращаемую ими, в 50 раз, что также намного выше уровня других территорий.

Подобная кредитная накачка означала, что чеченские хозяйства обрели финансовую независимость от государства.

Очевидно было и другое: экономическая независимость - это пролог к независимости политической, особенно на Кавказе. К началу чеченской войны структурообразующей единицей чеченского общества окончательно стал тейп (род). Почти вся хозяйственная деятельность велась тейпами, работавшими как диверсифицированные семейные корпорации. К концу 1994 года главными направлениями их занятий стали оптовый контрабандный импорт бытовых товаров с последующей перепродажей российским фирмам; нелегальный транзит грузов (в частности, наркотиков и оружия); управление собственностью, рэкет и грабеж (от фальшивых авизо до угона скота) на территории России.

Значительную роль в экономике Чечни играл экспорт (в том числе на основе официальных квот) и переработка нефти. В основном она поставлялась с территории остальной России, хотя объем ее транспортировки и падал (в 1991-м поставки составили 11 077 тыс. тонн, в 1992-м - 6433 тыс., в 1993-м - 1063 тыс., за 11 месяцев 1994-го - 89 тыс. тонн). Это падение было вызвано не только экономическими, но и политическими причинами. По информации СМИ, еще 16 июля 1993 года Шахрай рекомендовал Ельцину прекратить всякие поставки нефти в Чечню и поручить Министерству безопасности России контролировать поступление нефтепродуктов из Чечни. Вот что он тогда писал: Формальное наличие поставок нефти на НПЗ в Чеченской республике имеет ряд негативных для России последствий.

Используя поставки нефти на НПЗ в Чеченской республике, коррумпированные элементы в России и Чечне осуществляют переработку неучтенной нефти и реализацию нефтепродуктов за рубеж. Так как правоохранительные органы в Чеченской республике не функционируют, приостановить хищения при продолжении функционирования нефтепровода невозможно.

Регионам России, добывающим и поставляющим нефть на НПЗ в Чеченской республике по внутренним ценам, наносится ущерб, так как нет обратных равноценных поставок нефтепродуктов.

Поставка и переработка нефти используются режимом Дудаева для закупки оружия, раздачи нефтепродуктов населению, оплаты нефтепродуктами муки и поддержания снижения цен на хлеб (большая часть муки расхищается), оплаты наемников и т. д.

Поставка и переработка нефти используются для внешнеполитических целей. Перед западными странами создается видимость серьезной нефтяной страны (большей частью за счет похищаемой нефти), в отношениях с Грузией и Арменией поставки нефтепродуктов служат средством политической торговли.

Окрепнув за счет бесконтрольной продажи нефтепродуктов за рубеж, режим Дудаева превращает республику в перевалочную базу наркотиков и оружия. В этот процесс добровольно или под угрозой втягиваются и сотрудники органов власти России. Война в Чечне и постепенная нормализация экономической жизни в России сократили масштабы этих операций, увеличив, однако, масштабы расхищения федеральных средств, а также внешнее финансирование (которое идет по принципу 'мир беден - война богата'). Но главным изменением в чеченской экономике стал переход от диверсификации деятельности к ее специализации: теперь в Чечне есть села, получающие доходы в основном от грабежей, есть - от заложников, есть - от переработки нефти и т. д. Как работает чеченская экономика Сегодня Россия по-прежнему бесплатно поставляет в Чечню газ и электричество. Эти поставки не прекращались ни во время штурма Грозного, ни во время захвата больницы в Буденновске. С одной стороны пользуясь тем, что юридически Чечня - такой же субъект федерации, как, к примеру, Москва, а с другой - страшась террора, российские компании и органы госуправления направляют в нее ресурсы. Часть пенсий выплачивается на территории России, а остальное идет чеченцам, и нет никаких гарантий, что эти поставки не используются против России. Какой объем ресурсов поставляется в Чечню, доподлинно не известно.

Сергею Степашину в бытность его премьером удалось получить информацию о поставках только электроэнергии и газа. Итак, с 1995-го по 1 июля 1999 года в Чечню из федерального бюджета было поставлено почти 4 млрд кВт ч электроэнергии и 14 млрд кубометров природного газа общей стоимостью более 1,5 млрд руб. (хотя официальная статистка вызывает сомнения: по данным средств массовой информации, только за 1997 год и январь-июль 1998-го Чечня не оплатила поставки газа и электроэнергии из России на сумму более 1,7 млрд руб.). В 1997 году Россия выделила Чечне 963 млрд 'старых' рублей (из них 88 млрд - в счет трансферта, 300 млрд - выплаты пенсий Пенсионным фондом России, 72 млрд - оплата транзита азербайджанской нефти, 2,8 млрд - плата за обслуживание нефтепровода). В январе-июле 1998 года Чечня получила более 200 млн 'новых' рублей (40 млн руб. в счет трансферта; 118 млн руб. - выплаты пенсий Пенсионным фондом, 25,361 млн руб. - как плата за обслуживание нефтепровода). В первой половине 1999-го Чечня из причитающихся ей из бюджета 284,4 млн руб. получила лишь 122,54 млн руб.: 50 млн руб. - 'на зарплату работникам бюджетной сферы Чеченской республики'; 7 млн руб. - 'на оказание помощи социально незащищенным слоям населения Чеченской республики'; 0,54 млн руб. - на оплату спецрейсов; ну и, наконец, 65 млн - 'на возмещение затрат государственному концерну 'Чечентранснефть' по обеспечению транзита азербайджанской нефти'. Особенно умиляет последняя статья: как известно, из закачанных в 1992 году в трубопровод 120 тыс. тонн азербайджанской нефти на территории Чечни были похищены все 120 тыс. целиком (в 1998 году 'Транснефть' перекачала по нефтепроводу Баку-Новороссийск 2,87 млн тонн нефти при плане 2 млн тонн). Что касается доходных статей чеченской экономики, то одна из важнейших - это производство нефтепродуктов, в первую очередь дизтоплива, и поставка его в Россию. Между тем добыча своей нефти в Чечне невелика. В 1991 году было добыто более 4 млн тонн нефти, в 1992-м - 3 млн, 1994-м - немногим более 1 млн, в 1996 - около 500 тыс. В 1997 году, по официальным данным, добыча составила 2 млн тонн, но в 1998-м вновь резко сократилась из-за бандитизма: в марте было добыто 120 тыс. тонн, в июне и июле - по 57 тыс., в августе - около 30 тыс. тонн. Всего же из запланированных 1,5 млн тонн нефти в 1998 году добыто вдвое меньше, причем половина - нелегально. В конце года добыча и транспортировка нефти от скважин к НПЗ была полностью остановлена из-за хищений, составивших за год, по заявлению официальных лиц Чечни, около 700 тыс. тонн. По данным Госкомстата, за январь-май 1999 года в Чечне было добыто 96 тыс. тонн нефти (по сравнению с 530 тыс. тонн за аналогичный период 1998 года). Цифры говорят сами за себя. О масштабах хищений свидетельствует и такие факты: только в октябре 1998 года из 6276 тонн нефти, добытой нефтяниками НГДУ 'Октябрьнефть', до НПЗ дошло 1246 тонн. Более 80% было похищено. В нефтепроводе от нефтяной базы 2 до Грозненского НПЗ длиной 1850 метров было проделано более 300 отверстий - практически по одному 'золотому крантику' на каждые 10 м трубы.

Шамиль Басаев располагал в контролируемом им районе не просто кубами по перегонке нефти, а настоящим, хотя и небольшим, нефтеперерабатывающим заводом производства Германии. К мини-заводу от нефтепровода вел мини-нефтепровод.

Захватываются не только трубы, но и сами месторождения: к началу 1999 года бандиты захватили большинство нефтяных вышек 'Старогрознефти', и у нее теперь лишь 5 действующих скважин.

Сейчас основная часть нефти поступает в Чечню из России (еще в 1997 году эти поставки достигали 2 млн тонн). И не только из нефтепроводов, но и с мелких месторождений на территории Северного Кавказа. К настоящему времени сложились устойчивые связи между чеченскими полевыми командирами и предприятиями России: Чечня стала офшорной зоной, в которой без налогов перерабатывается наша нефть и продается обратно. В самом начале бензинового кризиса, когда цена российского дизтоплива превышала 2 руб. за литр, чеченское стоило менее рубля.

Неудивительно, что посевные и уборочные в соседних с Чечней регионах чуть ли не целиком ведутся на чеченском топливе: в Ставрополье за его счет обеспечивается до 70% потребностей края, в Кабардино-Балкарии - более трети.

Именно нефтяной бизнес является экономической основой независимости многих полевых командиров от центральных чеченских властей и, соответственно, одной из главных причин хаоса в Чечне.

Сейчас там действует около 300 нефтеперегонных кубов, каждый из которых в среднем приносит в день $1-1,2 тыс. прибыли. В начале 1998 года доходы от незаконной переработки нефти в Чечне оценивались в $3 млн ежемесячно.

Конечно, нефть - не единственный источник доходов Чечни. Есть и другие.

Понятно, что сельское хозяйство и прочие по недоразумению сохранившиеся виды честного бизнеса не играют заметной роли в финансовых потоках.

Основной источник денег - криминал, от 'освоения' федеральных трансфертов до захвата заложников: с января 1997 года по середину 1999 года более чем 60 чеченскими группировками было похищено 1094 человека, в том числе в 1999-м - 270 (17 из которых милиционеры, 80 - военные). На середину года в неволе оставалось 514 заложников.

Большую роль в экономике Чечни играет и наркоторговля: помощь от афганских талибов поступает в основном в форме наркотиков, которые затем реализуются в России.

Считается, что именно эти наркотики способствовали взрывообразному развитию пандемии наркомании в России в прошлом году: если в начале года у нас был 1 млн наркозависимых, то в конце - уже 2 млн человек. Но хотя доходы от переработки нефти и составляют не более четверти общих доходов Чечни, именно нефтепереработка имеет для нее принципиальное значение. Дело в том, что доходы от нее наиболее регулярны и наименее централизованы.

Поэтому в отличие от регулярных, но централизованных федеральных трансфертов и внешней поддержки (включая поставки наркотиков), а также в отличие от нецентрализованных, но и нерегулярных средства от грабежа доходы от переработки нефти в наибольшей степени способствуют поддержанию Чечни в ее сегодняшнем мелко раздробленном и хаотизированном состоянии. Как разрушить чеченскую экономику Сергей Степашин едва ли не первым четко осознал роль российской нефти для Чечни - и начал перекрывать границу. Все просто.

Россия не ставит себе задачу уничтожения Чечни как таковой, ее задача - прекращение террора, а значит, на первом этапе, формирование в Чечне центральной власти. Чтобы власть была сильной, необходимо лишь, чтобы у этой власти был максимум регулярных финансовых ресурсов, а у бандитов - минимум. Как только полевые командиры начнут получать доходы из рук чеченского президента, они превратятся в обычных нормальных руководителей местных органов власти. Таким образом, ключевая задача России в Чечне - перетащить финансовые потоки от полевых командиров к центральной власти. Но просто закрыть границу было невозможно, даже если проигнорировать нехватку силовых ресурсов.

Временный успех этой меры мог привести к срыву сельхозработ, по крайней мере в Ставрополье.

Накануне зернового кризиса, маячившего перед Россией уже весной, эта экономическая глупость стала бы и политическим самоубийством.

Поэтому граница закрывалась лишь для перевозившейся на бензовозах 'дикой' нефти. Нефть для центральных властей Чечни, поставлявшейся в основном по трубам и железной дороге, продолжала идти. Это было началом курса на укрепление и привязывание к себе этих центральных властей, на перетягивание к ним финансовых ресурсов Чечни, а значит, и к установлению реальной политической власти. И, судя по всему, определенных успехов Степашин добился. Чем взбесил полевых командиров: именно сокращение их доходов из-за падения 'дикой' переработки нефти стало одной из причин их вторжения в Дагестан.

Полевые командиры начали войну в том числе и для того, чтобы привлечь внешних 'спонсоров' и за их счет компенсировать падение доходов от нефтяного бизнеса.

Однако успех Степашина оказался весьма ограниченным. И прежде всего потому, что остался нетронутым механизм офшорной переработки российской нефти в Чечне.

Степашин попытался насильственно переориентировать устоявшиеся и взаимовыгодные хозяйственные связи между колхозами, полевыми командирами, транспортниками, разработчиками мелких нефтяных месторождений и проч., а насилие над экономическими интересами в принципе невозможно. Пока наша нефть будет перерабатываться в Чечне, она будет перерабатываться не в ее центре, а за ближайшим к границе бугром и не президентом Чечни, а хозяином бугра. И жечь бензовозы бесполезно - механизм будет возрождаться, пока в нем будут остро нуждаться по обе стороны границы.

Короче, этот механизм нельзя сломать - только заменить.

Сделать это можно. Для этого достаточно лишь поставить в Ставропольском крае небольшой завод, который перерабатывал бы местную нефть и обеспечивал бы край дешевым топливом. И пусть он будет офшорным, как Чечня, чтобы топливо было дешевым.

Главное: российская нефть должна перерабатываться в России. А Чечне недостающие деньги можно будет возмещать трансфертом или долей прибыли с этого завода. Но они должны поступать не всем полевым командирам, а президенту Чечни. Тогда он станет основой центральной власти Чечни, и там будет с кем говорить. Да, путь непростой.

Прежде всего, нефтеперерабатывающий завод стоит денег. В России их мало. А отыскать инвестора, который вложил бы свои деньги в то, чтобы выхватить изо рта Чечни такой лакомый кусок, как ставропольская нефть, будет особенно трудно.

Вторая проблема - это чеченские полевые командиры. Как только ставропольский завод начнет сокращать их доходы, а точнее, уже как только об этом зайдет серьезный разговор, начнется стрельба.

Полевые командиры будут защищать свой бизнес с оружием в руках - и на территории России. Ну и, наконец, против ставропольского завода будут выступать крайне правые и, очевидно, МВФ. Ведь чтобы ставропольское дизтопливо было дешевым, ставропольский НПЗ неизбежно должен будет иметь льготы, а либералы принципиально против них. Все эти преграды серьезные, но не непреодолимые. Чтобы остановить войну, надо разрушить ее экономический механизм.

Особенно если учесть, что, взявшись за решение экономических задач, можно решать проблемы не только чеченских боевиков, но и российской армии. В самом деле: одна из проблем России в том, что у Минобороны нет денег для закупки современного оружия. Между тем один залп 'Урагана' на несколько дней ускорит любую операцию и спасет десятки жизней наших солдат. Не говоря уже о том, что это будет реклама нашему ВПК и, соответственно, дополнительные доходы, в том числе в бюджет. Выход прост: современное оружие заводы-изготовители должны отдавать Минобороны в лизинг или на испытания. Это не требует денег, это требует легкого административного усилия. И тогда российское оружие можно будет демонстрировать как положено. И не Степашину в Нижнем Тагиле, а Басаеву - в Дагестане. При подготовке статьи использованы материалы доклада 'Экономический аспект урегулирования Чечни', подготовленного Институтом проблем глобализации. ****** Никита Кириченко. ЭКОНОМИКА ВОЙНЫ Из российского бюджета боевики получают больше, чем наши армия и милиция Журнал Эксперт, 20 сентября 1999 года Клаузевиц считал войну продолжением политики, а Ильич политику - концентрированным выражением экономики. Маркс в 'Капитале' цитировал из 'Венецианского купца': 'Вы отнимаете мою жизнь, когда отнимаете деньги, на которые я живу'. На что живет экономика, политика и, главное, война Ичкерии? В целом ответ такой: на деньги российских граждан, то есть жертв этой самой ичкерийской войны. Тайна первоначального накопления Стартовый капитал агрессора сложился в 1991 году, когда Центробанк России, не без патронажа ВС РСФСР и лично Руслана Хасбулатова, начал отправлять в республику миллиардные кредиты на развитие сельского хозяйства, после обналичивания которых ичкерийскими пейзанами приходилось высылать в подкрепление местному теруправлению ЦБ дополнительные кредиты, но уже наличными деньгами.

Кстати, и при введении 'матюхинского' российского рубля после распада СССР Чечня получила от ЦБ РФ особо крупное налично-денежное подкрепление под обмен дензнаков. На эти по существу эмиссионные деньги в России приобретались более ликвидные и надежные активы - СКВ и драгметаллы.

Именно чеченские эмиссары наладили скупку у российского населения, организаций, в том числе и режимных, радиосхем, содержащих драгметаллы. Сеть аффинажных заводов была первым бизнесом, который непосредственно начал работать собственно в Чечне на финансирование войны.

Чеченские бизнесмены первыми реагировали на временную отмену импортных пошлин, не от большого ума допущенную в 1991 году правительством Гайдара. В Россию потек 96-процентный медицинский спирт из Голландии, Германии, Югославии. По собранным тогда данным, все пять европейских заводов, производящих этот безакцизный спирт (в Европе-то он считался лекарством), в эти месяцы загрузились кавказскими заказами на три года вперед.

Беспошлинный и безакцизный спирт принес чеченским коммерсантам в 1991-1993 годах от 1,5 до 3,5 млрд долларов чистой прибыли. Кроме того, бизнесмены из Чечни сразу обратили внимание на ряд высокоприбыльных банковских операций, в которые стали вкладываться деньги, полученные из российского бюджета, и спиртовая прибыль.

Умелые действия ЦБ привели к тому, что биржевой курс 'продавливался' интервенциями даже ниже уличного наличного.

Закупая биржевые доллары на ввоз спирта, чеченское 'деловье' быстро смекнуло, что за рубеж надо гнать больше 'безнала', обналичивать в офшорах, везти 'нал' в Россию и продавать, имея на каждом цикле до 25% прибыли в валюте. Есть сведения, что чуть позже представители чеченского бизнеса начали за бесценок скупать у предприятий (когда пользуясь их безденежьем, когда коррумпируя руководство) их замороженные в ВЭБ СССР валютные средства. Когда государство переоформило долг в ценные бумаги, даже их немедленная реализация на вторичном рынке давала 200-300% валютной рентабельности. Часть замороженной валюты еще до оформления их в 'вэбовки' была внесена в уставные капиталы многих российских комбанков. В результате к середине 90-х специалисты оценивали чеченский контроль над банковской сферой 'квотой' в 25-30 млрд долларов рабочих банковских активов. Потом Чеченское государство получило от России подарок в виде брошенного в Чечне военного имущества, в том числе тяжелой техники, на сумму, оцененную тогда некоторыми специалистами в 500 млн долларов. Чисто криминальные доходы чеченцев (рэкет, похищения людей, контрабанда оружия и наркотиков) в самом начале 90-х были относительно невелики.

Перелом наступил, когда поднаторевшие в банковских делах 'деловые' начали масштабные операции по подделке платежных документов ('чеченские авизо'), а ребята попроще поставили на широкую ногу выпуск фальшивых, тогда безобразно защищенных от подделки, российских рублей и долларов. Ущерб, нанесенный российской экономике фальшивками доказанного чеченского происхождения, оценивался специалистами более чем в 1 млрд долларов.

Говорят, что когда российские войска первый раз входили в Грозный, здание теруправления ЦБ вместе с находящимися в нем документами они уничтожили по приказу начальства ураганным огнем, при этом не менее интенсивный огонь по зданию вела и чеченская сторона. Война экономик Теперь ичкерийские 'деловые' масштабно раскрутили все виды чисто бандитских доходов. Кроме того, они закупили на Западе мини-заводы для перегонки нефти и спирта, захватили и заводы государственные - вместе взятые они и после 1995 года обеспечивают неплохой поток 'нала' в республику.

Работают они, естественно, на ворованном из российских трубопроводов сырье и контрабандном спирте из Грузии.

Впрочем, не прекратился и поток ценных 'подарков' из России.

Пропустив через себя в неизвестном направлении средства, щедро выделенные российским бюджетом на восстановление Грозного, ичкерийская экономика благосклонно приняла и все виды текущих энергетических и социальных дотаций.

Официально санкционированную российским правительством и оказанную российским бюджетом помощь Ичкерии (со времен Хасавюрта и по сегодняшний день) можно оценить примерно в 3,5 млрд долларов. В условиях войны эта ситуация выглядит полным абсурдом с любой из возможных точек зрения.

Выступая в Думе, премьер Путин предложил пересмотреть правовую оценку Хасавюртовских соглашений.

Хотелось бы, чтобы за этой формулировкой скрывалось желание ввести полную энергетическую и бюджетную блокаду Ичкерии. И не до тех пор, пока власти не выдадут бандитов, а до тех пор, пока на территории Чечни не будет полностью восстановлено действие Конституции России.

Бюджет не должен действовать там, где не действует Конституция.

Насколько известно нам, у Ичкерии есть задолженность не только перед бюджетом, но и перед частными российскими фирмами, иногда, впрочем, близкими к государству, за услуги связи, авиационные коридоры, железнодорожные перевозки, товарные поставки.

оценка стоимости нематериальных активов в Липецке
оценка авторских прав цена в Белгороде
оценка машин для наследства в Москве